Есть у меня кружка, привезенная из Магадана. На ней изображена морщинистая физия с улыбающимся щербатым ртом и надпись: "На Колыме и в ее окрестностях живут самые добрые и честные люди". У непривычных людей физия вызывает чувство брезгливости и желания отойти подальше, но люди, оценивающие жизнь не по картинке, знают, что за неказистой внешностью
Несколько лет назад решил я проехать по нескольким золотоносным приискам в районе Сусумана. Так сказать, совместить свои и артельные возможности: они копают карьеры, а для меня их стенки – удобные объекты для исследования. Где-то договориться с руководством карьеров не удалось, где-то не было нужных мне отложений, но в конце концов повезло — и целая сеть карьеров в долине одного из левых притоков Колымы открылась для меня. Долина почти вся перекурочена отвалами нескольких генераций (добыча золота здесь идет с военного времени), постоянно лужи, броды, тупики – настоящий лабиринт. Дорог полно, но их колеи набиты Камазами и Белазами, отчего моя Тойота Секвойя периодически попадала впросак и приходилось выкапываться, домкратиться и немного даже тонуть. В конце концов, почти в самых верховьях, на переправе через реку по здоровым бульникам, у бедной Секи оторвался бензобак. Так мы с ним и выехали из речки: большая Секвойя и под ней на чудом уцелевшем бензопроводе – бензобак, прыгающий по камням. Слониха родила слоненка, но не сразу это заметила. Как выяснилось, лопнули хомуты, на которых бензобак висел. Привязал его к раме буксировочным тросом, но так ездить не комильфо... Почесал репу и поплелся на поклон в ближайшую артель. Вышел начальник, въехал в ситуацию, поржал, но отвел к механикам, сказав, что они наверняка чего-нибудь придумают.
Механики – два мужичка. Моего домкрата по высоте не хватает, чтобы им было удобно работать. Для меня – патовая ситуация, но не для них! Они подгоняют ближайший погрузчик, поддевают клыками его ковша мою Секу за задницу и поднимают под углом 40 градусов. Машина выглядит, как собака, поднятая за задние лапы перед насильственной кастрацией, но зато фронт работ обнажился во всей красе. Старые хомуты гнилые, неремонтопригодные. Что делают мужики? Правильно, идут на ближайшую с прииском свалку металлолома. Там валяется все, что только можно! Я, например, нашел рельсы узкоколейки, поставлявшиеся по лендлизу в военные годы на золотые прииски, с американскими маркировками. Мужики же нашли какие-то металлические полосы толщиной 6 мм, обрезали их по длине и загнули по форме бака. Бак в них смотрелся, как аэростат за тюремной решеткой. Прикрутить новые хомуты болтами не удалось, в результате мужики их приварили к раме, скромно сказав, что на первое время хватит: ) Машину вернули в горизонталь и меня выпроводили с территории. В дальнейшем меня не покидало ощущение, что у машины теперь бронированное днище, пару раз этими хомутами натурально пришлось крошить камни. Уже в Сусумане кто-то из знатоков сказал, что эти хомуты сделаны скорее всего из какой-то паровозной суперстали, которая тогда же, в 40-50-е годы, применялась при их производстве. Вполне возможно – после езды по гравийным дорогам полосы начали блестеть! Абсолютно уверен, что когда моя машина придет в полную негодность и рассыплется в прах, от нее останутся только две блестящие полосы по форме бензобака толщиной 6 мм, немного поцарапанные камнями.
Только что на одном бардовском фестивале рассказали недавно случившуюся быль. Небольшой районный городок на Дону, время около одиннадцати вечера. Едет мужик (сам и рассказывал) с рыбалки на мотоцикле с люлькой. И вот буквально за 100 метров от дома его тормозит сотрудник ГАИ. Ну прикопался чего-то. Рыбак его упрашивает, отпусти, мол, мне до дома – во-он – рукой подать. Ну возьми вот пару судаков, только отпусти.
— Не могу без разрешения начальника поста – говорит мент.
И ведёт он задержанного на пост. А на посту начальник с третьим милиционером водочку распивают и закусь нехитрая на газетке разложена. Рыбак глядь, а начальник поста его закадычный друг и кум. Тогда он прямо из темноты шагает в освещённое пространство, наливает полстакана водки и выпивает. Сопровождающий мент в шоке от такой наглости, начальник тоже, но от неожиданности. Поворачивается он к подчиненному и говорит ему с обидой и укоризной:
Мой отец всегда поддерживал наши с братом начинания, и когда я серьезно занялся плаванием, а брат борьбой, отец был первым, кто поверил в нас по-настоящему. Он отпрашивался с работы, чтобы возить и забирать нас с тренировок, потом возил меня на соревнования. Именно он поддерживал и находил нужные слова, когда ничего не получалось, когда я
задыхался и терял сознание из-за перегрузок и когда брат приходил домой с синяками размером с тело. Даже когда я окончательно терял веру в себя, ему хватало несколько слов, чтобы вернуть ее. Он очень гордился нашими успехами. Забегая вперед, скажу, что олимпийскими чемпионами мы не стали, но с братом на двоих у нас парочка кубков, минимум сотня медалей и сотне две грамот. Но я не совсем об этом. Когда я был на сборах в другой стране, позвонил брат и сказал, что отец пережил сильный приступ и лежит в больнице. Я не хочу говорить о своих чувствах, потому что я не хочу никого сильно грузить. Сборы были важными, но меня поняли и я уехал. Мне кажется, что жизнь — это самая ироничная вещь, которую я знаю. Когда отец пришел в себя, когда уже смог разговаривать, мы с братом были в ужасе, потому что максимум, что он мог рассказать о нас – это то, что мы его дети. Из его памяти исчезли большие куски, он очень хорошо помнил свое детство и юность, а остальное почти полностью забыл. Это было трудно, трудно поверить, а еще сложнее было смириться с этим. Нам пришлось познакомиться заново, я рассказывал ему о том, какой мы прошли путь и он очень сильно удивлялся, слушая то с каким восторгом мы о нем говорим. Вряд ли все отцы могут похвастаться этим... Забегая вперед еще раз, я хочу сказать, что отец после приступа прожил мало, до конца жизни он пытался, но не смог ничего вспомнить. Все что он знал о последних двадцати годах жизни, он узнал от нас, и я уверен, он снова гордился нами так же сильно, как мы восхищались им.
* * *
Моей сестре было 28. Она только родила второго, когда ей поставили диагноз-раковая опухоль. Возили и осматривали её в 3 разных городах. Врачи отказывались от неё-мол, умрет на операционном столе, 28 лет, будут проблемы. Это было ужасно: молодая, пышущая здоровьем женщина, которая исхудала настолько, что была похожа на 12 летнюю девочку, её муж, который носил её на руках, купал и не спал ночами, отец-суровый сильный мужчина, который рыдал как ребёнок по ночам от бессилия, полуобморочная мать — ни жива, ни мертва. Потом — Москва. Здесь её осмотрели, первый хирург отказался оперировать, а второй-согласился. Операция длилась 7 часов. И прошла успешно! А спустя 7 лет моя сестра родила дочь, о которой так сильно мечтала. Этот момент в нашей жизни помог мне понять насколько важны простые истины: не отчаиваться, иметь крепкую и дружную семью, выбрать Того человека и стремиться жить.
В прошлые выходные, на излете бабьего лета решила моя дочь с мужем съездить на экскурсию в Болдино- насладиться золотой осенью в Пушкинских местах. Группа экскурсантов собиралась ранним утром на площади Горького в Нижнем Новгороде- большинство народ молодой. К автобусу подошла старушка, обыкновенная, платочком повязанная, лет под девяносто.
— Да, туда же, куда и вы — на экскурсию! Экскурсовод, радостно улыбаясь, встретила ее, как старую знакомую: "Здравствуйте, Раиса Ивановна!"
Экскурсия шла прекрасно, все всем нравилось, старушка бодро шагала вместе со всеми, набрала воды из святого источника в роще рядом с Болдино, а после обеда в гостиничном комплексе весело заявила, что если бы еще "грамм сто, совсем хорошо бы было"! На вопрос, почему это бабушка в столь почтенном возрасте ударилась в туризм, она рассказала вот что...
Далее — с ее слов.
Лет мне уже 85, а несколько годов назад врачи сказали, что у меня страшная болезнь и жить мне всего несколько месяцев. А я одинокая
совсем, не нужна никому... Ну, вот чтобы не мучиться, решила я с жизнью покончить. И придумала броситься вниз с Нижегородского лыжного трамплина- вышка там 50 метров! Как я туда залезла, почему никто не остановил- не знаю... И вот поднялась я наверх- а вид оттуда! Чудо! Красотища! Стою, гляжу на город внизу, и понимаю что даже в своем городе ничего не видела и не знаю ничего... И вдруг передумала помирать.
Спустилась вниз... Стала по родному городу бродить, все рассматривать, по музеям, Кремлю... Съездила потом в монастыри соседние, дальше больше- сейчас почти всю Россию объездила... Меня, как постоянного клиента, все экскурсионные бюро знают! А недавно врачи сказали- нет у тебя никакой болезни, вылечилась ты, бабушка! Так что туризм- лучшее лекарство!
На самом деле родина индейки — Северная Америка. Просто в эпоху великих географических открытий торговые пути были запутанными, и птица "путешествовала" по странам быстрее, чем появлялась точная информация о её происхождении.
Сама история — работал я в начале 90-х в "ящике", так там этот прием известен давно и поэтому спирт хранился в сейфе только в канистрах из нержавейки. И в один замечательный момент начальник отдела стал замечать, что после каждой ночной
смены спирта убывает грамм на 200-300. Но как? Контролька на замке целая, все печати — его (специально чем только не опечатывал), но спирт пропадает. Через пару недель нач сдается и вызвав смену электронщиков предлагает выбор — поллитра спирта сейчас и секрет убывания спирта оглашается или спирт будет храниться в другом отделе. И в качестве морального довода добавляет — я, мол, уже вторую неделю мучаюсь. Тут у одного из электронщиков не выдерживает душа и он почти кричит:
— Это ты мучаешься?! Это мы мучаемся — ведь семьдесят четыре винтика!!!
Оказывается, сейф был не сейфом а несгораемым шкафом, задняя стенка которого была прикручена обычными винтами... Все дружно посмеялись. А потом за примирительным распитием поллитровки, тщательно отмерянной начем из канистры, нач спрашивает — что, мол, все винты назад прикручивали. На что получает ответ воспитанного "ящиком" инженера, что там помимо спирта хранятся всякие "ДСП" и "Секреты" (схемы и литература с грифом "Для служебного пользования" и "Секретно") и что нельзя снижать способность шкафа защищать интересы Родины. Вот так.
Имеется четыре монеты различных весов. Какое минимальное количество взвешиваний необходимо произвести на рычажных весах (весы без гирь), чтобы расставить монеты в порядке возрастания (или убывания) их масс?