История советского сока началась с авантюры Анастаса Микояна. В 30-х он привез из США идею "бодрого утра" с апельсиновым фрешем. Но Азерот... простите, Советский Союз — это не Флорида. Валюты на цитрусовые не было, зато помидоров в колхозах было хоть завались.

Так родилась легенда: вместо капиталистического апельсина на столы рабочих и крестьян лег густой, как сметана, томатный сок.

Наш ответ Чемберлену, который оказался куда сытнее и роднее.

Пока на Западе изобретали порционную упаковку, в СССР пошли по пути гигантомании. Трёхлитровая банка — это не просто тара, это символ семейного достатка.

Безотходность: Сначала ты пьешь сок, а потом банка превращается в стратегический объект для закрутки огурцов или хранения мелочи.

Честность: В банке не спрячешь "восстановленный нектар". Ты видел цвет, мякоть и осадок — саму природу через толстое стекло.

Отдел соков в гастрономе был местом магическим. Огромные перевернутые конусы напоминали алхимические сосуды. Продавщица в крахмальном колпаке, как жрица, наполняла гранёный стакан янтарным яблочным или терпким виноградным.

Но высшим пилотажем был томатный ритуал:

1. Берешь стакан.

2. Идешь к блюдцу с солью (которая от влажности всегда была комочками).

3. Общей алюминиевой ложкой (обязательно в стакане с мутной водой!) добавляешь соль в сок.

4. Мешаешь до идеального состояния.

Это был коллективный иммунитет и коллективный вкус.

Общие стаканы, ополаскиватель-фонтанчик и никакой паранойи — только чистое наслаждение.

Олимпиада-80 принесла в Союз шок — маленькие коробочки с трубочкой. Для людей, привыкших к монументальному стеклу, это был гаджет из будущего. Пустые коробочки не выбрасывали, их выставляли на серванты как символ причастности к большому миру.

Сегодня мы выбираем из 50 оттенков нектара, но читаем на обороте длинный список химических элементов. Мы получили удобство, но потеряли ту самую "терпкость", от которой сводило скулы. Советский сок был неудобным, тяжелым и иногда дефицитным, но он был настоящим. Как сама жизнь.

Знаете, что самое забавное? Даже самый дорогой "эко-био-фреш" сегодня не подарит того ощущения, как глоток березового сока из банки, в которой плавает одинокий кусочек коры.

Лето. Спрашиваю у десятилетней сестры:

— Полина, где ты хочешь работать, когда вырастешь?

— В аптеке!

— Почему?

— Там всегда кондиционеры работают!

"- Тут сказано, что вы убили подозреваемого Словом Божьим... поясните пожалуйста...

— Иду я вечером, вижу какой-то гопник пристает к прохожему... я к ним, но слегка не успел... он ударил человека, судя по всему ножем... ну я чем было под рукой, точнее под мышкой, т. е. Библией, коллекционное издание XIX века, 5 кг чистого веса, тем и запустил... и чуть не рассчитал...

— Да... такого в моей практике еще не было... "

А в практике Кузбасской милиции было:

Новоиспечённый следователь проводит работу на вверенном ему участке, вдруг натыкается на "жулика", который находится в розыске по делу, которое у него же в производстве. Жулик бежать, следак за ним, пистолета нет, но есть папка с килограммами бумаг. Чувствует — уходит, гад. Метнул в него папку. Промазал. Продолжил преследование, но враг слава Богу, ушёл... если бы не ушёл, страшно подумать, что он с нашим Лёней бы сделал!

Папку искали всем отделом, не нашли. Преступник ушёл, дело на него про[втык]алось, Молодому следователю впёрли "неполное служебное" потому что с таких должностей тогда не увольняли, ибо разжаловать в солдаты уже было нельзя...

Свекровь — монстр?

Моё первое знакомство со свекровью закончилось очень быстро. После третьей рюмки чего то местного, сделанного из сливы. Штука оказалась заборной. Я долго пыталась остановить землю и сойти, а потом пояснить как я живу и чем занимаюсь. А утро порадовало стаканом холодной минералки на столе, сквозь который радугой

Я люблю Северо-Западную Европу и тамошние народы — молчаливые, не особо улыбчивые, не сильно даже показушно радушные, но надежные как швейцарские часы и готовые подставить плечо, когда тебе это действительно надо. И со своим, северным, чувством юмора.

Недавно ходил в зимний поход в компании таких "викингов", ну и, конечно, в какой-то момент речь зашла о Гренландии.

Тут бородатый норвег, слегка подвыпивший к тому моменту, и говорит:

— Все эти "главные нации Европы" только языком болтать умеют, а как до серьезного дела доходит — так в кусты, а мы, скандинавы, ДЕЛАЕМ! Вот, к примеру, ты знал, что моя крошечная Норвегия направила на 100% больше солдат на защиту Гренландии от этих грёбаных трампистов, чем Велико (хе!) Британия?

— Не, — говорю, — удивил!... И сколько же?

Норвег некоторое время молча смотрит на меня совершенно серьезным и почти трезвым взглядом, потом и говорит:

— Двоих.