|
Короткая зарисовка, несмешная.
Мой одноклассник Славка был в гостях у друга детства Горыныча. Слава перед этим лет 15 учился в мореходке в Мурманске (так и не закончил) и ещё лет 10 бичевал - то есть квасил профессионально. Горыныч всю жизнь работал на буровых, "делал дырки в земле" и воздержанием себя тоже не запятнал. Сидели на кухне под белую, шутили. На второй половине бутылки, без перехода Горыныч воткнул вилку Славику в предплечье. Ну, накатило, бывает. Славян шипит от боли, вилку выдернул и бросил на стол. Кровища как-то вяло вытекает из четырёх новых дырок... И тут открылась дверь, вошла мама Горыныча, отсвечивая линзами очков, и молча поставила на стол поднос, а на подносе набор: 1. Вата 2. Йод и так же молча удалилась. Славика так поразил уровень сервиса в доме Горыныча, что он даже шипеть перестал. |
| Новые истории от читателей | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Это было где-то в конце прошлого тысячелетия, когда наука сильно уступала квадратным метрам по рентабельности и любой институт логически превращался в арендодателя. На вахте сидела бабушка со списком организаций из полусотни строчек, из которых 30 торговали чем попало, 18 толкали сомнительно полезные услуги, а 2 числились научными
Было у меня в детстве такое ощущение... незабываемое.
Схватился за забор, на руке что то липкое, глянул, а там харкотина с гноем.
Много лет передергивало от омерзения.
Вчера нечто подобное испытал. И испугался, чего уж тут врать.
Тут источник рядом есть Пантелеймона Целителя. Я там воду набираю.
Подъезжаем, там прям
История моей первой любви чуть не кончилась трагически. После знойной ночи на скамейке мой итальянец пропал. Потом была задержка и я была в ужасе. Родить незнамо от кого в нашей слободке означало гражданскую смерть и клеймо шалавы на вечные времена. Я лежала в своей комнатке на продавленной кровати и тупо смотрел в потолок, подумывая о
перевод случайного поста с Редита
Моя жена сейчас изучает письма, которые её отец писал во время Второй мировой войны в Европе и в послевоенный период; мы собираемся их опубликовать.
Он был гражданином Австрии и владел семью языками. Он служил в военной разведке США и участвовал в послевоенном урегулировании счетов в Европе. Среди прочего он занимался розыском похищенных произведений искусства и переводом документов для Нюрнбергского процесса. Вернувшись домой после всего этого, он приобрёл крайне циничное представление о человечестве в целом, и это касалось ВСЕХ сторон войны. Не было ни "хороших", ни "плохих".
По его словам, война не закончилась с подписанием капитуляции. Нужно было свести счёты. Нечего было есть, и не было денег, чтобы что-либо купить. Почтовая система не работала. Всё, что представляло какую-либо ценность, было украдено. Каждый солдат армии США был вовлечён в чёрный рынок, и в большинстве случаев именно они и занимались кражами — причём это делали не только американские солдаты, но и офицеры.

