В 1970 году 23-летний студент-физик Имперского колледжа Лондона оказался на переломном перекрестке судьбы.
Брайан Мэй был погружен в свою докторскую диссертацию по космической пыли — конкретно по зодиакальному пылевому облаку, крошечным частицам, дрейфующим через Солнечную систему и рассеивающим солнечный свет. Его PhD продвигался успешно, и впереди маяла многообещающая академическая карьера в астрофизике.
Но был и другой путь, зовущий его. Мэй также был ведущим гитаристом только что подписавшей контракт рок-группы под названием Queen. С заключенным контрактом на запись и предстоящими турами импульс группы набирал обороты с невероятной скоростью. Столкнувшись с невозможным выбором между гитарой и телескопом, Мэй принял решение: он приостановил учебу и поставил все на музыку. Взлет Queen был метеоритным. К середине 1970-х они стали глобальным феноменом. Вневременные гимны вроде "Bohemian Rhapsody" и "We Will Rock You" взорвали чарты, в то время как иконическая самодельная гитара Мэя, red Special, помогла определить легендарный звук группы. Стадионы раскупались по всему миру, а миллионы альбомов разлетались с полок. И все же на протяжении всего своего рок-звездного статуса Мэй никогда полностью не расставался со своей научной страстью. Даже на пике славы Queen он оставался связан с астрофизикой — читал журналы, посещал лекции, когда это было возможно, и поддерживал связь со своим бывшим руководителем, профессором Майклом Роуэн-Робинсоном, который однажды сказал ему: "Ты всегда можешь вернуться и закончить". Через тридцать шесть лет после того, как он отошел от учебы, в 2006 году Мэй решил, что время наконец-то пришло. Он связался с Роуэн-Робинсоном, и вместе они возродили давно дремавший проект. Хотя область науки продвинулась вперед, а его исходные данные требовали обновления, ранние наблюдения Мэя все еще сохраняли реальную научную ценность. Балансируя между продолжающейся музыкальной карьерой и поздними ночными исследовательскими сессиями, Мэй обновил свою работу, включил новые открытия и уточнил анализ. В 2007 году, в возрасте 60 лет, Имперский колледж Лондона официально присвоил ему степень PhD по астрофизике — не почетное звание, а заработанную через строгие исследования и экспертную оценку.
Доктор Брайан Мэй наконец-то завершил то, что начал более трех десятилетий назад. Его путь — мощное напоминание о том, что страсть не имеет срока годности. Будь то на сцене под светом прожекторов стадиона или за изучением пыли между планетами, Брайан Мэй доказал, что никогда не поздно завершить начатое.
| Новые истории от читателей | ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Зашёл тут у нас во дворе жаркий спор про правила, законы и святую веру в печать на бумажке.
Началось всё со Степаныча. Степаныч у нас — человек инструкции. Если на знаке написано "Пешеходный переход", он будет стоять и ждать зелёного света даже в три часа ночи на абсолютно пустой деревенской улице.
И вот обсуждаем мы ежегодную
Свидание, которое так и не состоялось
Все рассказывают, как знакомились в дейтинг-приложениях, ну и я расскажу. Началось всё с подруги: у неё загулял муж, и она с горя зарегистрировалась в Тиндере. Глядя на неё, мне тоже захотелось такого экспириенса.
Первый раз закинула невод — вытащила бельгийца. Лицо простое, язык простой, профессия
Рискну заявить, что единственный по-настоящему долговечный идеологический конструкт — это "радикальный центризм". Вот видишь что на востоке гомоc@ксуалов казнят, а на западе их возводят в культ, значит норма где-то посередине. Примерно как в России, где в столице гей-клубы, а в глубинке и по харе может прилететь
Нью-Йорк, шел 1938 год, маленький еврейский джентльмен прогуливался по улицам города.
Вероятнее всего, он направлялся куда-то по делу, что могло иметь или же, напротив, не иметь ничего общего с его еврейством – в конце концов, мы тут не для того, чтобы делать какие-то предположения. И вот, в какой-то момент он замечает

