Генератор смысла

У деда была особая привычка смеяться глазами. Не громко, не издевательски — просто уголки глаз едва заметно подрагивали, морщинки собирались лучиками, и ты сразу понимал: сейчас прилетит фраза, от которой сначала опешишь, а потом будешь неделю переваривать. Михаил Семёнович — потомственный электрик. В нашем городке не было подстанции, которую бы он не знал наизусть. Даже когда в девяностые его отправили на пенсию, соседи всё равно звонили ему при малейших проблемах с проводкой.

— Семёныч, опять пробки выбивает!

— Семёныч, люстра мигает, как в дискотеке!

И дед шёл, брал свой потрёпанный чемоданчик с инструментами и чинил. Иногда брал меня с собой, и я подавал ему отвёртки, зажимы, изоленту.

— Учись, Андрюха, — говорил он, — электричество — штука честная. Если есть источник и цепь целая — всё работает. Нет одного — хоть золотыми проводами обвешайся, лампочка не загорится.

Однажды летом, когда мне было лет пятнадцать, мы сидели на веранде. Я листал какой-то умный журнал, а дед возился со старым приёмником. Внезапно он отложил отвёртку и сказал:

— Знаешь, я всю жизнь был дурак. Только сейчас понимаю.

Я аж поперхнулся компотом:

— Ты? Дурак? Да тебя весь город самым умным считает!

— В том-то и дело, — он хмыкнул.

— Помнишь, я рассказывал, как в семидесятых на курсах повышения квалификации нам лектор по марксизму заливал?

Я кивнул. Эту историю дед рассказывал не раз. Как важный лектор в костюме вещал: "Товарищи инженеры! Наш предмет — основополагающий. Без него все ваши технические знания не имеют смысла". А дед тогда встал и спросил: "А если у нас все остальные знания имеют практический смысл, а ваш предмет — нет, турбины от этого крутиться перестанут? "

— Так вот, — продолжил дед, крутя в руках радиолампу, — я тогда думал, что умнее всех. Смеялся над ними. А сейчас понимаю: они хотя бы верили во что-то. В светлое будущее, в коммунизм, в прогресс человечества. У них был генератор, понимаешь? А я был как электрик, который гордится идеальной проводкой в доме без электростанции.

Я не очень понял тогда, к чему он клонит. Дед увидел моё недоумение и продолжил:

— Понимаешь, внучок, жизнь — она как электрическая цепь. Логика, планы, расчёты — это провода. Хорошие, правильные провода. Но провода сами по себе — просто металл. Им нужен источник тока. Генератор. А генератор — это вера во что-то, что дает всему смысл. И главное — понимание, во что и зачем ты веришь. Иначе в голове — сплошное короткое замыкание.

На следующий день мы поехали на рыбалку. На берегу встретили соседа дяди Колю — профессора из областного центра. Он был в городе проездом, навещал родственников. Дядя Коля, узнав деда, обрадовался и пригласил нас к своему костру на уху.

За едой разговорились. Профессор долго и витиевато рассуждал о современных концепциях мироздания, о том, что мораль — это социальный конструкт, любовь — химическая реакция, а совесть — продукт воспитания. Говорил он красиво, со знанием дела.

— Вы понимаете, — вещал профессор, вытирая очки платочком, — современный человек должен опираться только на доказанные факты и логические построения. Всё остальное — предрассудки.

Я смотрел на деда. Он молча ел уху, но я заметил, как уголки его глаз начали подрагивать. Когда профессор закончил свою тираду, дед отложил ложку и спросил:

— А зачем?

— Что "зачем"? — не понял профессор.

— Зачем современный человек должен опираться только на доказанные факты?

— Чтобы не жить в иллюзиях, конечно! — удивился профессор.

— А зачем не жить в иллюзиях?

— Чтобы... чтобы видеть мир таким, какой он есть!

— А зачем его видеть таким, какой он есть?

После пятого "зачем" профессор замолчал, потом нервно рассмеялся:

— Вы что, в философские игры играете?

— Нет, — спокойно ответил дед.

— Просто проверяю, куда ведут ваши провода. Похоже, в никуда.

По дороге домой я спросил деда:

— А твои провода куда ведут?

— Я электрик, Андрюша, — усмехнулся он.

— Я точно знаю, что провода сами никуда не ведут. Важно, к какому генератору они подключены.

Прошло пятнадцать лет. Дед давно умер. Я стал инженером, как и мечтал, только не электриком, а программистом. Вчера на корпоративе наш начальник, разгорячённый успехом нового проекта и коньяком, рассуждал о том, что мы все работаем ради самореализации и хороших денег.

— Мы — лучшие! — повторял он.

— Мы починили то, что никто не мог починить!

Я вспомнил деда. И вдруг почувствовал, как уголки моих глаз начинают подрагивать.

Наш начальник и правда починил проводку. Наладил все связи, выстроил идеальные логические цепочки бизнес-процессов. Но он так и не задался вопросом: а для чего всё это? Куда ведут эти безупречные провода?

Я поднял бокал и тихо сказал:

— За генераторы энергии.

— За что? — не понял начальник.

— За то, что даёт смысл всей нашей "проводке", — улыбнулся я.

— Дед бы понял.

Никто не понял моего тоста. Но это не страшно. Важно, что я наконец-то понял деда. И когда мой пятилетний сын Мишка спрашивает меня: "А почему солнце светит? ", а потом: "А почему атомы так устроены? ", а потом: "А почему вообще всё есть, а не нет? " — я не отмахиваюсь от этих детских "почему". Я знаю, что он ищет генератор. И надеюсь, что найдёт.

А деда я вспоминаю часто. И иногда мне кажется, что его глаза смеются где-то совсем рядом.

Вспомнил один студенческий эпизод, когда читал нам теплотехнику очень пожилой преподаватель П. (это было более полувека назад). Мы его звали "теплодед".

Для нас теплотехника был непрофильным предметом, и мы стремились его как-нибудь "спихнуть". Начиная экзамен, препод приглашал первого же студента, давал 3 руб. (напоминаю

Дело было на абитуре в НЭТИ (Новосибирский Электротехнический институт) еще в начале 80-х. Жили мы в старой общаге на первом этаже, в конце длинного коридора, и всю абитуру резались в преф вчетвером. Игра сопровождалась выпиванием большого количества пива из двадцатилитровой канистры, когда пиво кончалось не играющий бежал с канистрой к бочке. Ну, через вахту, ессно, бегать было в лом — далеко, да и в другую сторону от бочки, и бегали мы через открытое в комнате окно. И так почти месяц. Но вот на нашем этаже, как это летом в студгородке бывает, затеяли ремонт и нас переселили на четвертый. На улице жара, а мы затарились пивом — и за карты... Вот пиво кончилось... кто-то сидит на мизере, и все уже прилично косые (но очень сосредоточенные), тут чувак, на автомате, хватает канистру и скачет с ней в открытое окно... Остальные -ноль внимания, ловят мизер...

Наверное, минут через 20 чувак возвращается с пивом, но весь какой-то ободранный и в ссадинах. Мы сначала на него, потом на окно и тут только до нас дошло, что кореш наш с четвертого этажа выпрыгнул... А спасло его то, что упал он сначала на какие-то провода, порвал их, потом по веткам -и в кусты, ну и, конечно, то, что поддатый был крепко — трезвый бы легко не отделался, да и за пивом бы не пошел после этого.

Короче есть такая передача в Америке, называется Scare Tactics. Суть заключается в следующем. Один друг подставляет другого как жертву, которую разыгрывают актеры, пугая его до полусмерти, а потом ему признаются в наколке... короче передача что надо.

Сегодня смотрю очередной эпизод, суть которого такова. Жертва думает что он участвует в передаче, в которой ОН должен напугать кого нибудь, но на самом деле разыгрывают именно его... чувак изображает одержимого демоном, и должен напугать священника, которого вызвали для изгнания.

И вот сцена. Он лежит в кровати, привязаный, заходит священник. "Одержимый" тут же начинает страшным голосом изрыгать богохулия и проклятия, священник (на самом деле актер, который должен напугать настоящую жертву) сообщает что сейчас он будет читать специальную молитву.

С этими словами он раскрывает Библию, становится возле кровати на колени и начинает тихо что то бормотать на непонятном языке, с каждым разом все громче и громче... меня начинают терзать сомнения, и когда его голос становится достаточно громким, что бы разобрать что он говорит, я начинаю меееедленно так о*уевать... так как он с диким американским акцентом повторяет: "Йа сажайу аллюминивие огурци.. йа сажайу аллюминивие огурци.. йа сажайу аллюминивие огурци.. "

Пипьец... польный... не знаю как тот пацан, он то по русски ни бум бум, а я был в истерике... смеховой... от неожиданности.

Светлана Владимировна — нотариус и юрист со стажем и прекрасным послужным списком, аккуратно положила "вольта" на "даму", и услышав в ноутбуке шелест карт, удовлетворительно кивнула головой с новогодней прической. Пробежавшись глазами по списку дел на сегодня, она вторично удовлетворительно кивнула головой, и потянулась.

До того