Два еврея пришли к раввину, чтобы он разрешил их спор.

— Ребе, вот я говорю, что на небе луна.

— Ты прав.

— А он говорит, что это месяц.

— И он прав.

Жена раввина кричит с кухни:

— Соломон, так не может быть, чтоб они оба были правы!

— И ты права.

У иудеев существует понятие "бармицве", это когда мальчику исполняется

13 лет, то над ним сотворяют некий обряд, и он уже считается взрослым человеком.

Так вот, приходит еврей в синагогу и обращается к раввину:

— Ребе, извините, вот мой кот, так он прожил у меня 13 лет, я бы хотел сделать ему бармицве.

— Пан Цудечкис, я вижу, вы немного повредились в уме. Бармицве делается людям, а не котам!

— Но ребе, я вас умоляю, так этот кот мне как сын, так он такой хороший и умный, не всякий человек еще такой бывает! Сделайте бармицве, это же такая благодать!

— Пан Цудечкис, я вижу, вы родились недоношенным! Может, по-вашему, я теперь всем собакам, козлам и т. д. в нашем местечке обязан буду бармицве делать! Тогда я не хочу быть раввином!

Ну тот, натурально, завыл, зарыдал, вцепился в раввина:

— Ну ребе! Я умоляю, живите 120 лет! Этот кот особенный, вы даже это себе и не представляете! Он такой благочестивый, что попросил меня пожертвовать нашей синагоге 1000 долларов!

— Ой! Ой! Ша! Ша! Ша! Вам, пан Цудечкис, не следовало бы и родиться на свет! Вы что тут с меня уже сорок минут все печенки вынимаете!

Вы что же сразу не сказали, что ваш кот - тоже еврей?!

— Отец — турок, мать — еврейка. Кто ребенок?

— Затурканный еврей.

Сидят за столом два еврея, у одного из них недавно умерла жена:

— Изя, — говорит один, — тебе надо найти себе новую спутницу жизни.

— Я знаю, Абрам. Но мне надо, чтобы она обязательно болела астмой.

— Но зачем тебе больная астмой, Изя?

— Знаешь, Абрам, после Сарочки осталась куча лекарств!