Нина третий день бродила по своей даче.. В который раз рассматривала, перекладывала, трогала бесконечные дорогие сердцу мелочи — ветхие зачитанные книги, фотографии в самодельных рамочках, тряпочки в шкафу, нехитрую посуду в серванте..

— Да, — понимала Нина, — сын прав, не за что ей здесь держаться. Барахло какое-то. Надо продавать. Юрке деньги позарез нужны в этой Германии..

Она уже 7 лет не видела сына. Как уехал тогда с женой.. Звонит только, когда что-то нужно. Вот теперь деньги понадобились. Требует. А у Нины только однушка в хрущёвке в Измайлово, да эта дачка..

Раньше жили они большой семьёй в просторной трёхкомнатной квартире в Сокольниках. Были живы ещё нинины родители, был жив любимый муж. Когда Юрка вырос и женился, а Нина овдовела, сын настоял на размене квартиры. Нина смиренно переехала в однушку в чужой район. Потом Юрка с женой засобирались в Германию и продали своё жильё.

Нина осталась одна. 6 месяцев в году она проводила на даче, где прошло её детство, где цвёл весной маленький яблоневый и сливовый сад, благоухала сирень и жасмин.. Где было счастливое общение с состарившимися друзьями детства..

Продать дачу было для Нины концом жизни. Но сын — есть сын. Выхода не было. И Нина смирилась.

Купить этот клочок земли с крошечным стареньким домиком мгновенно согласился сосед Нины Колька. Сорокалетний добрый сосед, ровестник Юрки, с которым сын здесь рос, играл, гонял на велосипеде.

Оформили документы. Вырученные деньги Нина тотчас перевела сыну. Прибрала дом и участок и кликнула через забор Кольку, чтобы отдать ключи.

— Теть Нин, — пробасил Колька, — Значит так! Я бумажку подписал. Живите сто лет — дача ваша. Только продать вы её больше не сможете. Для меня эти деньги роли особой не играют, а Юрке вашему хватит вас доить! Ненасытные они с женой.

Ольга Мальцева

Я — хуторской. Если кого-то это напрягает — можно дальше не читать. Не обижусь.

Хутор, тем не менее, находился в степи с изумительно пахучей, короткого росточка полынью, между кустиками которой попадались норки сусликов. Жила у нас очередная кошка, назовём её Муркой. Особыми фантазиями хуторские не заморачивались, ибо нужно было зарабатывать

Рассказал приятель. Занимается он кровлями. Работала у него бригада кровельщиков — двое молодых, после армии, и один взрослый лет 60. Спокойный, рассудительный, молчаливый, а те два — раздолбаи, каких поискать. Собственно история — начали они над ним подшучивать, прикалываться в два рыла, продолжалось это несколько дней, в итоге от слов к делу — прибили его рабочие ботинки гвоздями к полу.

На следующий день Петрович невозмутимо оторвал гвоздодером ботинки от пола и... замолчал. Молчит день, другой, работает, с ними за стол не садится, ни обедать, ни чай пить. Тут парней совесть замучила, послонялись, тут один подходит и говорит:

— Петрович, та ладно, молодые, глупые, переборщили, извини, больше не будем!

Петрович:

— Ладно, я то же в чай Вам больше ссать не буду...

Вчера вечером стою в пробке, на перекрестке Петрозаводской и Дыбенко.

Впереди — огромаднейший джип, поэтому, что за горизонтом, не видно. Тихо проклиная доблестную полицию и завидуя скорости улитки, мы медленно, но все же продвигались.

Водители злобно бибикали и, вспоминая мать Лужкову, матерились.

Устав от всего

Бесят студенты, когда у них сессия, экзамены, диплом. Всё понимаю, тяжело, но они ноют и ноют. "Ах, не могу себя заставить. Пните меня. Мне нужна мотивация…"

[м]лять! Когда я писала диплом, у меня не было компа. Его не было в принципе, и взять было неоткуда. Оставалась на работе после смены, закрывала дверь и ночами печатала. Утром шла на пары, днем опять возвращалась на работу. Отработала смену (бывало, и две, пары пропускала), села печатать. Благо директор позволил, больше того, сам предложил свой компьютер. Потом сестра выгнала меня из своей комнаты, и на работе я просто осталась жить. Так и дожила до выпускного. Мотивация? Слово "НАДО" слышали? Меня никто не пинал. Я должна была это сделать и сделала, потому что не могла подвести отца. Он так хотел, чтобы у меня было высшее образование. И спасибо директору. Если бы не он, не было бы у меня диплома.