Не помню на кого из судовых офицеров была возложена обязанность инструктировать экипаж по правилам Технической Безопасности – не суть.

Суть в том, что время от времени такие инструктажи проводились. Это происходило примерно так.

Нас собирали в столовой команды, и рассказывали содержание очередной радиограммы-страшилки пришедшей, наверно,

Пошел он как-то в банк, снять зарплату со счета. Зарплату выдает кассир за окошечком, а сам он стоит в таком предбанничке с дверью сзади.

Процедура получения следующая: отдаешь паспорт кассирше, потом она просит ввести тебя личный код и получаешь деньги. Отдал он паспорт, кассирша что-то там стала набивать. Его ищущий взгляд упал на кнопочки для набивки личного кода. БА! да это же просто часть отрезанной клавиатуры, а сверху дополнительные кнопочки приделаны — Ctrl, Alt, и

Break.

Сознание сработало мгновенно, и три пальца нажали на магическую комбинацию клавиш.

Воздух сотряс крик кассирши: "Б%%%ь!!! Еще один программист нашелся!

Когда же эти [дол]баные кнопки уберут!!!"

Друг извинялся потом, очень искренне и долго, пытаясь убедить, что это просто рефлекс. В связи с тем, что это был не первый случай, кассирша его простила...

На фоне новостей из Сирии я вспомнил давнюю забавную историю. Появился у нас на военной кафедре новый препод, — как нам сказали, прямиком из Сирии, где он служил военным советником. Год точно не помню, но не раньше 81-го и не позже 83-го.

Энергичный жизнерадостный полковник очень нам понравился: занятия проводил интересно, много шутил. Про прошлую службу особо не рассказывал, разве что вот эту историю. Постараюсь изложить от первого лица.

"Я ещё недолго пробыл на новом месте службы, ориентировался не очень хорошо. А тут мы с приятелем договорились встретится на одной из площадей Дамаска. Я стою, жду, а товарищ задерживается. И тут проезжает мимо военный патруль. Увидели меня, и притормозили, — во всех смыслах. На мне форма сирийская, но без знаков различия. Я подзагореть успел, так что и не поймёшь: славянин, араб или ещё кто. Просто подъехать и спросить документы они почему-то не рискнули, в итоге кружат по площади, меня разглядывают. Мне это надоело, и, когда они в очередной раз рядом проезжали, я им сказал: "А ну пошли на х[рен]! " "О, советико! ", — обрадовались сирийцы. Отдали воинское приветствие и уехали…. "

Год назад у меня умер папа. Он родом из другого города, там осталась его мама. Переезжать к нам с мамой она ни в какую не захотела, поэтому наняли человека ухаживать. Долго без него она не протянула, мы собирались как раз её навестить, и бабушка неделю не дождалась — умерла. В итоге, вместо навестить, приехали на могилу и пришлось решать квартирные и наследственные дела. Ненавижу это, а ещё я получаюсь единственной наследницей. Очень тяжело, когда у тебя печальные события, а приходится отвечать на сухие вопросы нотариусов и тётенек в паспортном столе.

Самое печальное, что папа и бабушка, особенно бабушка, жили очень скромно: дешёвые сосиски и котлеты, макароны за 12 рублей, суп на самых дешёвых куриных костях. Всё откладывали и откладывали. Про часть папиных счетов мы с мамой и не знали, насчёт "наследства" бабушки тоже были удивлены, там приличные суммы. Знакомые говорят, мол, радуйся, всё тебе досталось, можно зажить, а мне было бы приятней, если бы и папа, и бабушка радовали себя: вкусно ели, покупали бы что-то, что приносило им счастье. Но, видать, есть какая-то болезнь, иначе не назовёшь — копить, жить даже не скромно, а буквально в нищете и откладывать чёрт знает на что, но пусть будет!