СПУСК НА ТАЗИКЕ

Правда ли, что, сидя в тазике, я съезжал по ступенькам с 8-го этажа на 1-й?

— Правда.

Правда ли, что носился в тазике по улицам, прицепленный тросом к машине?

— Да, и это правда.

Правда, что спускался с 8-го этажа в холодильнике?

— Всего один пролет. Слишком больно.

Как я остался жив?

— От этого никто не умирал.

Одна из фундаментальных традиций Бауманки заключается в том, что после защиты диплома необходимо съехать на тазике с верхнего этажа своего общежития вниз, на улицу. Я мечтал об этом с первого курса, когда впервые увидел как съезжают дипломники.

Итак, возвращаешься с защиты, берешь металлический тазик. А дальше

1. Произносишь тост, славишь Бауманку и друзей. Рюмку водки хлобысь.

2. Затем садишься в тазик, разгоняющий бобслея берет тебя за ноги и аки северный олень несется вниз. На лестничной площадке остановка и снова пункт номер 1.

Из-за того, что на каждой лестничной площадке надо толкать тост и пить огненную воду, далеко не все доезжают до первого этажа (кое-кто с устатку и не евши отключался уже к четвертому этажу). Кругом безумная атмосфера праздника. Твои друзья горстями швыряют монеты, конфетти, спиртное рекой. К процессии спуска с каждым этажом присоединяются все новые и новые люди. Все поздравляют! Ура! На первом этаже тебя поднимают и в тазике выносят над турникетами на улицу. Ритуал требует, чтобы ты, встав на перевернутый тазик, сказал свою прощальную речь на крыльце общаги. Кто-то клянется в любви, кто-то смеется от дикой радости, кто-то плачет от прощания. Помню, я просто поблагодарил каждого из присутствующих и расцеловал. Я понимал, что самое лучшее и беззаботное время в моей жизни закончилось и мы расстаемся.

А дальше начинается произвольная программа. Цепляем тазик тросом к машине и понеслась душа в рай. Со скрежетом несешься по Парковым и Первомайским улицам. Снопы искр выше крыши. Особенно эффектно в сумерках или в темноте. Прохожие дамочки визжат на тротуарах от ужаса. Ты вопишь в тазике, потому что тебе тоже страшно. Особенно когда видишь, что несешься на выступающий люк и сейчас пойдешь на взлет на своем скакуне. Тазик горит. У меня вначале сгорел таз, потом подушка под задницей, потом джинсы, потом сама задница, да-с. В наше время мы гоняли по Измайлово, пока тазик не сгорал к чертям......... Сейчас менты перекрывают все выезды из студгородка и дипломники гоняют на тазиках лишь на маленьком прямом участке Измайловского проспекта перед общагами.

Дальше начинается совсем уж произвольная программа.

Когда на следующий день в общаге и на улице тебе улыбаются и приветствуют незнакомые люди, значит праздник удался на славу. Хорошо, что улыбаются и говорят теплые слова: )

Если вам кто-то говорит, что закончил Бауманку, жил в общаге, но на тазике не катался, то знайте. Перед вами не бауманец, а выпускник академии Натальи Нестеровой или института Елены Дашковой. Трусливый зад редко пукнет весело.

Все просят рассказать реальную историю — вот вам настоящий рассказ военного моряка. Он мне рассказал его лично, а уж если где приврал, все вопросы направляйте почтой в Мурманск, откуда он родом.

В прошлом году эсминец "Несокрушимый", на котором служит Максим Д. , отправили к берегам Сомали, в Аденский залив. Там, как вы знаете, пошаливают

Свежая история, но с небольшим отступлением и пояснением. Мои соседи по площадке бабушка и мама воспитывают пятилетнего Артема, для первой соответственно он внук, для другой сын. Папа конечно же был, но сейчас он виртуальный, или в командировке, или на задании, а может быть вообще космонавт. Так вот Артема воспитывает женская половина семьи, даже дедушки нет. Парень очень сообразительный и как сейчас принято модно определять — гиперактивный. Один факт тому подтверждение, еще в возрасте полутора лет решил посмотреть куда пошел спать Степашка, это же где то позади телевизора. В результате плазма на полу, экран разбит.

Теперь сама история, мама на днях решила провести беседу, мальчик уже взрослый:

— Артем ну почему ты такой не внимательный, ни секунды не можешь на месте посидеть. Не можешь послушать что тебе взрослые говорят, даже покушать спокойно не получается, все на бегу. Тебе через год в школу, что там будет, не представляю.

— Мама ответь мне на один вопрос и я отвечу на твой.

— Хорошо, спрашивай.

— Ты какие витамины пила когда была беременна мной?

— Ну сынок, разные поливитамины.

— А нужно было мультивитамины, ты что рекламу не смотрела, и внимание, и усидчивость, и спокойствие можно было получить у ребенка. Теперь тебе понятно кто виноват?...

Первый съемочный день в жизни Олега Даля случился в день его 19-летия.  

25 мая 1960 году Олег пришел на съемочную площадку фильма "Мой младший брат". Фильм снимали в Таллине. По аксёновской повести "Звездный билет", которая тогда вышла в шестом номере "Юности".

Василий Аксенов вспоминал: "Однажды мы сидели в кафе, и к нам подошли туристы с желтыми журнальчиками под мышкой.

— Простите, юноши, — сказали они моим героям, — но вы очень похожи на героев одной новой повести, которая только что появилась вот в этом журнале.

Юноши просияли. Это были Александр Збруев — Димка, Андрей Миронов — Юрка и Олег Даль — Алик Крамер. Их тогда еще не узнавали... "

По воспоминаниям Аксенова, Алик — Даль, тощий, с выпирающими ключицами, длинноногий, с глазами, застывшими в постоянном и несколько оловянном любопытстве, был прирожденным героем 60-х, юнцом-интеллектуалом из московской подворотни.

Он мгновенно, с первых же проб, точно поймал свой образ и не терял его до конца картины.

История, рассказанная моим отцом.

Его друг, в бытность студентом Горьковского института инженеров водного транспорта, не мог сдать чертеж преподавателю. Всякий раз тот докапывался до несчастного парня и заставлял переделывать все начисто. Наконец, после 6-й попытки кто-то из сокурсников посоветовал страдальцу просто-напросто поставить преподу пузырь. Решив, что водка — это низко и пошло, друг раскошелился на бутылку превосходного коньяка, с которой и подвалил в очередной раз к преподу.

— Ну, что ж, давай посмотрим твой чертеж, — сказал препод. Вышли они, значит на набережную, присели на лавочку. Студент, как положено, отдает пузырь преподу. Тот причмокивает от удовольствия и интересуется: а у тебя стакана нет? (Из горла не мог что ли, интеллигент?) Студент говорит, что нет. Препод вздыхает, сворачивает злополучный лист ватмана в кулек и выливает туда коньяк, после чего довольно отхлебывает и говорит:

"Теперь хорошо нарисовали. Ставлю Вам четыре." Как студент его на месте не убил — не знаю.