Однажды в Венеции мы зашли в, как нам показалось, маленькое кафе на два столика, стеклянная дверь была открыта. Пришёл военный, попросил удалиться: "Извините, здесь арсенал... "

Недавно помогал своему приятелю переезжать. Он с женой вечно скитается по съемным квартирам, поэтому не имеет никакой мебели и никакой бытовой техники. В общем, вынесли мы из квартиры все узлы, коробки, кота и погрузили их в машину. Собрались отъезжать (в новую квартиру), и тут жена приятеля вспомнила про магнитики на холодильнике. Гена, ворчал, вылез из машины и поплелся в подъезд. Не было его минут пятнадцать, мы даже заскучали, а заодно и про магнитики поговорили — их Гене и его жене надарили друзья и знакомые, побывавшие во всяческих командировках во многих странах мира. Гена вернулся, и мы поехали. Перед тем, как высыпать магнитики из карманов в сумку жены, Гена от нечего делать решил провести ревизию магнитов, короче, повспоминать, кто какой магнит им подогнал.

— Так, этот из Америки от Сани, этот — из Турции от Аньки,.... О! Блин! А этот от кого?

Жена:

— Какой?

— Беларусь, Минск, а еще написано АТЛАНТ.

— Покажи

— Вот, на

— Так это же табличка от холодильника! Придурка кусок! Ты как её умудрился отломать?

— Отверткой, как раз в кармане была, еще думаю: все магниты, как магниты, а этот приклеен...

Любопытная история из первых лет советской власти. Однажды Юрий Ларин, видный деятель большевистского правительства, проезжал мимо деревни под названием Кобылья Лужа. Страстный революционер не сдержался, зашёл в сельсовет и, встретившись с председателем, сказал ему, что таких названий, оставшихся от позорных времён царизма, в советской стране быть не должно. Председатель пообещал название изменить, и не обманул: проезжая там же через некоторое время, Ларин увидел название: "Новая Лужа". С позорным прошлым было покончено!

Интересно, что через Новую Лужу проезжал не раз почти каждый москвич по дороге в Шереметьево, только теперь она называется Химки.

Я школьный психолог, но иногда исполняю обязанности классного руководителя в младших классах.

На одной из перемен мой класс, в которои я заменяла классного руководителя, вёл себя очень шумно. Естественно, урок начался с увещеваний и призывов к совести. По окончании моей пламенной речи в классе воцарилась тишина. И только одна девочка с улыбкой резюмировала: "Ирина Андреевна, вы, в принципе, можете ругаться сколько угодно. Нам не страшно, но суть мы поняли".

Обожаю своих детей)