|
Моя подруга Люся удивительно негромкий, молчаливый человек. Художник по костюмам, она вечно что-то подшивает, кроит, рисует. Умудряется готовить обед и кроить, одевать мужа, спешащего на работу, и на ходу менять пуговицы на его пиджаке. И всегда все молча.
Однажды к ней в гости зашла наша общая знакомая и мы сели пить чай с тортом, который Люся тут же и испекла. Знакомая была в тоске, сообщила, что разводится с мужем. Она подробно рассказала нам, насколько они разные люди, что им нравятся разные книги и разные фильмы, а уж из-за политики могут подраться. Люся слушала молча и подшивала, какое-то ретро платье для съемок. А я, как я умею, лезла в душу печальной женщине, выясняя все детали развода. Знакомая говорила часа три, потом расплакалась и, извинившись, ушла. Я доедала торт, Люся все так же молча подшивала платье. Наконец, я спросила: — Люся, а я так и не поняла, почему она разводится? Люся перекусила зубами нитку и спокойно ответила: — Не [дол]бал. Это был мастер класс по краткой емкости диалога. |
| 28 Apr 2026 | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Пригнал к нам в сервис один мужик свою "Ниву" на ремонт.
Мастер ему и говорит, мол, по-хорошему, эту машину еще лет десять назад поменять не помешало бы. "Я и поменял, почти, чуть было не пожалел", — говорит мужик и рассказывает от себя такую историю.
Жил я тогда с семьей на выселках, фермерствовал. Ездил на этой вот "Ниве", а как деньжат
Лев Дуров рассказывал: "Я на гастроли в поезд никогда не беру ни спортивного костюма, ни тапочек. Меня всегда пугает такая картина — через пять минут после отхода поезда в коридоре появляется какая-то странная спортивная сборная очень пузатых мужиков.
Я очень давно играю спектакль "Афинские вечера" и часто езжу в одном купе с Ольгой Александровной Аросевой. И если ночью я решал прогуляться, то надевал ее красивые, расшитые золотом тапочки, снимал с вешалки ее халат, тоже надевал его на себя и тихо-тихо пробирался по коридору.
Однажды, когда Ольга Александровна утром пошла в туалет умываться, она услышала себе вслед такую реплику: "Ну надо же, в парике такая красивая, такая изящная, а ночью ты б ее видела! Лысая, ножки тоненькие! Ну что ты хочешь, актриса. Преображается".
Увлекательная история про одну претензию
Оказывается, что нигде в законах не прописано, что документы должны составляться только на бумаге, а не на каких-либо других материалах. По этому поводу история о том, как один предприниматель выставил претензию одному банку.
Когда предприниматель обратился в банк для разрешения
Ремонт... Это такое состояние души, когда вы живёте среди банок с краской, мешков со шпатлёвкой и надежды. Надежды на то, что когда-нибудь это закончится. Но не закончится.
Ремонт — это единственная вещь в жизни, которая не имеет конца. Можно закончить ремонт в одной комнате, но к этому моменту в другой уже отваливаются обои. Вы начинаете с малого: "Переклею обои". А через три месяца вы уже меняете план, потому что выяснилось, что под обоями — стена, под стеной — проводка.
Ремонт учит нас главному: идеального момента не существует. Идеального материала — тоже. Идеальных мастеров — тем более. Есть только вы, перфоратор и понимание, что всё равно ничего не будет так, как вы задумали.
Но самое удивительное в ремонте не то, что он вечен. А то, что мы, закончив его, клянёмся: "Всё, больше никогда! "Проходит время... И мы снова идём в строительный магазин. Потому что ремонт — это про надежду. Надежду на то, что вот сейчас, наконец, всё будет хорошо.
А будет ли? Да какая разница! Главное — процесс.

