Самое популярное 22 августа

и виднее заодно. Дверь разумеется нараспашку, отмЕряли дистанцию. Ну поскольку пулемет стреляет только очередями, то просто заряжали по одному патрону. И тут выяснилось, что задачка не так проста. Нашлось пару снайперов, которым удавалось свечу перебить, но решили, что это не по правилам — ее ж только потушить требовалось. В общем, когда все попробовали и решили, что это можно сделать только случайно, конструктор сказал:

— Ладно, давайте я попробую.

Надо сказать, что конструктора оружия сами редко прилично стреляют, но уважили, уступили место за пулеметом, стараясь не улыбаться. Соколов долго и тщательно целился, потом выстрелил, свеча погасла. Сбегали проверили, цела родимая.

Конструктора резко зауважали.

Когда делегация возвращалась к машине, водитель, привезший Соколова на полигон, тихо поинтересовался:

— Я видел, что Вы зарядили пулемет патроном, который вынули из кармана.

Это что, специальный, целевой какой-нибудь?

Соколов усмехнулся.

— Да нет, патрон обычный, только в пуле наискосок отверстие просверлено.

При полете такие завихрения создает — костер потушить можно, не то что свечу.

— А что ж Вы так долго целились?

— Понимаешь, боялся в дверь сарая не попасть, — грустно ответил Соколов.

которые почтальоны бросают не в те ящики, потом на детей, которые рисуют в лифтах и вытаптывают цветы перед подъездом, потом, а потом я уж хотел было откланяться и мчаться на работу, но соскучившийся по собеседнику консьерж, уже успел незаметно перейти к воспоминаниям своего далекого детства.

Ну, думаю — на полуслове убегать неудобно, дослушаю до какой-нибудь смысловой паузы и тогда…

Но его история меня так зацепила с первого и до последнего слова, что я дослушал ее как привязанный и нисколько об этом не жалею.

Жизнь, вообще, так удивительно устроена, что выйдя из своего родного подъезда можно встретить…

Хотя, что это я тут умничаю о жизни и приплетаюсь к чужой славе? Все, отхожу в сторону и вот вам сам рассказ седого консьержа Павла:

Мне было тогда лет семь и мы с родителями жили на Кутузовском проспекте.

В один прекрасный день я вышел с мячиком во двор и увидел, что на нашей детской площадке собралась куча мужиков, они разожгли костер и преспокойно жарили шашлыки.

Это было очень странно, ну ладно мы – мальчишки, пошалим, зажжем какую-нибудь картонку, но ведь это только до появления на горизонте первого взрослого, а тут здоровые мужики, устроили настоящий костер, пьют, смеются, как будто в лесу на полянке.

Я постоял, посмотрел со стороны и понял, что среди них был один главный. Здоровый такой дядька в белой рубахе, высокий, плечистый и все время улыбается, а остальные вокруг него крутятся, шутят, водочку ему подливают. Очень интересно было за ним наблюдать, слов не разобрать, но как только он начинал говорить, все вокруг сразу замолкали.

Вдруг, этот главный встретился со мной глазами.

Я испугался, но взгляда отвести не смог, стоял, как под гипнозом. Взгляд у этого мужика был, как бы это сказать, мне даже жутко стало — это, как стоя на рельсах смотреть на фары мчащегося на тебя поезда, а ноги не слушаются.

Мужик посмотрел, посмотрел, потом улыбнулся, взял большую грушу и бросил точно мне в руки. Я поймал и сказал — "Спасибо"

Груша была огромная, сладкая, до сих пор помню ее вкус, но дело не в этом…

…С того дня прошло лет пять, но я все еще не мог забыть необычного мужика из нашего двора и ту сладкую грушу.

Однажды, в классе пятом, или шестом, мы с пацанами пошли в кино.

Сидим, смотрим и вдруг меня как током ударило, чуть сердце с перепугу не остановилось, на экране я увидел того самого мужика и тогда я понял – КТО это был. А был это сам Фантомас, но конечно не со своим синим лицом, а в маске журналиста Фандора. Но я то знал, что — это был точно он.

Одноклассники подняли меня на смех, хоть я и клялся и божился, все равно не поверили.

А вечером, мама с папой спросили: — "Павлик, что случилось? Чего такой грустный? "

Я все им рассказал, и про мужика во дворе, и про грушу, папа посмеялся и сказал:

— Гордись Паша, тебя и правда угощал грушей сам Фантомас, он тогда приезжал в гости к своему другу Акопяну, вот они и жарили шашлыки в нашем дворе…

2013год.

бы и жить. И не было рядом тех кто мог бы помочь. Вот то ли дело сейчас. Мир вырастил классных специалистов которые не только помогут излечиться, но и мертвого из могилы поднимут. А тогда что?

Был только старший брат и не один, кстати.

— Ты чего валяешься? — задал он глупый, не смотря на средне-техническое образование далекое от медицины, вопрос.

— Заболел. — с трудом выдавил я. Как можно жальче.

Он подошел и приложил свою руку к моему лбу. Ну а что еще можно ожидать от неуча, он наверняка тогда даже таких слов как депрессия, переходный период, угнетенное состояние не знал. А уж то, что мне срочно нужен психолог и минуты мои сочтены ни то что не ведал, а даже не догадывался.

— Тут болит? — показывая куда-то в сторону моего еще даже не окрепшего организма спросил он.

— Везде, — заверил его я. — встать даже не могу!

На секунду он задумался. Или что-то подобное.

— Да-а-а! — задумчиво и протяжно произнес он, — тут видимо без водных процедур не обойтись. И я уже мысленно погрузился в теплые воды Черного моря. И даже ел кокосы и бананы. То есть следовал всем инструкциям которые будут применимы только лет через сорок. В связи с развитием нового мышления и интеллекта. Но черного моря на тот момент рядом не было и брат принес ковш воды. Колодезной и особо лечебной как он сказал. Без обиняков сдернув с меня одеяло и охреначил этой водой меня с головы до пят. Или наоборот. Но вода была действительно лечебной, я бы даже сказал чудодейственной. Она вымыла из меня все симптомы и даже причины.

— Встал и пошел в школу — проведя эту лечебную процедуру заявил он, но сделал это поздно. Ведь я встал уже давно и можно сказать был уже в пути. С того дня я больше не болел.

повышенной пассажировместимости. Выезд машины из части должен был происходить в восемь ноль-ноль, но офицерские жены были недисциплинированным контингентом, и по факту машина выезжала намного позже.

Я и сам помню — сидишь, бывало, в машине с мамой, а по дорожке тянутся дамочки одна за одной, а то, бывало, еще и остановятся на этой дорожке, зацепившись языками. В общем, хорошо, если в полдевятого машина из части отчалит. А майор Корнев смотрит на это безобразие из окна штаба, и у него во внутренностях все содержимое кипит. Он и по отдельности с этими женами разговаривал, и в женсовете части вопрос поднимал... — пофиг!

В общем, в один прекрасный день он сам себя назначил старшим машины и, дождавшись волшебного времени восемь часов ноль-ноль минут ноль-ноль секунд, скомандовал водителю — отъезжаем!

Ой! — закричали те жены, что уже успели сесть в машину — вот же Маня и Аня в десяти шагах от нас, да и Глаша с Дашей хотели ехать сегодня!

Похер! — сказал майор — тут вам армия, а не где-то там. Поехали!

И машина отчалила, а Маша с Глашей остались лупать глазами на дорожке. По возвращению в часть майор Корнев сообщил, что с сегодняшнего дня планирует казнить старших машины за нарушение графика, и не дай бог еще раз кто-то кого-то будет ждать.

С той поры без десяти восемь все отъезжающие ровненько сидели в машине и ждали отправления.

автобуса на Масловскую психбольницу. Ехать в противоположную от Тулы сторону. Доехать до автостоянки у психбольницы и там ждать, пока из автобуса выйдут приехавшие на смену сотрудники и посетители. Потом ждать, пока приехавшие сотрудники примут смену. Потом ждать, пока уезжающая смена и посетители соберутся и погрузятся в автобус. А потом уже другой дорогой, не проезжая мимо наших дач, автобус возвращался в Тулу. Долго? Зато на транспорте! И самый-самый надёжный способ!

2. Пешочком идти на ту же остановку "Дачи-2. Окружная". Смотреть, как мимо с воем проносятся пригородные автобусы с направлением уже "в Тулу" потому, что "не положено! "Остановочный павильон есть, но некая многомудрая башка указала, что большинству маршрутов автобусов, едущих в Тулу, останавливаться там не положено ни в коем случае (наверное, чтобы психи не разбежались, а придя на остановку спокойно сидели, ожидая мифического транспорта или сотрудников, разыскивающих беглецов).

После этого уже пешочком идти ещё километр до остановки "Дачи-1. Мясокомбинатовские". И уже там смотреть, как мимо с воем проносятся пригородные автобусы, потому что "и так автобус вами дачниками полный-битком-набитый, а вам до Тулы всего-то пару километров осталось пройти! "

3. Идти тем же маршрутом что в пункте 2 и так же пешочком, сначала до одной остановки, потом — до другой, а затем и до Тулы. Но поминутно оглядываться, ожидая попутку. Любую.

И вот САМА ИСТОРИЯ. Привычно пешочком идём к Туле, периодически голосуя попуткам, и тут к нам на всех парах подлетает и с визгом тормозов останавливается милицейский "бобик"-УАЗ"ик. Из него высовываются дяди милиционеры:

— Женщина-с-ребёнком! Что у вас то случилось!

— Как что? Не видите разве? Транспорта вообще никакого нет. Пешком тяжело и далеко идти. А у вас места на заднем сиденье много. Подвезли бы!

А дальше их совершенно неожиданная реакция, некий вздох облегчения между "слава Богу" и "какое счастье":

— Все бы так! Садитесь! Поехали!

А сами дяди-милиционеры сидят втроём с исцарапанными лицами и фингалами + у кого погон оторван, а у кого ещё и рукав с карманом. Мы к ним тоже со своим вопросом:

— А у вас то что случилось?

А дальше их рассказ и наставления на всю жизнь:

— Едем по шоссе. И тут видим, что по обочине идёт молодая женщина. Голая. То есть совершенно обнажённая. В теории — нарушение общественного порядка, хотя общества вокруг никакого и нет, только птички и ветер. Мы сдуру и решили, что она сбежала из психушки, а раз так.... Тормознули. И начали её тащить в машину, а она — царапаться и кусаться! Как я теперь жене/невесте/сестре/матери покажусь... Так что парнишку своего научите, если где увидит голую женщину, то пусть её лучше за версту обходит. Ибо ни в коем случае не лезь не в своё дело: психами пусть занимаются те, кто на них специализируется... Ибо три мужика на одну "голышку" — это совсем-совсем не достаточные силы для победы.