Два года назад делали ремонт с мамой в квартире. И по этому случаю в 8 вечера к нам пришел установщик дверей. Ну тут и началось. Пришла соседская бабка и устроила скандал, что мы ей не даем спать и вообще, она сейчас милицию вызовет. Никакие объяснения не действовали и, когда бабка начала откровенно хамить, закрыли перед ней двери.

Часа через полтора к нам позвонил в домофон лейтенант. Естественно, уже никто не шумел. Все спокойно обсудили, написали все бумажки нужные и отправили его с Богом. Через 20 минут прихожу на кухню и вижу автомат. Зову мать. Сначала ступор. Потом начинаем ржать.

Тут возникает вопрос. А что делать-то? Если позвонить в отдел — лейтенанта уволят в лучшем случае. Никаких данных он не оставил. Где искать — неизвестно. Сам он за автоматом не возвращается.

Короче говоря, позвонили мы в отдел и сказали, что нам очень понравился лейтенант и мы непрочь с ним еще раз увидеться) Прилетел через 10 минут. Рассыпался в благодарностях, чуть ли не плача. Спрашивал, что мы сказали по телефону, когда звонили в отдел. Обменявшись любезностями, мы выпроводили его и автомат. Через неделю приехал и вручил бутылку шампанского и конфеты.

Мораль? Нет никакой морали. Упустили оказию застрелить бабку.

В 14 лет я попал на месяц в больницу. Получилось, что я там был самым старшим среди мелюзги. Младшим мальчикам было года по четыре, а одной девочке, наверное, года два. Она еще говорить не умела. Она была детдомовская, вернее, из дома ребенка. Наголо стриженая, в замызганных ползунках и вся в зеленке. Вряд ли ее стали бы держать в общей палате с чем-то заразным, так

Парень сделал предложение, радостно планируем свадьбу. Тут его мама сказала, что поможет, и чтобы мы не беспокоились об организации. Я напряглась… и не зря, потому что нам выкатили список на 200 гостей. Всех уже пригласили, неудобно говорить, чтобы не приходили. Пока я пребывала в состоянии шока, она выкатила сценарий свадьбы, стоимостью нашего общего годового бюджета. Когда я спросила, что происходит, она сказала, что надо брать кредит и не позориться перед гостями, а жених сказал, что мама хочет как лучше, её волновать нельзя, сердце больное. Я сказала ему, что замуж таким образом мне не надо, предложила жить, как раньше. Он устроил скандал, мы расстались, я уехала к сестре, а он — обратно к маме.

Сильно переживала, плакала, но понимала, что если сейчас соглашусь, всю жизнь мамочка будет нами командовать. Прошёл примерно месяц, я уже начала приходить в себя, как вдруг на пороге бывший с цветами и извинениями. Оказалось, что мать не хотела, чтобы он на мне женился, и зная мой характер, придумала план, как отвадить меня. А он услышал её разговор с подругой, все осознал и примчался мириться. Послала в [п]опу и его, и его маму, закрыла дверь. Мгновенно всю грусть рукой сняло. Как же мне повезло так соскочить и не попасть в эту семейку!

Греку Моратису было 63 года, когда в 1976 году врачи в Соединенных Штатах диагностировали у него рак легких и сказали, что лечить его уже слишком поздно, что жить ему осталось всего шесть месяцев.

Моратис отказывался в это верить и решил проконсультироваться с несколькими другими врачами. Но, к сожалению, все они вынесли один и тот же вердикт: он умрет через шесть-восемь месяцев.

Моратис решил вернуться на родину, на остров Икария в Греции, чтобы прожить там то, что у него осталось.

Он купил ферму, построил там дом, проводил счастливые дни со своими старыми друзьями. Прошло шесть месяцев, затем первый год, второй и третий — а он все не умирал.

Еще лучше: Моратис дожил до 90 лет, а затем решил вернуться в Соединенные Штаты, чтобы сообщить врачам о своем состоянии. Затем он обнаружил, что все, у кого была диагностирована его болезнь, были мертвы.

Моратис продолжал жить до 102 лет и в конце концов умер от остановки сердца... от смеха

Обнаружил кругом нездоровое бурление по поводу Эдика Стрельцова и киношедевра "Стрельцов". Хотя с давних пор знаю всю эту историю и смеюсь от эпитетов типа "русский Пеле" в адрес гуляки, кутилы и бабника, профукавшего кое-какой футбольный талант, вознамерился было посмотреть сие творение. Однако в теленарезке увидел эпизод, когда тщедушный Петров, старательно изображавший весьма себе атлетичного Стрельцова, пуляет с ноги кочан и, разумеется, снайперски попадает в какую-то фигурку на крыше здания. Для справки: вес накачанного футбольного мяча — 420-450 г, вес кочана — от 1, 5 до 3 кг и больше. Но вот лететь, как мяч, кочан, зараза такая, категорически не хочет: он от сильного пинка разлетается на фрагменты. Да еще, блин, центр тяжести у него гуляет в процессе полета из-за отрывающихся частей. Соответственно, прицельность такая же, как если бы из ружья выстрелили какашкой. В общем, желание смотреть такую фильму резко пропало.