Вечером случайно зацепил взглядом сериал по первому каналу "Убить Сталина". Все как всегда: звенящее название, в главных ролях самые крутые актеры современности, виляющая сюжетная линия и как бы атмосфера времен войны. Но вот почему-то не верю. И дело не в игре "гениальных" актеров и не в сценарии, а в мелочах.

Первое. Зимой 1942 года года простая девушка жарит своему возлюбленному, даже не полковнику, а капитану из оперативной группы контразведки, яйца на завтрак. Видимо запросто пошла в магазин и отоварила по карточкам десяток свежих яиц. Вообще-то в пайке для сотрудников органов в лучшем случае был яичный порошок. Но это ладно, возможно я что-то упустил из сюжета и яйца бравый капитан купил на рынке по баснословной цене или ему их дали в знак благодарности за его чуткое отношение к населению простые советские люди. Возможно.

Но второе ни в какие ворота. Бравый капитан, опять же с этой девушкой, наблюдают как дети во дворе кидают снежки в снеговика воображая, что убивают Гитлера. Далее фраза капитана, которому на вид лет 40-45, звучит просто замечательно: "А мы в детстве только в Чапаева играли. "Занавес. Да когда капитан был ребенком еще царь батюшка на престоле был. Для справки: Чапаев стал поистине народным героем после выхода на экраны знаменитого одноименного фильма в 1934 году.

Тут пришлось серьезно столкнуться с немецкой медициной в одной университетской клинике.

Что бросается в глаза (и в нос) в первую очередь по сравнению с российской медициной.

1. Абсолютно нет заборов, проходных, одуревшей от безделья охраны. Ходи, где хочешь. Но кругом камеры наблюдения и запертые двери. Так что ходи, но не

Погода в Новосибирске:

Меня вчера утром при выходе из дома ветром развернуло и припечатало к углу этого самого дома. И я пару минут не могла от стены отлепиться и добрести до остановки. Хотела уже объяснительную смс на работу писать: "Опаздываю по причине того, что меня унесло ветром".

Зарисовка из жизни выездных наркологов.

На днях, на пятом или шестом вызове за день, сумрачно собираю стойку для капельницы. На лице многодневная небритость и скорбь хронического недосыпа. Пациент жалобно смотрит на меня, похмельно подергивая лапками, и видимо полное отсутствие следов гуманизма на лице врача начинает немного волновать его. Собравшись с духом, он тоскливо вопрошает:

— Доктор, а я точно не умру сегодня?

Я смотрю на него, как Каа на бандерлога. Весомо отвечаю:

— Уж не знаю, как там дальше, но в ближайшие сутки жить вы будете точно.

Что-то в моем тоне его видимо настораживает и он решает уточнить:

— А почему именно в ближайшие сутки?

Трудно немного не поглумиться в первом часу ночи, когда на тебя смотрят глазами Самого Маленького Лемура из мультфильма "Мадагаскар". Отвечаю:

— Потому что если вы в ближайшие сутки после моего визита умрете — меня засадят объяснительную писать на 3 листа, а у меня выходной завтра — очень хочется поспать.

Пациент умиротворенно кивает:

— Ну тогда колите, доктор. Я вам верю!

Когда мама не могла меня добудиться, она просто клала рядом с моей подушкой чуть-чуть сухого собачьего корма. И наша такса устраивала целый концерт, так как сначала не могла забраться на кровать и жалобно выла прямо мне на ухо, потом всё же забиралась, чавкала и хрюкала мне на ухо. А потом начинала радостно вылизывать меня и играться со мной, так как считала, что раз корм лежал рядом со мной, то его дала я. Всегда срабатывало.