Вышел из жара парилки в буйные заросли туи на веранде, продышаться свежим смолистым воздухом. Там стоял директор бани дядя Саша, смахивающий на вождя племени папуасов – исполинского роста и пуза, крепко загорел за лето, одет в цветастое полотенце вместо набедренной повязки.

Благодаря его привычке вести телефонные переговоры на веранде появились сами эти заросли туевы.

Старушки из дома напротив завалили префектуру жалобами, чего у них под окнами постоянно торчит голый огромный мужик. В ответ он засадил эту тую наподобие джунглей, по всему периметру. Настолько пышно, чтобы даже с верхних этажей или вертолета его не было видно.

Дамы заскучали и послали жалобу на незаконные зеленые насаждения. Прибыла инспекция и велела половину туи сбрить. Но разрешила оставить ту ее часть, которая загораживает веранду от окон жалобщиц.

Сам директор скуп и пофигистичен, так что хрен бы он стал бы что-то высаживать у входа в баню, если бы не усилия добрых старушек.

Так благодаря их противоборству и соломонову решению мэрии появился один из моих любимых уголков Москвы – справа густая хвоя туи, напрочь заслоняющая городскую застройку, слева громадное небо с пышными закатами, внутри восхитительный лесной воздух от парка рядом.

И вот посреди этого дзена Саша пытается включиться в напряженный ритм деловой жизни столицы. У него это получается, как у медведя ездить на велосипеде. Представьте – в одной руке кружка огнедышащего лекарственного чая, в другой сигарилла, источающая сладчайшие кубинские ароматы, а смартфон висит на туе, как новогодняя игрушка, на громкой связи.

— Добрый вечер! Вас беспокоит такой-то, директор бани такой-то. Я узнал, что мои сотрудники огорчены. Вы сменили время доставки свежих простыней и полотенец с 9 утра на 7. В это время в бане никого нет! Она открывается в 10, а теперь сотрудники вынуждены приезжать в 7, только чтобы принять вашу доставку.

— Я вас услышала. Сообщу о вашей проблеме управляющему менеджеру.

— Но проблема пустяковая, решается за минуту. Соедините меня пожалуйста прямо с ним.

— Хорошо, он вам позвонит, как только я изложу ему проблему и он освободится.

Докурена уже сигарилла, Саша с горьким упреком смотрит на телефон. Но вот он звонит! Бодрый мужской голос:

— Здравствуйте, Александр Такойтович. Мне сообщили вашу проблему. К сожалению, ничем не могу помочь. Наша компания динамично расширяется, система доставок охватывает теперь всю Москву. Грузовик, доставляющий свежие полотенца-простыни, должен прибыть к вам в 7 утра, чтобы успеть закончить свой маршрут к 11-12 в другом конце города. Мы не можем ломать наш график ради вашей бани.

— Но этот график меня не устраивает. Мне что, сменить поставщика?

— Да, конечно. На рынке полно других логистических компаний.

— То есть, вы готовы отказаться от заказов нашей бани? Несмотря на пятилетнюю историю наших отношений?

— История ничего не значит, если вас не устраивают наши условия. Давайте расстанемся мирно.

— Извините, а Вова знает об этом вашем решении?

— Какой Вова?

— Генеральный ваш.

— А он тут причем?

— Только при том, что я ему позвоню, перед тем как отказаться от услуг его компании. Он мой друг и постоянный посетитель этой бани. Должен же он быть в курсе, если нанял какого-то остолопа или наймита конкурентов, чтобы постоянных крупных заказчиков отвадить. Вы сами решите этот вопрос или нужна его помощь?

В ответ раздалось нечто. В общей тональности от поросячьего визга до жалобного мяуканья.

Саша:

— Так, я не хочу это слушать. Давайте вы сейчас успокоитесь, простирнете штаны, примите решение, и вот тогда звоните.

История эта произошла в славном перестроечном 1985 году, во время моей учебы в одном из московских ВУЗов. Начальником военной кафедры у нас был полковник Ц. , он же преподавал тактику. Человек он был замечательный, но терпеть не мог разгильдяев и нарушителей дисциплины. У меня же, как назло, постоянно случались залеты, хотя и отслужил в армии, то галстук забуду, то вместо брюк джинсы одену и т. д. и т. п.. Вообщем был я для него самым пропащим и потеряным для общества человеком. Как-то на майские праздники поддали мы хорошенько с друзьями и пошли на институтскую дискотеку. Там я познакомился с ангельского вида девушкой, целый вечер обхаживал ее, в результате мне было позволено проводить. Доехали до Юго-Западной, прошлись немного, время около 12 ночи. Она добрая душа приглашает меня к себе домой попить кофейку. Зашли в квартиру, прошли на кухню, она просит не шуметь — родители спят. Сели пить кофе, тут слышу по коридору кто-то босыми ногами шлепает, я поднимаю глаза — в дверях кухни, в одних трусах стоит бравый полковник Ц. Немая сцена длилась минут 5. После того, как я вскочил и вытянув руки по швам проорал "Здравия желаю товарищ полковник", он проорал мне в ответ "Ты — змей" и двинулся ко мне, пришлось позорно бежать. Катю я больше не видел, а зачет по тактике сдавал 7(!!!) раз, купил я его тем, что пообещал после института пойти служить в армию и стать полковником. В армию я не пошел, но полковником стал.

Университет, где Яша по вечерам грыз научный гранит, стоит на северо-западе Москвы. Сейчас это не имеет значения, а вот в конце девяностых, после захода солнца, имело значение огромное: на площадке перед универом собирались ночные бабочки, они же тёлки. Когда Яша в десятом часу возвращался с последней пары, там паслось уже значительное стадо,

Комментарии на ютубе к видео про армию:

— Ахереть! Квадратный снег! 

— Судя по изумлению, полагаю, в армии ты не служил))) Нам выпадала честь не только сугробы ровнять в параллелепипеды, но ещё и в зелёный цвет их окрашивать. Нам выдавали пивные полторашки, в которые заливали воду с каким-то зелёным пищевым красителем (не знаю, где его добыли, но в части его было дохера), бутылки закручивались распылителями типа "мистер мускул" и эти полтора литра краски нужно было распылить на сугроб до того, как они на морозе замёрзнут. У кого застывало раньше - тому командывали "химическая тревога", и тот уходил в помещение (откуда офицеры контролируют процесс), где полностью экипировался в рхбз-комплект несколько раз, пока бутылка не оттает. Потом, весь такой резиновый, шёл и продолжал красить сугробы дальше. Но самая ржака была, когда к нам в часть приехала делегация из высшего начальства, во главе с генерал-майором. Тот увидел наши сугробы и поинтересовался: "Дебилы, ну и нах[рен]а?! "

Девушка, 26. Люблю и умею целоваться: страстно, нежно, скромно, развратно, долго или мимолетно. Ммм) По разному. Для меня поцелуи — это одна из самых пошлых вещей, которой совершенно законно можно заниматься где угодно, даже наверно единственная. Это как шептать на ушко друг другу что ждет сегодня в постели. Или вспоминать как было