Году так в 90-м ФБР распутывало длиннейший клубок преступлений, лежавших в основе могущества финансовой империи американского миллиардера

Милкена. С первых газетных полос на меня глядели крупные фотки этого миллиардера – смуглый сорокалетний мачо средиземноморского типа с мрачно-страстным взглядом горящих адским огнём глаз – настоящий демон, чуть не обваливший уже тогда всю американскую финансовую систему.

Особенно хорош был чёрный как смоль жёсткий ёжик непокорных курчавых волос, впоследствии к сожалению оказавшихся париком. После ареста загар с миллиардера слез, имиджмейкеры ещё постарались, и с газетных фоток теперь смотрел кроткий безобидный маленький лысик лет пятидесяти в пузатых очёчках, упиравший на свою благотворительность.

Ради ареста этого человечка были выпущены на свободу несколько десятков закоренелых, пойманных с поличным преступников, давших признательные показания на рыбёшку покрупнее – и так до самого Милкена. Он бы наверно тоже кого-нибудь заложил в обмен на свободу, но самой крупной рыбёшкой в этой компании оказался он сам, выше закладывать было уже просто некого.

Меня в этой длинной истории приколола середина расследования, когда попались два хохла украинского происхождения, скромные клерки очень солидного американского банка. Они тоже получили свободу, но попутно ФБР попросило их вернуть сто тысяч долларов, полученных за нелёгкий труд по сливанию Милкену конфиденциальной информации. В ответ клерки заявили, что вскоре после получения взятки с ними обоими случился острейший приступ раскаяния, в ходе которого они в состоянии аффекта порвали все эти проклятые доллары нафиг на мелкие кусочки и спустили в унитаз.

Американский суд этим объяснением удовлетворился. Как говорится, там, где х@хол прошёл, еврею делать нечего…

Работала секретарём, когда училась на заочном. За пять минут до окончания рабочего дня приходит руководитель, говорит: "Задержись немного, пожалуйста, сейчас ко мне придёт человек. Впустишь его и можешь быть свободна". Ещё сказал, что его собака, которую он потерял две недели назад, нашлась. Сижу, значит, жду, изучаю материалы по учёбе. Прошёл час, ещё полчаса. Звоню ему по внутренней связи узнать, как долго ещё нужно ждать. Но на звонок он не ответил. Постучала в кабинет — тишина. Осторожно зашла... А там никого. А из приёмной я не выходила вообще и никак не могла пропустить его уход.

Позвонила на его телефон, он сказал, что сегодня его вообще не было. Потому что нашлась его собака, вся ободранная и чумазая. Сказал он это теми же словами и с той же интонацией. Я испугалась ни на шутку. Версию с розыгрышем не рассматривала вообще: даже если не учитывать тот факт, что он ворчливый дед без чувства юмора, как бы он выбрался с седьмого этажа? Ни на секунду не подумала пожать плечами и отпустить ситуацию, врач исключила психические заболевания. Сейчас я уверена в существовании параллельных реальностей на все сто процентов.

Заехал сейчас в ГБР (Государственное Бюро Регистрации). Мне там справка понадобилась для нотариуса. А она всего десять дней действует почему-то, просрочил — плати опять.

Меня девушка спрашивает:

— Вам с какой срочностью? Можно за три дня сделать, можно за два. Три дня -68 рублей, два — 105.

— Давайте за два, — отвечаю, — время поджимает.

Пошел в кассу, заплатил 105 р. Возвращаюсь. Девушка говорит:

— Теперь приходите за справкой в понедельник.

— Как, в понедельник?! Сегодня четверг!

— Да. Плюс два дня. Это суббота. В суботу мы закрыты. Значит, в понедельник.

Тут до меня начинает доходить:

— А если бы я заплатил за три дня?

— Тогда справка была бы готова в воскресенье. Но и в воскресенье у нас закрыто. Значит, тоже получили бы в понедельник.

— Тогда зачем же я на сорок рублей больше заплатил?

Она на меня, как на Богом обиженного, взглянула:

— То есть как, зачем?! Чтобы справка была готова на день раньше! Сами же сказали, что время поджимает.

... У нашего государства каждый день — первое апреля.

Как-то летом шли мы — я с отцом — домой. Дело было в деревне, куда мы выбрались отдохнуть. Шли мы с базара, где купили здоровеннейший — килограммов на пятнадцать — арбуз. Так вот, переходим мы через реку по старому деревянному мостику, тащим арбуз. И, не помню уже с чего, разгорелся вдруг между нами спор: арбуз плавает или тонет? Отец говорит — поплывет, я говорю — утонет, он же такой тяжелый... Казалось бы, какая нам разница? Но слово за слово — разгорячились мы здорово. И тут мой батя говорит: а давай проверим! Я: а давай! И мы, два совершенно взрослых (папе на тот момент было уже хорошо за пятьдесят, а мне — лет тридцать) и умственно здоровых человека, поднатужившись, переваливаем арбуз через перила и отпускаем его в речку. Плюх! А мы стоим и смотрим. Ну, ничего страшного, конечно, не случилось: в этом месте глубина нашей реки — чуть выше пояса, а ниже по течению — и вовсе по колено, вброд перейти не проблема. Так что мы спокойно дошли до поворота — все равно нам именно в ту сторону нужно было, — выловили арбуз из реки и пошли дальше. Заодно и помыли. Зато теперь я совершенно точно знаю: АРБУЗ ПЛАВАЕТ! Только с очень глубокой осадкой, наверное, глубже, чем у айсберга: над водой один хвостик торчит. Вот только неизвестно, что это знание в жизни дает и для чего оно могло бы пригодиться...

Завела у меня жена мелодию: давай дачу купим! Цветочки, все дела. Поднапрягся я, несколько звонков сделал и прекрасным майским днём с женой и дитём поехал устраивать им сюрприз. Дача была в 20 минутах от дома, имела прекрасный кирпичный флигель 3х3, электричество и плодово-ягодные насаждения. Все выходные я косил траву, а жена сажала цветы – дача для отдыха, а не картохи. Следующие выходные я перекапывал дачу, а жена жарила шашлык. Потом я сажал огурцы, кабачки (чего земле пропадать), а жена ездила со мной все реже и реже… Прекрасным осенним днём, сидя у угасающего костра жена сообщила мне: “Знаешь, муж… Наверное дача это не моё… Давай ее продадим? ” Я вздохнул и сделал важный звонок: “Дружище, взносы уплачены, на зиму землю перекопал, твои яблоки в погребе, на следующий год, наверно, арендовать не буду…” Сначала отхватил. Но потом жена неоднократно восхищалась мудростью мужа. А на “сэкономленные” деньги мы поехали на море.