Аркадио, как уже забываешь подробности про Аурелиано Хосе. Страшно увлекательно, а также неисчерпаемый ресурс для семейных встреч.

Только муж стартовал со своей сагой о Форсайтах, как Марина уточнила: "Был ли у кого-то из них диабет, инфаркты, инсульты и аутоиммунные заболевания? "

Срезала рассказчика на взлете.

В медицине муж полный профан.

В рассказе о семье пропускает кучу важных подробностей: кто чем болел, от чего умер и кашлял ли перед смертью.

С Мариной вообще невозможно рассказать историю гладко, потому что она активный слушатель. Оживляется на словах "диагноз" и "больница", выясняет симптомы и просит вспомнить, какие лекарства были назначены. Была ли язва желудочная или кишечная. А если грипп, то с осложнениями или без.

— Просто дыхание перехватывает, — неосторожно сказал муж, объясняя масштаб каком-то своего культурного потрясения. Ему казалось, он соскочил с медицинской темы.

— А боль за грудиной почувствовали? — воодушевилась Марина.

— А должен был? — удивился муж.

— Ну, когда дыхание перехватывает, возможна боль за грудиной, — пояснила Марина.

— Ишемическая болезнь, очень опасно.

Стало понятно, что впредь нам следует избегать выражений "кровь стынет в жилах", "глаза полезли на лоб", "ноги отваливаются" и "уши завяли". А "сердце ушло в пятки" вообще чревато вызовом скорой помощи.

К концу вечера вооруженная худо-бедным семейным анамнезом Марина с доброжелательной хищностью посмотрела на меня и спросила, а как в моей семье дела с отягощенной медицинской наследственностью.

"Все умирали практически здоровыми! " — малодушно ответила я.

Но знаете, шикарный растет врач.

Всех вылечит. Догонит и вылечит. Достанет до печенок, возьмет за живое, положит на лопатки, зуб даю.

"Где тебя носит, Клэр" (c)

где хранятся последние свидетели вашей воли к жизни – замороженные трупики пельменей.

Вы смотрите на этот ледяной кирпич с ушками как на еду? Вы глубоко ошибаетесь. Это – пакет с одноразовыми крио-протезами для души. Аптечные гелевые пакетики – это для слабаков, которые боятся. А пельмень – он требует решимости. Он тяжёлый, асимметричный, на его поверхности есть следы от решётки, где он лежал, застывая в предсмертной агонии. Это не просто холод. Это – холод с биографией.

Алгоритм действий следующий. Боль накрывает? Мир сузился до пульсирующей точки между глазами? Не паникуйте. Идите к морозилке. Разорвите пакет с характерным хрустом, похожим на треск костей. Достаньте один пельмень. Или два, если боль двусторонняя, симметричная, с претензией на философию. Выбирайте того, что ледянее. Того, что успел покрыться инеем, словно саваном. Пришлёпните его ко лбу. Как гипсовую повязку от судьбы.

Наступает момент истины. Первый контакт. Ледяной шок. Ваш мозг, который секунду назад был занят тем, что прокручивал все ваши ошибки с усилением в три раза, вдруг замирает. Он получает новый, более мощный сигнал: "НА ЛБУ – ПОСТОРОННИЙ ОБЪЕКТ. ТЕМПЕРАТУРА -18. ПАХНЕТ ХАОСОМ И СВИНИНОЙ". И всё. Мозг перезагружается. Он пытается понять: это нападение? Это лечение? Это новый вид аппликации? Пока он мыслит, боль отступает, застигнутая врасплох этой наглой физиотерапией.

Вы лежите. С пельменем на голове. Вы – участник эксперимента под названием "Обратная связь с собственной глупостью". Холод проникает в череп, сужая сосуды, которые были расширены от стыда за прочитанные новости. Но лечит не только холод. Лечит сюрреализм происходящего. Осознание, что вы, взрослый человек, лежите в позе "оплакивающий гладиатора", но вместо венка у вас на лице – мясной леденец, вводит сознание в состояние продуктивного ступора.

Через десять минут терапии пельмень оттаивает. Он становится мягким, липким, предательски тёплым. Он выполнил свою работу. Теперь наступает кульминация. Вы должны сварить и съесть своего целителя. Это акт симбиоза. Вы поглощаете существо, которое только что поглощало вашу боль. Это высшая форма медицинского цинизма. Вы не просто лечитесь – вы замыкаете кармический круг.

Официальная медицина предлагает таблетку, которая маскирует проблему. Пельмень предлагает полное погружение в абсурд, после которого сама проблема кажется незначительной ерундой. Какие у него побочные эффекты? Только лёгкий запах фарша на подушке и ощущение, что вы только что заключили сделку с дьяволом, который специализируется на полуфабрикатах.

Так что запомните: в апокалипсисе, когда аптеки будут разграблены, а врачи съедены мародёрами, вашим последним прибежищем будет пачка пельменей. Они снимут не только головную боль. Они снимут с вас все вопросы к миру. Ибо после сеанса такой терапии задаваться вопросами будет уже просто неприлично.