Русская улица в Америкосии... Как-то закрыли меня в местную тюрьму на пару месяцев.... встречали, как пациента в больничке.... Всё спрашивали, если я не могу переносить какую нибудь жрачку, если мне нужны определенные медикаменты..... И в таком стиле... Потом дали мне новенькое обмундирование.... Оранжевое... Значит, ОПАСЕН, Я, мол: А че не синенькое, но потом даже обрадовался... Потому как "оранжевые сидят в одиночках". Хорошо выспался в своей одиночке, пропустил завтрак, пошел на обед, жрачка вроде приличная.... Потом играл в баскетбол до одурения, на площадке, которая огорожена 3 метровым каменным забором, но "колючки" над головои нет, на улице... Самый прикол, что охранник попросил меня, чтоб я не сбежал в его смену... Оказалось, что несколько дней назад, трое Русских парней сбежали... Один подпрыгнул и достал до кольца, а другие по нему забрались и перемахнули через стену,.... (кто служил в ВДВ, тот знает, как это делается). Я пообещал, что не сбегу, плюс черненькие попросили, потому как охранник — мужик хороший... Потом я с охранником в шахматы играл все ночи напролет, а он мне жратву носил, потому как на завтрак я не мог проснуться. В общем, через 3 недели меня отпустили... Я, как в дом отдыхе побывал, что за тюрьма?

"Давай его маме на дачу отвезём на неделю? ", "Чтобы, когда я приеду с работы, его дома не было. Уводи, куда хочешь, мне нужно отдохнуть", "Может, его в какой-нибудь приют пристроить? ", "Давай твоим родителям его подарим", — эти и другие фразы говорил мой бывший муж. Он не о собаке, не о коте и не о старом диване. Он о нашем ребёнке, своём родном сыне, которого чуть ли не на коленях у меня выпрашивал со дня свадьбы. Я-то хотела повременить, родить к 30 годам, но он изнасиловал мне весь мозг темой родительства и своего добился. Возненавидел он его, кажется, с того же момента, как малыш открыл рот и заплакал, начал предлагать мне различными способами от него избавиться.

Я терпела этот пи[c]ец год. Буквально было некуда идти, помогли потом подруги, родители, сестра и неожиданно свекровь (до этого не верили, что всё так плохо, но я записала речи [ч]удака на диктофон). Сняли нам квартирку, по связям пристроили ребёнка в сад, платили первое время, я пошла работать. Потом всё наладилось.

Сейчас моему ребёнку восемь лет. Он лучший на свете! Я знаю, что он этого не помнит, но я не могу простить себе тот год его жизни с психом-папашей, который приходил с работы и орал на него просто за факт существования, игнорируя мои попытки защитить ребёнка. Когда сын спрашивает меня об отце, я придумываю всякие хорошие истории о нём и говорю, что он тяжело болен, поэтому не может жить с нами. Отчасти последнее даже правда.

Про свиней...

Люди частенько называют других людей свиньями. С какой целью и почему, я не знаю, но видимо есть причины.

— Ну как, растет хозяйство? — заехавший ко мне дружбан, от сельского хозяйства был далек, но с интересом.

— Растет. Хочешь посмотреть?

— Да конечно!

И мы вывалившись

Никогда раньше не писал, да и сейчас копипаст с сайта, но думаю- это стоит внимания:

В больнице итальянского города Ловере в провинции Бергамо от коронавируса умер 72-летний священник Джузеппе Берарделли, который пожертвовал свой аппарат искусственной вентиляции легких незнакомому молодому пациенту.

Джузеппе Берарделли был настоятелем церкви в городке Казниго. Его прихожане вспоминают, что даже после вспышки коронавируса он не перестал оказывать помощь всем страждущим.

Тогда община купила ему аппарат ИВЛ. Однако, как рассказали в больнице города Ловере, попав туда, Берарделли отказался от него в пользу молодого человека, который лежал в том же отделении.

Жители Казниго аплодировали из окон и с балконов, когда гроб с телом пастора везли на городское кладбище. Церемонии прощания и похорон не было в связи с действующим в Италии запретом на массовые мероприятия.

Подруга рассказала. У нас в городе — на окраине — есть участок, поросший лесом. Его облюбовали "толкиенутые" ребята. Они там ролевые игры устраивают. Носятся друг за другом, все обвешанные самодельной средневековой амуницией. Вот, однажды эти милые товарищи решили поиграть. Разделились на орков и людей, пошли воевать друг против друга.

Итак, картина. Ничего не подозревающий мужичок возврщается поздним вечером домой через тот самый лесок. Навстречу — отряд "орков", в разных железяках и обвешанный арбалетами, мечами, щитами. Мужик отреагировал вполне ожидаемо — влез на дерево. "Орки" мрачной толпой приблизились к стволу, и главарь спросил у мужика (думая, что это игрок из враждебного лагеря):

— Ты человек?

А что ещё мог ответить бедный мужик кроме "Да"? Тогда главарь спокойненько изрек:

— Слезай. Сейчас убивать будем.

Потом, правда, всё выяснилось. Орки напоили до смерти перепуганного мужика чаем и отпустили на все четыре стороны. Но бедолага, должно быть, теперь боится задержаться на работе лишние десять минут.