семей до благополучных семей, у которых все было в порядке — и зарплата стабильна, и личная жизнь.

Возвращаюсь как-то с работы и наблюдаю такую картину: стоит сын с товарищем возле парня, который что-то увлеченно лепит из пластилина. Видеть-то я его видел изредка, а вот имя не знал, знал только, что учился он, как и сын, в школе недалеко от нашего дома и был старше лет на 5, что ли. Меня они не видят, а я что-то и не стал показывать свое присутствие — очень уж заворожила меня картина превращения бесформенного куска пластилина в произведение искусства, не побоюсь этого слова. В конце концов, б у него получился бравый красногвардеец на коне, в папахе, с шашкой наголо.

И, значит, отдает он этого красногвардейца сыну и говорит: "Ну держи вот, как обещал". Сын смотрит с детским восторгом — он такого никогда не видел, и я, признаться, тоже. И тут мы с ним оба, наверное, в одну секунду, видим, с каким обожанием и как на чудо смотрит на эту игрушку товарищ сына. После некоторой паузы малый собирается уходить, и тут я слышу, как сын говорит: "На, Витька, бери, дарю". Витька оборачивается, и вся эта гамма чувств отчетливо видна на его лице, берет этого воина, как бы не веря еще в то, что это действительно ЕГО вещь теперь. В глазах немой вопрос: "За что мне?"

Я вам не говорил, что бывают моменты, когда я понимаю сына с полуслова, и могу угадать, о чем он думает, даже если он ничего не говорит? Это был один из тех моментов... я чувствовал, я знал, как сын может ответить на этот вопрос. Может быть — "Потому что у тебя, Вить, отца нет, и живешь ты с матерью, которая видит только дно бутылки, а тебя в пьяном угаре как-то не узнала и выгнала из комнаты...". А может,"потому, что ты приходишь к нам как бы невзначай посмотреть телевизор, и когда мама предлагает покушать, ты всегда отказывваешься, хотя видно, что ты голоден, и приходится тебя заставлять". Сын просто ответил "Ну, мы же друзья"!

Они до сих пор лучшие друзья. Сын работает на заводе, инженер, Витька - дальнобойщик.

Я воспитал хорошего человека...

Поэтому мы запланировали день шоппинга. День шоппинга! Не знаю, как вам, по-моему, это запланированный кошмар. Выбирать одежду я просто ненавижу, поэтому, когда мы вошли в магазин, и я увидел бесконечные ряды стоек со шмотками, то впал в грех уныния — впереди был мучительный день, наполненный утомительными примерками, раздражённым обменом мнениями ("На такого урода вообще ничего выбрать нельзя! ") и жалкими компромиссами.

По случаю буднего дня и раннего часа огромный магазин был абсолютно пуст — на всём пространстве не наблюдалось ни единого человека. Взяв костюм, который, вроде бы, отвечал требованиям, мы зашли в примерочную. Типичное не то! Жена оставила меня одного и отправилась за следующим вариантом. Когда она уже подходила к кабинке с другим костюмом, дорогу ей преградил серьёзный солидный мужчина, появившийся неизвестно откуда. Не говоря ни слова, он забрал выбранный ею костюм, повесил его на место и вручил другой. Очень удивлённая, жена пришла с ним ко мне. Я надел, посмотрел в зеркало, и понял, что я вовсе не тот корявый невзрачный человек, каким себя представлял, а именно тот чувак, с которого скульптор ваял Аполлона Бельведерского, только в костюме. Что удивительно, супруга согласилась с этим мнением! Ура, костюм есть! Выйдя из примерочной я спросил молчаливого человека, где можно выбрать рубашку и галстук. Он знаком показал нам с женой оставаться на месте, отошёл на минуту и вернулся с рубашкой и галстуком. И никаких дурацких вопросов про размер шеи и степень приталенности! Да, но нужен ещё ремень! Однажды в таком же магазине я убил кучу времени, бродя вдоль стоек с сотнями ремней всех возможных размеров, цветов, фактур и материалов, в итоге ушёл с пустыми руками! "Белт? " — я с трудом вспомнил слово. Молчаливому потребовалось не больше тридцати секунд, чтобы дойти до нужной стойки и вернуться с нужной вещью. "Ещё нужны "шуз", — выдавил я, уверенный, что тут-то молчаливый разведёт руками и скажет что-то типа "Уж извиняйте, не моя секция, ищите другого консультанта! "Не тут-то было! Уверенным шагом, по-прежнему молча, он провёл нас через весь зал, и, усадив меня на банкетку, поставил передо мной пару обуви. По-моему, он снял её с полки, не глядя, вслепую, как опытный шахматист. Обувь подошла идеально. Но не может же всё быть так хорошо! "Они же лакированные, — завопил я, — Я ненавижу лакированные ботинки! Я ненавижу людей, которые носят лакированные ботинки! " "Ты что, слепой? — сказала жена.

— Они идеально подходят к галстуку и ремню! "

Поняв, что он больше не нужен, молчаливый человек исчез также внезапно, как и появился. С того момента, как мы вошли в магазин, прошло не больше четверти часа, а я был обладателем безупречного комплекта одежды. Только одно "но" — в моей жизни крайне мало столь пафосных событий, для которых требуется такой прикид. Но это вопрос не к работникам торговли.