туда меня и определили. Это был класс скрипки. Шесть лет детства четыре раза в неделю приходилось заниматься тем, к чему душа ну никак не лежала. В хоре говорили, чтоб только рот раскрывала, но звуки издавать не рекомендовалось. В ансамбле — главное было смычком двигать со всеми синхронно. Почему не бросила — родители настаивали. Почему не выгнали — мама работала акушером-гинекологом. Но ребята были хорошие, в основном, из обеспеченных еврейских семей. Они старательно "пилили скрипку", как говорил герой Ликвидации, и демонстрировали мозоли на левом плече от скрипичных мостиков. Я же думала, что, пожалуй, можно и не резать опять ножом указательный палец на левой руке, можно просто его забинтовать, и с занятия отпустят!

Прошло уже больше четверти века, как я окончила ДМШ, исполнив на выпускном концерте песню про перепёлочку, которую, как правило, классе в третьем осваивают, но в самые трудные периоды жизни до сих пор снятся кошмары про экзамен по сольфеджио или "Икарус", который надо было брать штурмом с потертым футляром в обнимку.

А вот самая светлая история из области музыкального просвещения. Дружила я с девочкой, звали ее Наташа. Была она, как бы сейчас сказали, перфекционистка: отличница, председатель совета отряда, ну и играла замечательно. И добрая, предельно честная, светлый человек. Из таких пионеры — герои получались. Ещё отличалась тем, что в свои семь лет чётко знала цену деньгам, так как росла в рабочей многодетной семье. Она понимала, что 25 руб. в квартал — плата за обучение — существенная сумма для ее родителей. Ну вот однажды пришла она на сольфеджио очень гордая: папа в командировке, мама не может выйти на улицу, так как болеют малыши, а ей, старшей, доверили особо ответственную миссию. На последние до зарплаты три рубля надо было купить продукты по списку. Наташка чувствовала себя нужной, значимой и очень взрослой. Она нам показала коричнево-зеленую трешницу. Все завидовали, не деньгам, конечно, а степени доверия. Пошли мы с ней в гастроном после занятий. Она в карман — а там пусто. Нет кошелёчка с двумя кругленькими защелками сверху. Волна ее горя была такова, что сшибла меня с ног мгновенно: я заревела. Наташка плакать не могла, она захлебывалась своим дыханием, давилась спазмами и дрожала, почти до судорог. У наших ног лежали брошенные футляры со скрипками, нотные папки и мешки со сменной обувью.

В давке социалистического гастронома все абсолютно безразлично суетились между очередями. Но к нам подошёл молодой мужчина, прошло 25 лет, я помню его глаза. Даже ребёнку было понятно, что он очень далёк в своих мыслях от поиска пропитания в очереди. Глаза были умные, добрые и отстраненные, будто он думал о чем-то гораздо более важном. Мужчина спросил, что случилось. Я рассказала. Он молча дал Наташке три рублёвых бумажки, отвернулся и ушёл. Растворился в толпе. И мы, обе пионерки, поняли, что есть на свете какая-то добрая сила, спасающая нас в отчаянии. Ведь нет ничего глубже детского горя....

и он нырнул за молоком. Возвращается через пять минут, по пути вспомнив про салат и торт. Очередь стоит.

"Медленный" — ищет кошелёк только после пробивки всего. Долго пересчитывает мелочь, набранную "как с паперти".

Особое зло — "утренний разменщик" — сразу после открытия берёт сигареты на 250 рублей и протягивает 5000. Чаще всего такое в провинции — таксисты готовятся бомбить, снимать в банкомате не хотят — "не держу на карте ничего". Кассир носится за разменом.

"Последний герой" — за две минуты до закрытия неторопливо выбирает продукты, а после 22:00 (23:00) просит пробить алкоголь (в кассе алкашка блокируется ровно в запрещенное время).

"Телефонисты" — разговаривает по телефону, на вопросы отмахивается, потом орёт "Почему без скидки, баллы не списали?". Потому, что твой рот и уши были заняты!

"Аудитор" — из-за пяти рублей скандал, книга жалоб, угрозы. На входе висит объявление "идет замена цен" — не видит его.

"Без очереди" — влезает к чужой кассе "А это сколько будет стоить? А почему? "

"Метатель" — бросает деньги на ленту, карту в терминал как мяч. Деньги улетают вниз, кассир их ищет. Ты не кассиру одолжение делаешь, покупая — а себе еду берешь.

"Невежа" — не здоровается, орёт "эй ты" — нагло комментирует действия кассира, возмущается ценами, будто кассир их назначает.

"Разрушитель" — мнёт хлеб, вскрывает упаковку, пробует виноград, расколупывает яйца, а потом "мне такой товар не нужен, возьму соседний".

"Нетудашник" — передумал и бросает товар где попало — таких сотрудники называют "гады" и желают их детям поноса.

"Грязнуля" — чихает на товар, вытирает сопли, приходит грязным.

Есть и социально-этические моменты. Поверьте, всех их обсудят за спиной на перерыве или вечером — если будут силы.

"Вредная корзина" — чипсы-газировка-шоколад детям, себе — пиво. Особенно по соцкарте.

"Деграданты" — ежедневный набор из дешёвой водки, хлеба-сосисок, доширака, сигарет. Но на кассе — чаще всего с гонором. И уже — перегаром.

"Скучающие бабушки" — специально долго укладывают, чтобы рассказать про болячки и внуков. Кассиры цинично "Мы не служба помощи одиноким, для этого есть лавочки и дома престарелых".

Особо бесят "паникеры" — начинаются в соцсетях дури и скупают гречку, сахар, туалетную бумагу ящиками, создавая дополнительный дефицит.

Кого любят. Их мало, но они есть.

"Все по делу" — золотой стандарт. Здоровается, сразу говорит "Пакет средний, скидочная есть, оплата картой, сигареты такие-то с такой-то кнопкой/полоской, чек не нужен". Заранее достаёт карту, упаковывает параллельно пробивке. Позволяет работать на скорости.

"Эмпат" — понимает, что кассир живой. Благодарит, извиняется, если задержал. Одна фраза "держитесь, скоро смена закончится" после скандалиста спасает психику.

"Ответственный" — передумал — вернул на полку. Разбил — оплатил.

Вывод? Кассирам не нужна ваша любовь. Им нужно, чтобы вы не ломали поток. Готовьте карту заранее, не убегайте за молоком, не расплачивайтесь пятитысячными утром, не приходите за пять минут до закрытия вальяжным пингвином. И хотя бы иногда говорите "здравствуйте" и "спасибо".

Надеемся, Вы не узнали себя?

очередь — это был знак, что что-то дают.

Стояла она, скучала, рассматривала ассортимент сумок у соседей и прислушивалась к спорам о том, когда же "всё наладится". И тут разговорилась с молодой девушкой, которая стояла позади. Разговор, как водится, начался с классики:

— За чем стоим?

— Пока не знаем.

— Отлично, я тоже встаю.

Слово за слово, и разговор пошёл: работа, погода, дефицит зубной пасты… Оказалось, девушка — очень милая, начитанная, и, главное, свободна. Мама, как настоящий стратег, сразу подумала: "Вот бы такого человека моему сыну! "И уже мысленно начала репетировать речь "А у меня для тебя одна хорошая знакомая…"

Через пару недель мама действительно познакомила брата с этой девушкой. Брат был парень простой: если мама сказала — значит, надо хотя бы попробовать. Они встретились… и будто в кино: искры, смех, разговоры до ночи, даже чай без дефицитного лимона казался вкуснее.

Прошёл год. Без очередей, но с цветами, ЗАГСом и тортом. Родственники сначала слегка удивились, особенно когда мама сказала, что "нашла невестку в очереди", но потом все решили: пусть мама и дальше ходит в магазины — вдруг ещё кого-то хорошего встретит.

Теперь они живут душа в душу уже много лет. А мама до сих пор уверена: в очередях бывает не только колбаса, но и судьба. Главное — не терять бдительность и иногда оглядываться по сторонам.

преломлялся белый свет (Физику я не прогуливала, чо уж). Но только после жидкости, попавшей в мой как Сахара организьм, почему то начался дубль два, как в плохом американском фильме. Опять душа в рай, а ноги в милицию и малость "мы ее теряем" верещали мысли в голове. Я принюхалась к жидкости в стакане.

Вдруг враги народа, читай свекровь, решили дискредитировать русскую девицу в рассвете лет, чтоб узнать настоящее имя, фамилию, номер паспорта, на кого работаете, сколько платят и переписывайте уже завещание на меня. В стакане приятно пузырила в нос та самая минералка.

Странно, подумала я, щипая себя за ладонь. Не сплю, самогонку, каюсь, не впервые пробовала, а забрало, по рассказам очевидцев)), как от спирта.

— Милый, — звонок в Россию в 8 утра, -А ты не в курсе, чо енто у вас тут за местный алкоголь прилагается к хинкали? Может новые приправы?

— Выпила воды и по новой?

— Эммм... Так что это? И хватит улыбаться там, я всё вижу.

— Джипитаури это, — ржач в трубку, — не добродившая чача.

Так я сделала вывод, что свекровь меня любит и будем мы с её сыном жить долго и счастливо, но в другой стране.

А через полгода я соскучилась по метро, пирожинкам "Наполеон" и открытым ртам на мой акцент. Собрала котомку, денег, поцЫловала мужа в макушку и махнула вновь. В четыре утра на остановке города Д. та самая свекровь ждала меня уже часа как три на ноябрьском ветру, зажав в руках мобильный и провожая взглядами все маршрутки. И снова, чтоб никакой вражеский грузинский вирус не напал на мой "хиленький" организьм, была налита Джипитаури с перцем и выданы шерстяные носки.

Наступил новый год. Традиции традициями, а без елки никак. Не помог даже обещанный объявлением на магазине штраф в тысячу лари (20 000 руб на наши) за спиленную сосну, и 30 декабря в 21 нуль нуль свекровь отправилась добывать мохнатую ветку. Ну я леди не местная, если что бегать умеющая быстро и делающая при палеве огромные жалостливые глаза (да, да, кота в шреке я играла), была оставлена на балконе на стреме.

И представляете: Ночь... Снега нет. Но воздух такой морозный, что слышно как затягивается трубкой дед на балконе на три дома ниже и сплевывает слюну. Я в шерстяных носках, мужниной черной для конспирации кофте сижу в засаде на балконе первого этажа пятиэтажки и жду условного камушка от свекрови. И тут камень летит, я перегибаюсь через балкон, хватаю в темноте в меня тыкающуюся ветку сосны метра в два, затаскиваю со страху её чуть ли не со свекровью и захлопываю дверь на замок. Всё, хоть апокалипсис начнётся, а не докажите, что мы спилили, а не на дороге нашли новогодний атрибут, мохнатую лапу, колючие иголки.

Бой курантов в полночь и брызги шампанского на нашу "елку" запечатлелись на память предкам в формате джипиджи)). А вне "скрытой камеры" мы со свекровью зажигали петарды и выбрасывали в окно, пугая кошек, и не успевших прекратить пиликать сигнализацией машин.

Теперь мы со свекровью трепетно любим друг друга, верим в дружбу народов и всегда спорим, чья очередь мыть посуду, посматривая на свёкра. И ничего страшного, да? с того, что я половину не понимаю мне сказанного и всегда киваю, типа согласная? Зато мы в совершенстве умеем договариваться жестами, какие помидоры лучше взять на чахохбили и куда от свёкра запрятать три литра вина на очередной праздник, для сохранности)).

В Германии тамошние прямые потомки варваров и вандалов давным-давно уже додумались до этой пакости: на автомагистралях и просто в городах установлены вдоль дорог специальные балдометры, что-то вроде совмещённого радара и фотоаппарата (два в одном). Всё это безобразие чуть больше почтового ящика и покрашено с целью маскировки. Принцип действия очень прост: едешь мимо на приличной скорости, тебя фотографируют и присылают тебе потом по почте фото, на котором помимо твоей азартной физиономии- номер машины, дата, время, скорость и все другие данные вплоть до размера сапог и анализов мочи. Фиг отмажешься. Ну, и, естественно, вместе с фотографией вложен чек с просьбой оплатить фотоуслуги. Буднично и прозаично, никакой фантазии. То ли дело наши гайцы! Они, когда из придорожных кустов выпрыгивают со своими полосатыми елдами наперевес-столько грации, экспрессии, огня! Прямо-таки, поэты своего дела. Тургенев со племянниками-„Записки охотника“, не меньше. А там у них- никаких высоких чувств, что-то непотребно-механическое, бездушное и холодное, как суррогатный ceкс. Вообще не понятно, как это при таких гестаповских порядках именно в Германии родился самый быстрый гонщик в мире?

Теперь сам прикол. Ехал как-то один из немецких аборигенов, которому лавры Шумахера не давали покоя даже во сне, на машине с очень внушительной скоростью, и скорость эту запечатлели во всех ракурсах, и фото (а этому торопыге, наверное, вообще постер), естественно, прислали. Погоревал он, посокрушался (шайзе, маза фака!), дёрнул шнапса и решил поиздеваться над полицаями: разложил указанную сумму денег на столе, сфотографировал и выслал эту фотку по обратному адресу- дескать, вы мне- фото, и я тоже в долгу не останусь! Полицаи долго не отвечали, видимо, консультируясь с юристами, но ответ всё-таки прислали, точнее, даже не ответ, а ещё одну фотографию, на которой были изображены наручники...

Первоначально сама история меня не очень воодушевила, а потом подумал- может, у немцев с чувством юмора не всё так уж и плохо?

то и укладывал спать и будил, ласково гладя по голове. Тех самых воспитательниц чьи мягкие полные руки обнимают ваши плечи на стареньких фотографиях. Вы на самом деле становились для этих ЗинПетровен, МарьИванен, тетьНаташ родными. И будучи уже взрослыми второклассниками вы радостно бежали им навстречу поделиться своими успехами и достижениями. Именно с ними всегда здоровались степенно ваши отцы, а мамы о чем то шептались в сторонке.

Вспомнили?? Было?? Еще как. Это ваша жизнь. Она была. И больше не будет. Ни у кого.

Знаете, что будут вспоминать ваши внуки?? Лахудру с гаджетом и соской (чупа чупс в доме и цигарка на улице), чатящуюся и смсащуюся, пока обоссанные и обосранные детки с боем отнимают друг у друга игрушки.

Дуру, которая на вопросы "что, откуда, почему" отвечает — мамку свою спроси. Будут вспоминать ее записочки родителям со списками собственных потребностей к праздникам. И все.

Больше не будет никогда ЗинПетровен и МарьИванен. Реформаторы образования их уволили, как несоответствующих требованиям реформы: отсутствие публикаций и высшего педагогического образования. И набрали обгаджетных чатящихся дур с дипломами и полным отсутствием любви к детям. Аминь.