Светой — дочкой дипломата, которая потихоньку начинала отвечать мне взаимностью. Но была она неприступной и — к позору моему перед многочисленными друзьями — дальше, чем пощупать грудь через кофточку не допускала. К чему подробности — поймете позже.

И вот наступил день, когда Света смущаясь, пригласила меня к себе, сказав, что родители уходят то ли на баскетбол, то ли на волейбол смотреть (кто не помнит — билеты были жутким дефицитом, и если уж кто доставал — так ходили семьями и компаниями).

В назначенный час, тщательно помывшийся и надушившийся одеколоном "Саша", с букетом гвоздик и бутылкой "Медвежьей крови" (не судите строго) я был у нее на пороге. Света отворила дверь и предстала передо мной в потрясающем костюме. "Это мне папа из Италии привез" — гордо покрутилась она передо мной.

Опущу некоторые события, и вот наконец мы на диване, и я, предчувствуя, что вот сейчас свершится оно, заветное, стягиваю со своей подруги трусики. Та, хотя и с закрытыми глазами, но успевает сообщить мне, что трусики папа тоже привез из Италии. И в самом деле, трусики для тех времен были поразительны — белоснежные, шелковые, кружевные, невесомые — я на мгновение даже залюбовался ими, несмотря на иное зрелище, впервые в жизни открывшиеся для меня. И в этот самый миг в прихожей скрипнул замок и вошли родители Светы. В доли секунды я подскочил, застегнув штаны, а Светка успела накинуть на себя какой-то халатик. Оба мы в ужасе замерли. Родители не то, что к себе приводить мальчиков не разрешали, но и на дни рождения не всегда отпускали.

Однако отец ее был мрачен и даже, как мне показалось, не посмотрел на меня. Он достал коньяк, налил себе стопку, залпом выпил и сказал: "Умер Высоцкий". Простите мне в этом легкомысленном рассказе такую ноту, но из песни слова не выкинешь.

Оказалось, у Дворца спорта родители Светы узнали о смерти Высоцкого, и поскольку отец был его ярым поклонником, вернулись домой. В общем, мы сидели на кухне, слушали Высоцкого, у матери Светы на глазах были слезы. Стал хлюпать и я — простуженный на стадионе во время легкой атлетики. И — черт меня дернул показаться приличным — решил высморкаться, достал платок из кармана брюк и...

Я сразу понял, что произошла еще одна трагедия — и окончательно все понял, увидев, что сморкался в кружевную пену трусиков своей несостоявшейся первой женщины.

Бедная Олимпиада. Бедный Высоцкий. Бедная Светка. Бедный я. Месть отца была тяжела и неотвратима. Когда я уже выбегал в дверь, залитая слезами, Светка швырнула мне в спину трусики с криком: "Стирай их сам, козел!"

Я подобрал их и, честно говоря, храню их до сих пор — постиранные и уже пожухшие как память о своей глупой и счастливой юности...

человек, который десять лет провел на зоне, причем не за финансовые махинации, а за разбой, причинение тяжких телесных и все в этом роде. Ну, бывает... вышел человек, замутил бизнес, теперь на всю страну известный и уважаемый человек. Однако прошлого своего Иван Петрович не стеснялся, напротив, как только компания стала крупная и белая — ввел хорошую добрую традицию. взял шефство над несколькими колониями строгого режима и отправлял от компании к праздникам продуктово-табачные посылки: конфетки там, сигареты, чай, колбаска... ну по себе, мол, знаю, как это важно на зоне.

Раньше сам закупками занимался, но в силу роста компании последние года 4 этим занимается отдел маркетинга.

И вот как раз после нового года прибегает Петрович на работу в несколько возбужденном состоянии и с бейсбольной битой в руке. "А где, грит, начальник отдела маркетинга?" Да так он это спрашивает. что всем хочется по стеночке размазаться... ( добрые люди сразу начальника того предупредили, чтоб на всякий случай спрятался где-нибудь дня на два). Когда Петрович чуть поостыл, он объяснил причину такого повышенного нтереса к начальнику отдела маркетинга:

— Да вот хочу посмотреть в глаза человеку, который отправил на ЗОНУ к новому году конфеты "ЗОЛОТОЙ ПЕТУШОК"!!!

дружище, сейчас груз отгружу и приду, там прогреемся. И я убежал.

Через 20 минут возвращаюсь — мужик ждет меня у машины.

Ну что, деваться не куда. Ну садись говорю.

Сидим. Греемся.

Я — как тебя сюда занесло?

Он — утром пошел в магазин, купил молока (показывает на пакет) сел в автобус. Еду, еду. Кондуктор ругается. Второй круг пошел. Назвал ей адрес. Она сказала где выходить. Я вышел. Искал дом. Не нашел

Вот тут и очутился.

Я- говори адрес. Закину по дороге.

Он — назвал адрес. Он оказался рядом с транспортной компанией.

Приехали. Твой дом?

Он- не помню точно

Но вроде этот подъезд.

Пошли с ним. Этаж не помнит. Позвонили в квартиру первую попавшуюся. Там ответили что его не знают. Посоветовали главную по дому. Она мол знает.

Пошли к ней.

Не знаю его говорит. Не живёт тут.

Сели в машину с ним..

Он говорит — меня не бросайте.

Я- ну деваться не куда. Звонить в полицию надо. Не найдемся.

Он- ну не знаю.

В общем позвонил я. 15 минут звонок шел. Соединение. Оператор выслушал. Перевел в участковый отдел. Там спросили его имя и отчество. Пробили. И просто по телефону сказали что это его старая прописка. Лет 15 назад жил там. А сейчас он живёт по другому адресу.

А мужик говорит жена волнуется...

Полиция спросила ФИО жены. Пробили. Мне говорят — умерла она 5 лет назад. Прописана была там же, где он сейчас подписан. На Холмогорова (Ижевск). Сейчас приедем. Ждите.

Приехали. Опросили его. Опросили меня. Составили протокол. Подписал его.

Полицейские поблагодарили. Сказали поедем на адрес его прописки. Дети у него есть. Найдем их.

С мужиком попрощались. Сказал не переживай, сейчас найдут, где ты живёшь. Не бойся.

Он-покивал и сел в машину полиции.

Разъехались.

Приехал домой. Припарковал машину.

На следующий день нашел его пакет с молоком, хлебом, пивом.