К одному татуировщику часто обращаются с просьбой набить иероглиф. Он спрашивает, а какой именно иероглиф. Ему говорят, что пофиг какой. А мастер, держа в руках банку японской консервы, набивает тату.

И потом по улице ходят ребята с набитыми на коже "Жирность", "Годен до"...

Цитата из жалобы."... требуем во множественном числе нас называть

ОМОНбыки или хотя бы ОМОНкозлы, а не позорным ОМОНовцы..."

Ты меня любишь?

— Угу.

— Сильно?

— Ага.

— А как сильно ты меня любишь?

— Сильно.

— Да оторвись ты на минуту от телевизора. Я такая больная... потрогай лобик, у меня, кажется температура.

— Да?

— Не так трогают, а губами.

— Холодная.

— Это ты холодный... черствый и бездушный эгоист. Для тебя футбол важнее жены. Вот умру, ты и не заметишь, так и будешь на этих идиотов в трусах пялиться.

— Не умрешь.

— Ну, пожалей меня, видишь как мне плохо.

— Жалею.

— Врешь, так не жалеют. Скажи что тебе меня жалко. Что я бедная несчастная девочка, у меня лобик горячий.

— Ты бедная и несчастная. Съешь аспирин.

— Не буду я таблетки глотать, пусть тебе будет хуже, когда умру. Ну, скажи, что тебе жалко мои уставшие ножки.

— Ножки жалко.

— Вот! Тебя только мои ноги интересуют. А что у меня лоб горячий, тебе наплевать.

Я склонюсь над твоими коленями.

Обниму их с неистовой силою.

Если треснут — уйду с сожаленьями.

Не люблю баб с коленями хилыми.