Самое популярное 10 октября

В парке, кроме всяческих аттракционов и редких деревьев, расположен и зоопарк. Нельзя сказать, чтобы лучший в мире, но зато, возможно, самый дисциплинированный — звери там еду у посетителей не просят, а если даже какому-нибудь верблюду и придёт в голову просунуть морду из загона и взять у визитёра огурец, последствия будут крайне серьёзными как для горбатого, так и для посетителя зоопарка. И вот почему.

Мой знакомый, Максим, гулял как-то раз по зоопарку со своим сыном. Максим — бизнесмен, возит в Россию чилийское вино и аргентинский сыр; сын его, Артём, учится в школе с углублённым изучением испанского, и во время каникул навещает отца в Южной Америке. Возле клетки с ламой Артём обратил внимание на табличку с предупреждающим знаком:

— Пап, а почему здесь написано: "Кормление ламы запрещено. За кормление ламы — штраф 30000 песо (примерно 3000 рублей)? "

— Ну, если ламу кормить чипсами и гамбургерами, а не тем, что она привыкла есть в природе, она может заболеть и даже умереть.

— Это понятно, но почему на загоне с зеброй было написано "За кормление зебры — штраф 10000 песо? "

— Хм. Ну, наверное, зебре тяжелее отравиться человеческой едой.

Они прошли по зоопарку ещё немного, и возле вольера с обезьянами увидели табличку: "За кормление шимпанзе — штраф 100000 песо". Максиму и Артёму стало интересно, почему за обезьян полагается столь огромный штраф, и они разыскали сотрудника зоопарка.

— О, это целая история! — заявил смотритель по имени Матео.

— Если у вас есть время, пойдёмте в наш ветеринарный пункт, я вам кое-что покажу.

Троица пришла в ветеринарный пункт зоопарка, и Матео достал из шкафа толстый фотоальбом.

— Здесь у нас коллекция пострадавших. Когда обезьяны разбушевались, мы всем оказывали первую помощь и фотографировали, — пояснил он, раскрывая альбом. Вскоре Максим и Артём увидели фотографии посетителей — у одного был подбит глаз, у второго на щеке красовался кровоподтёк и что-то застряло в волосах, у третьего футболка была чем-то запачкана и так далее. Фотографий было очень много.

— Со старыми шимпанзе не было никаких проблем, но когда в зоопарк привезли новую партию животных, случилась катастрофа.

— Они вымогали еду?

— Хуже! Гораздо хуже! Первое время посетители зоопарка усиленно подкармливали новых шимпанзе, и они решили, что все люди, которые их кормят — правильные, а все люди, которые стоят и смотрят — неправильные. Если к вольеру подходил новый посетитель, и шимпанзе через минуту понимали, что человек ничего для них не принёс, в него летели палки, грязь и кое-что похуже. Тем, кто подходил к вольеру слишком близко, они рвали одежду и вырывали волосы. Мы пробовали усиленно кормить обезьян, но выяснилось, что дело абсолютно не в голоде. Им просто нравилось, что люди приходят к ним и приносят дары. Порой к концу дня у ограды вольера собиралась целая горка бананов, шоколада и фруктов. В конце концов, шимпанзе разбили одному мальчику голову камнем, и мы, конечно, приняли крайние меры: обезьян на долгое время изолировали от посетителей и рассадили в одиночные клетки. Это помогло, но напоминание мы решили оставить. Как выясняется, обезьяны, точно так же, как и люди, к хорошему привыкают быстро, а отвыкают долго и с большим трудом...

в покер у подруги.

Помирать бабушка решила вдумчиво и со вкусом. В первую очередь она накупила целую кучу лекарств и обставила ими свою прикроватную тумбочку. В воздухе тут же поселилась устойчивая вонь корвалола.

Во-вторых, она напрягла всех нас, чтобы мы, жертвуя своим временем и нервами, помогали ей в торжественном процессе умирания. Она капризничала, требовала новых лекарств, вызова то врача, то нотариуса. Мама сбилась с ног, пытаясь удовлетворить все ее капризы и хоть как-то убедить, что умирать еще все-таки рано. В ответ бабуля закатывала глаза и просила накапать ей еще немного корвалола.

Но однажды в бабушкиной комнате появилась ее старинная приятельница Нелли. Слава богу, я была в то время у нее дома и имела счастье видеть это все своими глазами.

— Говорят, ты наконец-то решила помереть, — спросила она густым басом, — похвально. Надо же кому-то из нас сделать первый шаг на тот свет, чтобы все там разведать. Только ответь мне прямо – неужели ты собираешься лежать в гробу в таком ужасном виде?

Бабушка буркнула в ответ, что ей все равно в каком виде она будет лежать в ящике.

— Тебе, может, и все равно, — ответила Нелли, — а мне на этот ужас придется смотреть! Более того, мне придется это целовать! Что скажут люди?! Они подумают, что пришли на приличные похороны, а их таки подло обманули. Я просто не смогу посмотреть им в глаза!

— Причем здесь люди? — воскликнула бабуля.

— Потому что, они придут, думая, что хоронят Нелину подругу, а Неля с кем попало не общается. Но когда они увидят тебя, они подумают, что им подсунули какой-то другой труп и обидятся! Кстати, зачем тебе так много лекарств? Ты что, травишь себя этой гадостью?

— Я пытаюсь облегчить себе страдания, — пыталась сопротивляться бабушка.

— Ты пытаешься окончательно испортить себе печень – а от больной печени ужасно неприятный цвет лица. Ты что, хочешь, чтобы увидев тебя в гробу, люди в ужасе убежали прочь?

Бабушка подумала и согласилась, что в гробу лучше лежать с хорошим цветом лица. Подруга ее поддержала и предложила пойти на улицу нагулять здоровый румянец, который будет очень эффектно смотреться на смертном ложе.

Открыв рот, я смотрела, как моя, только что помиравшая бабуля, сползает с постели и бредет в душ, от которого отказывалась последних недели три. А Неля, брезгливо поджав губы, приказывает мне сгрести всю постель с кровати, чтобы отправить ее в стирку... А им самим с бабулей приготовить две чашки крепкого кофе, в которые накапать чего-нибудь коньячно-бодрящего, грамм, эдак, пятьдесят. Поскольку, коньяк хорошо влияет на тонус и на нервы. А в пресловутом гробу, как вы уже поняли, лежать лучше со здоровыми нервами и крепким сердцем...

Лучшая подруга настолько озаботилась бабушкиными грядущими похоронами, что пару недель усердно ее готовила к ним. За это время они посетили парикмахерскую, массажиста и салон красоты. Ходили по магазинам и распродажам, накупили кучу всяких милых вещей, несомненно пригодящихся на том свете, таких, как шляпка с вуалькой, перчатки, косметика.

Так что за собственные похороны бабушка уже не переживает, поскольку знает, что все пройдет на высшем уровне. А чтобы скоротать время, она вновь возобновила свои походы по подругам, партии в покер и веселые пикники. Говорит, что если смерти так уж сильно надо, то пусть сама ее поищет... Правда, безносая пока не торопиться ее искать – видимо, у бабули еще недостаточно хороший для этого цвет лица.

как отец уехал в город на заработки. Мальчик с рождения был крупным, однако резкий рост у него проявился ближе к 8-ми годам. Сёстры великана хоть и были не маленькими, но имели вполне стандартный человеческий рост, его родители тоже не отличались слишком большим ростом. В 12 лет Фёдор был выше 2-х метров, длина его стопы превышала 50 сантиметров, а длина ладони достигала 32 сантиметров.

Однажды 16-летнего Фёдора заметил владелец цирка-шапито. Он уговорил родственников молодого великана отпустить его в Германию. Юноша стал изучать немецкий язык и осваивать цирковое искусство. Он легко мог разгибать подковы, ломал ребром ладони кирпичи, поднимал платформу с оркестром в лежачем состоянии. Позднее Фёдор отправился на самостоятельные гастроли. Настоящая популярность пришла к нему именно в этот период. Он встречался с американским президентом, был на балу у королевы Англии, пил чай вместе с канцлером Германии, а также был на официальном приёме у Папы Римского.

Однако Махнова преследовала не только слава, но и антропологи. Они буквально охотились за самым большим и сильным человеком и упрашивали его завещать своё тело после смерти ученым.

Хотя Махнов обладал внушительным материальным состоянием, но девушки побаивались великана и не хотели выходить за него замуж. Тем не менее Федору всё же удалось найти невесту. Учительница Ефросинья Лебедева была ниже мужа, предположительно её рост достигал 2-х метров. У пары было 5 детей. Никто из них не вырос выше матери.

Сейчас родственники Фёдора Махнова живут в Москве и в Гомеле.

кругом. А вокруг Норильска не было дорог, а была тундра, ночь и холод, вот все и жались друг к другу, как пингвины в пургу.

Овощи и фрукты завозили летом, в навигацию. Большей частью в консервах. В магазинах также широко был представлен "гювеч"? кусок льда, с торчащим из него болгарским перцем и стручковой фасолью. Долгой полярной зимой свежим овощам было взяться неоткуда, самолетами, понятно, не навозишься. Другое дело – для научных целей!

Мама моя работала в институте сельского хозяйства Крайнего Севера, в отделе растениеводства. Звучит, согласитесь, нелепо. И люди честно делали свою работу, доказывая, что никакого растениеводства в тундре не было и не будет, но их, почему-то, не разгоняли.

Так вот, мамина начальница ухитрилась выписать с материка образец длинного парникового огурца. Огурец прибыл, был с осторожностью распакован, признан исправным и немедленно порезан по числу детей сотрудников лаборатории.

Мне достался кусочек толщиной в два моих тогдашних пальчика. Я как можно тоньше отрезал прозрачный кругляш, и, положив его на язык, ждал, почти не дыша, когда огуречный леденец растает. Того кусочка огурца хватило мне дня на два. От него, зеленого, веяло весной и счастьем.

новоиспеченным бойцам спецназа ГРУ, что их натаскивали не зря. Им была поставлена учебная задача – организовать засаду на колонну, состоящую из грузовика и машины сопровождения, которые двигались по дороге. В автомобиле сопровождения как раз и сидели экзаменаторы.

Устроили засаду на пустынном участке трассы, приготовились для встречи "гостей". И вот машины уже приближаются, еще немного и вступать в бой. Но надо же было так случиться, что на пустой дороге между грузовиком и джипом нахально встрял "Жигуленок" с каким-то пенсионером за рулем. Руководитель группы ругнулся, но делать было нечего – не отменять же засаду из-за одного"Жигуленка".

Засада подразумевает этакий трах-бабах: грузовик учебно подрывается на взрывчатке, далее всю кавалькаду обрабатывают сильным огнем из всего, что может стрелять. Палили холостыми, а те имели в отличие от настоящих, еще и большую шумность, да и дыма порохового давали изрядно. В один миг мирный участок трассы превратился в настоящий ад.

После того, как было учебно уничтожено, все, что могло даже теоретически ответить в ответ, в дело вступила отдельная группа, как я понял из рассказа Ильи, это была "группа дострела". В ее функции входило добивание раненных и уцелевших, а также изъятие документов. Вышли, выполнили задачу – разумеется, учебно. И тут вспомнили про того несчастного водителя "Жигули", который на момент нападения также тормознул между грузовиком и джипом. Вся расправа происходила на его виду. Он наблюдал за ликвидацией военных непонятными людьми в максхалатах широкими глазами, пребывая в ступоре.

Решили подойти к нему, посмотреть, как он там, успокоить, если надо, объяснить, что тут идут учения. Не удалось. Едва пенсионер завидел, что группа чистильщиков закончила добивать, обыскивать и, переключив внимание, направилась в сторону его автомобиля, он втопил газ до упора. Его жигуленок мгновенно вырулил из-за грузовика, буквально за секунды уйдя в точку. Интересно, что вообразил себе этот человек и что потом рассказывал своим знакомым за рюмкой водки?

ЗЫ: Группа экзамен не сдала. Дедок оказался проворней.

призы. Чтобы участвовать, ничего покупать отдельно не требовалось: достаточно было не выбросить чек за лапшу, носки или зубную пасту.

И произошло маленькое экономическое чудо. Покупатели, которые прежде равнодушно уходили от прилавка, вдруг начали строго спрашивать:

— А чек?

Ведь где-то в глубине человеческой души всегда живёт надежда, что именно купленная сегодня зубная паста сделает тебя миллионером.

Продавцам пришлось фиксировать продажи. А налоговой — получать сведения о доходах, которые прежде растворялись в воздухе. По историческим данным, уже за первый год поступления от налога выросли примерно на 75%.

Эта система существует до сих пор. Главный приз сегодня 10 миллионов тайваньских долларов, но получить небольшую сумму можно даже за совпадение последних трёх цифр. Бумажные чеки постепенно уступают место электронным, однако принцип остался прежним: покупатель добровольно становится внештатным налоговым инспектором и ещё радуется этому.

Вообще, это прекрасная иллюстрация того, как работает человек. Можно долго объяснять ему, что налоги нужны для дорог, больниц и школ. А можно сказать:

— Возьмите чек. Вдруг повезёт.

Мечта о миллионе оказалась гораздо убедительнее гражданского долга.