Во время оно, где-то в середине 90-х, на пространстве бывшего СССР довелось мне довольно-таки плотно снестись с американцами из Корпуса мира. Должен заметить, что ярых империалистов, прекрасно понимающих, кто они такие, для чего предназначены и что им надлежит делать по большому счету, были среди них единицы, но – решающие, на руководящих постах. Небольшое, но заметное меньшинство составляли честные идеалисты, искренне убежденные в правоте своего дела; некоторые из них (но немногие) выдвигались на низшие командные должности. А большинство составляли в общем-то нормальные мужики и бабы, просто возжелавшие за казенный счет повидать свет, иных (не американских) людей, а заодно подзаработать деньжат и, может быть, встряхнуться после каких-то личных неурядиц там, дома.

Так вот, среди таких невинных душою искателей приключений был и здоровенный техасец по имени Тим (изменено мною). Хороший, правильный мужик, из тех, с которыми, по-армейски говоря, и в разведку не страшно. Мне сразу понравилось, что по-английски (который у меня классический литературный британский Средней Англии) он разговаривает со мною без тени подобострастия или менторства, не ахая и не удивляясь, как это – русский говорит на Queen’s English.

Наша с Тимом взаимная симпатия тем более усилилась, когда мы узнали, что оба отбубнили свое по призыву на срочной службе в армии, и оба – сержанты запаса. Только Тим – отставной морпех, а я связист. К слову, об американской воинской дисциплине (по крайней мере, тех времен): Тим после этого, обращаясь ко мне, без каких-либо признаков угодничества и с полным соблюдением собственного достоинства, но придерживался элементарных правил субординации. Потому, что он – просто сержант, а я – старший сержант.

Но это все присказка, а сказка вот в чем: в разговорах о военной службе мы оба выяснили, что советском и американском военном сленге есть (было в тогдашнем?) два совершенно одинаковых по произношению слова. Причем Тим был просто поражен, когда узнал, что слова эти русские, а я поражен не меньше, узнав, что у них там эти слова употребляются точно в том же значении.

Слова эти – "салага" и "чмо". Впрочем, ничего загадочного: Корея, Вьетнам, не считая эпизодов помельче.

Мораль: культура сильнее военщины. Поскольку даже контактный бой и, возможно, пленение не исключают культурного обмена, хотя бы непроизвольного неформального.

Национальный характер.

История про двух последних евреев Афганистана:

При "Талибане" (захватившим афганскую столицу в 1996-м) в Кабуле осталось всего 2 еврея на весь Афганистан.

Раньше их было около 40 тысяч, они занимали в Кабуле большой квартал, но примерно в шестидесятых большинство уехало в Израиль, а с

Карло Манлио Чиполла — итальянский историк экономики.

Вот 5 законов глупости Карло Чиполлы простыми словам...

Чиполла поделил людей по тому, кому они приносят выгоду или вред:

Умник — делает хорошо и себе, и другим.

Бандит — делает хорошо себе, но за счет вреда другим.

Простак — делает хорошо другим, но в ущерб себе.

Глупец — вредит и себе, и другим, не получая никакой выгоды.

5 законов глупости

Мы всегда недооцениваем количество дураков. Их всегда намного больше, чем кажется на первый взгляд.

Глупость не зависит от образования. Человек может иметь три высших образования или ученую степень, но при этом оставаться абсолютным глупцом.

Глупец — самый опасный тип человека. Бандита можно понять (он ищет выгоду), а действия глупца лишены логики, поэтому их невозможно просчитать или предотвратить.

Умные люди всегда забывают, как опасны дураки. Стычки с глупцами всегда обходятся дорого и заканчиваются потерями.

Глупец опаснее бандита. Бандит просто перекладывает деньги из вашего кармана в свой (сумма благ в обществе не меняется). Глупец же уничтожает блага, нанося чистый урон всему обществу.

Мы окружены глупцами, держитесь от них подальше.

Знаете, последние лет 10 я увлекся буддизмом. Это такая интересная религия (некрасивое, но понятное слово, я бы конечно описал ее, как "особую философию бытия", но не будем усложнять нарратив), которая предполагает коммунизм в его хорошем смысле по отношении к любым живущим существам.

Скажем так, вот летает муха или там комар, рука так и дергается прибить. А какое право ты, обезьяноподобное существо, которому от силы 10 тысяч лет, имеешь право убивать другое существо минимум на 50 миллионов лет старше тебя?

Так что всех арахнидов, мух и комаров, которые откуда-то появляются в квартире, я бережно ловлю в стаканчик и нежно стряхиваю с балкона вниз. Чего и всем желаю.

Много лет назад рассказали мне как-то случай, как в небольшой провинциальный город N приехал с визитом большой московский партийный начальник. Зачем приехал, непонятно. Кажется, он родом был из тех мест и решил навестить родной город через много лет, иногда такое случалось с большими московскими партийными начальниками.

Место действия —