( Из рассказов дедушки моего друга)

За время работы в НИИ у нас было множество праздников- производственных, личных, государственных. Коллектив был дружным, делить было в общем -то нечего — и атмосфера веселья на таких мероприятиях была самой искренней. Мы, фронтовики, приходили в пиджаках с колодками, иногда вспоминали события военных лет. Правда, не все поддерживали эти разговоры — некоторые воевавшие сослуживцы всегда обходили стороной любые воспоминания о войне, так же как другие — менялись в лице при упоминании конца 30-х. Мой товарищ Витя был из таких. Я ни разу за все годы совместной работы не видел его ни с колодкой, на в наградах, хотя твердо знал, что воевал он года с 42, и не где то в тылу. 9 мая Витя всегда был грустен, и тихо выпивал свою рюмочку, что то вспоминая.

В конце 70-х нашему НИИ исполнялось 50 лет. Был большой праздник, множество гостей, даже заместитель министра приехал поздравить. В этот день мы впервые увидели Витю в пиджаке с колодкой. Если ты видел сегодняшних ветеранов, тех, кто ещё остался — у них за счет юбилейных медалей колодки сейчас такие же, как у Вити в тот день. Ни один из наших ветеранов не мог похвастаться даже половиной его орденов. Там был даже орден Ленина, что по мерам ВОВ было огромной редкостью — это уже в последующие годы его стали давать просто за безупречную выслугу лет.

На общие расспросы Витя ответил коротко: теперь можно. Уже после мероприятия мне, как другу, он рассказал, что во время войны служил в разведке. И был у него товарищ — Миша. Друг без друга они за линию фронта не ходили - только в случае ранения ( у Вити их 2 было). Миша был редким талантом по части маскировки и прочих важных для разведчика навыков — так как до войны много охотился и изучал это занятие весьма подробно. Именно Мишина смекалка и навыки не раз давали им возможность вернуться с задания живыми. Но при этом между ними была огромная незримая стена- не для них самих, а для руководства — дело в том, что Миша имел в биографии тяжелое пятно в виде расстеленного отца и репрессированной матери, а вот у Вити была просто образцово- показательная биография "без единой помарки". О нем даже в газете пару раз писали как о примере для товарищей. В итоге Миша за все их совместные операции получил пару медалек, а Витя — полный иконостас "за себя, Мишу и тех, кто остался там, за линией фронта". Миша в конце войны был тяжело ранен, и увидеться им было суждено только после войны. На той встрече Витя решил, что надевать "общие" с Мишей награды одному — несправедливо. Не по человечески это, когда один пользуется тем, что получено вместе. И так ни разу не надевал.

В дальнейшем, уже в 60-х, Миша добился реабилитации отца, а уже в 70-х, незадолго до 50-ти летия НИИ, при активной помощи Вити, Миша получил свой личный Орден Ленина, который заслужил в те военные годы.

P. S. Миша умер в конце 80-х, Витя — в конце 90-х. Рассказчик жив до сих пор, 93 года (он работал на военном заводе).

В прошлом году, как сейчас помню, рассказал мне коллега о конфузной ситуации. Человек он, надо заметить, пьющий от случая к случаю, да и когда этот случай наступает — предпочитает слабоалкогольные, обычно пиво. И вот решил он после работы прикупить литрушку разливного. Толи креветки какие по акции на глаза попались, толи матч интересный смотреть

Воспитанием собаки – годовалого мопса – в основном занимается моя 12-ти летняя дочь. И делает это довольно грамотно: за хорошее поведение поощряет, за "косяки" наказывает.

Самое распространенное наказание – "поставить в угол". И дожидаться разрешения выйти. Псо в углу не стоит, а сидит, но какая разница если без разрешения не выходит. "Высшая мера" звучит: "А тапком по жопе?"

Обычно хватает предупреждения, потому что псо очень не любит получать по жопе тапком. Вообще-то с такой дисциплиной псо получается очень послушное и понятливое, но, как говорится всё бывает.

Итак, вчера вечером, сижу уткнувшись в комп, пес где-то по дому шарится. Слышу три глухих удара подряд. Выскакиваю. И застаю картину: перевернутая табуретка, уроненные пульты от телевизора и ресивера, рассыпанный пакетик с жалкими остатками чипсов… И ПСО "В УГЛУ"!!! Заранее!!!

Глаза как у шрековского кота, еще чуть-чуть и скажет человеческим голосом: "Виноват! Я уже под арестом. Добровольно! Казни "по жопе тапкой" не надо, пожалуйста!"

Прежде всего следует указать, что девица я хоть и не из слабых, но в критических ситуациях волнуюсь сильно и оговариваюсь (тоже сильно). Часто мои оговорки вредят мне.

Еду из Украины домой. Вечер. Плацкарта. Надо постель, вроде как, стелить уже. Подхожу к проводнику и интересуюсь сколько это будет стоить. Он мне говорит, что, мол, 3 гривны или 25 рублей. В гривнах у меня аж целых две наблюдалось денежек, а в рублях — пятисотка одной купюрой. У проводника глазки заблестели и он мне нахально заявляет, что сдачи нет, только рублей 400 и наскребет... "или ехай, девонька, як курка на насесте".

Я злая такая, делаю несложные арифметические расчеты (жалко, блин, сто рублей -то)... И думаю: "Да я за такие деньги постельное белье для всех пассажиров в вагоне могу купить".

И моя вышеобозначенная способность оговариваться проявляется следующим образом.

Я ору на весь вагон: "ДА Я ЗА ЭТИ СТО РУБЛЕЙ МОГУ ВЕСЬ ВАГОН ОБСЛУЖИТЬ!!!"

Короче... ехала домой не смыкая глаз... у всех мужиков шнурки развязывались только возле моей полки... двое спрашивали не курю ли я. .. А женский пол сверлил меня испепеляющими взглядами до самого Ростова...

Семь утра, московское метро, очень перегруженная линия. Обстановка в вагоне — "сельди в бочке на грани гражданской войны". Нервным народ становится к концу недели, очень нервным и злым.

Сидит мужичок средних лет, читает планшет, отведя его к самым коленям. На станции в вагон втискивается кабан в дорогом пальто + всякие