27 ноября 1968 года я получил двойку. Сейчас уже не помню по какому предмету мне удалось отхватить эту "пару", но это несущественно. Вечером отец был несколько огорчён таким достижением сына в учёбе, но эксцессов удалось избежать, клятвенно заверив отца, что больше я двоек получать не буду. Почему же эта дата и вполне себе рядовое, пустяковое событие так врезались в память? Потому что назавтра — 28 ноября — был день рождения отца.

Следующий учебный день начинался уроком русского языка. Учительница раздала классу тетрадки с отметками за прошедший диктант. Я открыл свою. Внизу страницы под текстом диктанта красовалась жирная единица. Постигшая меня катастрофа заключалась в отвратительном качестве бумаги этой конкретной тетради. Чернила, а писали мы исключительно простыми перьевыми ручками, соприкасаясь с такой бумагой, немедленно расплывались жуткими, уродливыми кляксами, особенно на оборотгой стороне страницы. Вот на этой оборотной стороне и уместился почти целиком текст диктанта. Надо сказать, что от огорчения такой неудачей во время написания диктанта, пребывая в панике, я и сам достаточно намазюкал таких каракулей, что в итоговом виде страница представляла из себя, скорее, некий диковинный фантасмагорический этюд-абстракцию, выполненный одним угнетающим тёмнофиолетовым цветом. Что и было по достоинсву оценено учительницей.

Наступил вечер. Прозвучал дверной звонок, возвещая о прибытии отца с работы. Я, пребывая в думах о какой-нибудь машине времени, чтобы оказаться не здесь, а где-нибудь в первых рядах сражающегося римского легиона, поплёлся открывать дверь. "Папочка, поздравляю тебя с днём рождения! ", — затараторил я, протягивая отцу пакетик с подарком (носки, носовой платок и флакон тройного одеколона). "Ну, что? ", — первым делом вопросил отец, перешагивая порог, — "Двойку сегодня не получил? " "Нет, двойку не получил", — ответствовал я истинную правду (только правду и ничего кроме правды). "Молодец! ", — успел вставить отец, расстёгивая пальто. "Я единицу получил", — выбросил я белый флаг в тщетной надежде о неприкосновенности парламентёра. Увы, в этот раз воспитательный процесс произошёл в полном объёме.

Остановка общественного транспорта. С противоположной стороны дороги, глядя исключительно на подъезжающий к остановке автобус, шагает на проезжую часть и начинает неспеша двигаться длинноногое блондинистое существо лет 20-ти. В это время, выезжающий на приличной скорости из-за поворота джип, на последних метрах от девушки, ухитряется её объехать, выехав на обочину правой парой колёс. Как и положено настоящей блондинке, девушке абсолютно неинтересен звук тормозов у неё за спиной, поскольку по одежде и макияжу многозадачность не её конёк. А судя по взгляду, цель у неё одна, вспомнить на каком автобусе лучше всего доехать до нужной ей остановки...

У джипа открывается дверка и вполне симпатичный и стильно одетый молодой человек обращается в спину уходящему чуду:

— Девушка, будте добры, подскажите пожалуйста, где здесь ближайший переход?

В ответ, эта красота оборачивается и увидя миловидного и что самое главное, не бедного молодого человека, начинает, хлопая глазками, мило щебетать о переходе в 10-ти метрах впереди и в 15-ти метрах позади.

— ТАК КАКОГО Х... Я ТЫ ПРЁШЬСЯ НЕ ПО ПЕРЕХОДУ?!!!

Остановка легла...

История эта приключилась во время службы в СА, в доблестных ВВС. На аэродроме находится домик, где отдыхают солдаты-водители, находящиеся на боевом дежурстве. Проще говоря, водители спец. машин обслуживаюшие самолеты(топливозаправщикии прочие). Однажды была выставка военной техники, нагнали кучу всего и один боец-умелец слил с одного из истребителей ведро спирта, и притащил его в домик. Все были просто счастливы и с нетерпением ждали вечера, чтобы вкусить "огненной воды". Но когда привезли обед поступило предложение не ждать, а снять пробу немедленно. Ведро поставили в шкаф с посудой, каждый получив у раздатчика пайку шел к шкафу, набирал кружку спирта и садился за стол. Раздатчик набрал себе в бутылку спирта и поставил в шкаф рядом с ведром. В это время прапорщик, который был дежурным по аэродрому заподозрил неладное(то ли машины зигзагами стали ездить, то ли еще что). Забежав в домик он увидел поющих, обнимающихся бойцов и раздатчика спящего над бачком. Быстро все поняв он стал искать причину. Открыл шкаф и заглянул в ведро которое было на 3/4 полное. Все затаили дыхание. И тут он увидел бутылку. Схватил ее, понюхал и с торжествующим видом прокричал:-"Ага-а-а, хотели меня провести, не на того напали". После этого гордо удалился с бутылкой, пообещав вечером в казарме разобраться с наглецами. После его ухода праздничный обед продолжился. .. Что было дальше, можете себе представить.

Мой папа умер больше года назад, тогда у меня был парень, любимая работа и жила я в другом городе. После его похорон мой мир начал рушиться, новый 2017 год начался с того, что я узнала что для моего парня его интересы важнее моих, на столько, что он готов бросить меня одну в новогоднюю ночь в незнакомой местности, с незнакомой компанией, на работе начался трэш, и это все приправленно депрессией от потери отца. Тогда я очень много плакала, и не хотела жить. В один вечер, я попросила помощи у отца, так как в бога не верила, решила что буду верить в папу. Спустя несколько дней я почувствовала безумные прилив сил, на все плюнула, и никому ничего не сказав уехала к маме. Очень сложно было начинать жизнь с нуля, но я смогла. Я нашла работу, даже лучшие той, что была, появилось много хобби и огромное желание жить. Этот новый год я встречаю с человеком, который прошел со мной сквозь, огонь, воду и медные трубы, и не бросил меня. И за все за это я говорю спасибо папе, который даже после смерти поддерживает и оберегает меня.

Есть у меня знакомый по имени Дитрих, добропорядочный бюргер, чуть за сорок, в браке десять лет, двое милых истинных арийцев дошкольного возраста, ну и, само собой, брюшко и залысины прилагаются. Женат на чешке, на восемь лет его моложе.

А тут как раз в пятницу вечером ко мне заезжают наши общие старые знакомые, черт знает сколько не виделись, да и вообще, народ замечательный. Дитрих уже предупрежден, однако, до сих пор ответа так и не дал. Я и говорю;

— Какие планы, камрад? Ты с нами, или против нас?

— Ээээ... Знаешь... Встретимся завтра... Сегодня никак... Сам понимаешь... семья... у меня обязательства...

И вот так на протяжении четверть часа "бэээ... мэээ...". Применяю третью степень допроса, и тут он чуть не плача выдает;

— Ты не понимаешь! Я не могу! У меня... У меня СЕКС!

Я с трудом удерживаясь от смеха все же интересуюсь

— А перенести никак?", на что Дитрих в совершенном отчаянии машет рукой:

— Нет! Уже на неделю просрочено! Божена меня убьет!