Он покивал, похмыкал и упёр на летное поле. На всякий случай, приставили к нему технаря чтоб приглядывал, гражданский ведь – дурной. Технарь еще раз продиктовал ему правила поведения на летном поле и на поручения с легкой душой "забил".

Ком. полка попросил командира одного из звеньев слетать. Мол, Сан Саныч, покажи как могут взлетать русские соколы. А Сан Саныч был известен на весь полк своим пилотажем. Один из его "винтов": самолет, отрываясь от полосы, ставится "на хвост". Находясь в вертикальном положении, какое-то время двигается вдоль полосы низко над землей. Потом, на полном фарсаже "уходит" в небо как ракета. Очень смотрится.

Наш спец. кор. оставшись без опекуна, стал готовиться к съемке. Затих в указанном месте в стороне от полосы. Самолет вырулил на взлетную. В последнюю секунду этот придурок перебирается НА ПЛОСУ (100 м. от точки отрыва) и, распластавшись со своим "щелкунчиком", замирает. Летчик замечает этого придурка в момент разбега и, не имея возможности остановить машину, решает "уйти" вверх. Т. е. делает свой "номер"…

Струи пламени от двух движков лишь слегка прошлись по фотографу. Так. что он совсем не пострадал. Ну, одежда на нем сгорела, волосы на голове обуглились, да и почернел он весь как-то. А фотоаппарат (то, что от него осталось) нашли. Совсем недалеко.

Такие вот суровые будни бывают у работников пера. Опасная у них профессия.

брат работал, как проклятый, ради нас, редко бывал дома, иногда пропадал на неделю, но возвращался с едой и деньгами. К тому времени мы продали уже всё, что только было можно, оставив на память единственную довольно ценную вещь — давно привезенный отцом из-за границы серебряный армейский нож. Мать очень любила отца и ужасно скучала по нему, эта вещь была для неё очень важна. И вот однажды она заметила, что его нет на месте.

Перерыли весь дом, знакомые в гости не приходили, мы с братом клянемся, что не брали. Но мать была уверена, что брат опять подсел и продал его за дозу. Выгнала его из дома, сказала: пока не вернет, домой пусть не приходит. После этого он пару месяцев встречал меня у школы и давал денег и продуктов, говорил, живет у друзей, много работает и все хорошо. Потом он пропал. Скоро узнали, что он опять колется. Из-за того, что жить было негде, пошел к старым знакомым, и там снова подсел, а через пару недель скончался от передоза.

Матери было очень плохо, но она никогда не винила себя, говорила, что он сам выбрал такую судьбу, что раз он украл тот нож и продал, значит, уже кололся, и если бы он остался дома, мог бы навредить нам.

С того момента прошло 9 лет, недавно у нас впервые появились лишние деньги, и мы смогли позволить себе небольшой ремонт на кухне. Отодвинули старый шкаф, а за ним, помимо пыли и прочего мелкого мусора, неприглядно валяется этот чертов нож. За всю свою жизнь ни разу не видел, чтобы кто-то так же сильно и отчаянно рыдал, как мама в тот день.

на идиотов. Мол, зачем такое внимание псине? А потом хватались за голову.

Дело в том, что барбосы от такого отношения таяли, “бросали” старую неблагодарную работу и оставались сторожить русский лагерь. А отары без присмотра потихоньку разбредались.

Тем временем четвероногие сторожа прекрасно справлялись с новой работой: история не помнит ни одного случая, когда местным “партизанам” удалось бы незаметно проникнуть в русский лагерь.

Зато прекрасно помнит прецедент, когда несколько десятков таких бывших хвостатых пастухов разогнали боевой порядок туркменской кавалерии до того, как она успела напасть.

Сначала солдат удивляла неприязнь собак к бывшим хозяевам, а потом они присмотрелись и увидели отношение овцеводов к четвероногим. Общались с ними камнями, палками, да пинками.

Устав гоняться за разбегающимися отарами, овцеводы приходили к выводу, что собак лучше бы вернуть. Экономически выгоднее держать бесплатную псину, а не ленивого и требующего зарплаты чабана.

А потому периодически к командиру русской части приходил очередной переборовший страх местный пастух с требованием вернуть собаку или заплатить за неё. Сумма обычно озвучивалась запредельная — на такие деньги можно было бы купить верблюда.

Хочешь забрать?.. Да ради бога!.. Забирай. Эй, покажите ему собак и пусть хоть всех их забирает! — отвечал коварный командир.

А дальше начинался бесплатный цирк. Овцевод с палкой в руке направлялся в сторону стаи, у которой уже выработался рефлекс — нападать на любого местного, если его не сопровождает русский солдат.

Впрочем, овцевода в беде в итоге не бросали. Отгоняли хвостатых, отряхивали местного и отправляли восвояси. А со временем поток желающих вернуть собаку как-то сам по себе затихал.

Вот такая старая быль из Средней Азии, которую вспомнили на просторах рунета. Как отметили некоторые комментаторы, сейчас в этом плане там мало что изменилось.

Жизнь собаки в Киргизии -это беспросветный кошмар. Из еды — помои от хозяев, может быть сердобольная внучка, приехавшая из города, даст хлеба или мяса. Всё остальное время: сиди себе на цепи и гавкай, когда слышишь подозрительный шум.

Никаких тебе прогулок или игр с хозяином. Никаких обнимашек (никто тебя не купает, не лечит, от блох и вошек не защищают) *— поделилась увиденным одна из комментаторов.

Если бы они могли смотреть телевизор и увидели бы, как живет условный золотистый ретривер в Москве, они бы немедленно сбежали бы в Москву в поисках лучшей жизни (как и его хозяин). Но телевизор они не смотрят, а все собаки по соседству живут так же. Вот и живут, думая, что жизнь такова у всех.

А вот этот комментатор практически повторил историю тех самых старых лагерей русских солдат.

Поехали как-то в ущелье Белогорки, это в Киргизии недалеко от Бишкека, остались лагерем на пару дней. Вечером мимо нас чабан кыргыз прогнал отару овец, с ним была собака — крупная, но худая, как скелет. Мы её покормили остатками плова, колбасы дали — добренькие туристы. И пёс остался у нас ночевать, залёг на дальнем краю лагеря. Утром мужик ехал обратно, стал звать собаку — та на него с рыком. От великой любви, видимо.

Впрочем, касается это не только Киргизии.

Видел, как азербайджанцы с собаками обращаются, верю вполне в рассказ.

Конечно же, среди комментаторов нашлись и те, кто обвинил остальных в нелюбви к гордым южанам. А третьи и вовсе заявили, что не до конца верят в эту историю, так как в Средней Азии к собакам относятся всё же лучше, чем к женщинам.