родители выдавали банку борща, гречку и котлеты, всё это он съедал на перемене, умора же.

И сразу же он стал целью номер один для всей школьной гопоты, а попасть ему довелось в класс, где гопотой были почти все пацаны. Отвесить Пуне смачный подсрачник, с разгона ударить в спину ногами (втроём, чтобы свалить, одному такое было не под силу), просто толкнуть, вымазать, плюнуть, отобрать сумку и раскидать тетради по коридору, — всё это стало обычной забавой для школьных хулиганов, этакий ежедневный ритуал.

Постепенно в игру включились и те, кто не особо склонен к насилию. Ведь это так забавно: пинаешь слоняру, а он молчит и терпит.

И терпел Пуня эти издевательства целых 5 лет, а потом, наверное, в нём что-то щёлкнуло, однажды таких людей прорывает.

Первым досталось знатному хулигану Талюре. Талюра ходил в школу с пластмассовым дипломатом (как многие тогда). Однажды, идя по школе, Талюра привычно врезал по толстому пузу проходящему мимо Пуне и хотел было, как обычно, пойти дальше, помахивая дипломатом, но внезапно сзади он услышал рык: "УБЬЮ!". Повернувшись, он увидел несущегося на него разъярённого Пуню с перекошенным от злости лицом. Зрелище было настолько страшным и неожиданным, что Талюра развернулся и со всех ног бросился бежать. Роста он был невысокого, ему приходилось лавировать между школьниками, от Пуни же в ужасе все шарахались в стороны и прижимались к стенкам. Поняв, что дипломат тормозит его продвижение, Талюра отбросил его в сторону. Дипломат отскочил от стены и скользнул на середину коридора прямо под ногу бежавшему сзади Пуне. ХРУСЬ! Ботинок 46-го размера выломал аккуратную дыру в пластике размером с весь дипломат, а Пуня даже не заметил помехи, продолжая бежать.

От расправы Талюру спасли учителя, поэтому эта история осталась смешным эпизодом в памяти школоты, что и сыграло злую шутку с Денисом.

Денис был из тех, кто подключился к унижениям позже, был он среднего роста и обычного телосложения. Отвесив дежурный подсрачник Пуне, Денис был несказанно удивлён, когда тот в ответ припечатал к стене лёгким движением руки.

— Ты чё, с@ка, ох[рен]ел? [ман]дюлей захотел? — выдохнул Денис.

— А ну, давай.

— После школы на стадионе тебе пи[c]ец!

После школы группа из примерно 20 хулиганов окружила Пуню и сопроводила его на стадион, по пути подбадривая Дениску ("давай, [врежь] ему! ", "слышь, жирный, тебе пи[c]ец"). На стадионе их взяли в кольцо (чтобы Пуня не сбежал) и началась драка. Денис подбегал к Пуне, пытался его ударить и тут же отпрыгивал в сторону, при этом демонстрируя удары ногой в воздух, в прыжке, с разворота. Пуня просто шёл на Дениса, редкие Денисовы удары, достигавшие цели, не причиняли ему ни малейшего неудобства. Очередной взмах ногой оказался для Дениса неудачным: Пуня схватил его за лодыжку и притянул к себе поближе. Денис вертелся в руке, как червяк на крючке, пытаясь вырваться и обещая "теперь драться серьёзно, теперь его разозлили конкретно".

Дальнейшее произошло за несколько секунд. Пуня пнул висящего и матерящегося Дениса ногой в район живота снизу вверх. От удара Денис подлетел в воздух и шмякнулся в пыль, сразу же перестав орать. Но его нога оставалась в руке у Пуни, который тут же нанёс ему ещё один такой же удар. Так пинают собаку, вот подходящее сравнение. После первого падения Денис вывалялся в пыли, а потому начиная со второго удара от Дениса во все стороны летела пыль, как от ковра, который выбивают весной. Бум! Шлёп. Бум! Шлёп.

Думаю, Денису хватило и первого удара, а Пуня нанёс их штук 5-6, после чего отпустил ногу. Денис, скорчившись и кашляя, медленно пополз в сторону, встать он не мог. Пуня молча развернулся и пошёл домой.

Последней жертвой Пуни стал Миша. Высокий, крепкий, задиристый — он, видимо, считал, что произошедшее с Денисом его не касается. Я не знаю причину конфликта, я видел лишь драку. Миша ударил Пуню всего один раз, после чего Пуня прижал его к стене своим телом (его масса была к тому времени раза в 2 больше, чем у высокого и крепкого Миши) и начал избивать обездвиженного противника. Просто молотил кулаками и локтями везде, куда получалось. Мне бы хватило одного такого удара, чтобы уйти в нокаут, но Миша был крепкий парень и Пуня молотил его около минуты, после чего развернулся и ушёл, а Миша сполз на пол, больше похожий на хорошо отбитую отбивную.

Конечно, такого хулиганы уже стерпеть не могли, а потому Пуне огласили приговор:

— После уроков тебе пи[c]ец.

Но Пуня решил не ждать, чем это закончится, так как драться с 10-12 людьми сразу дело невыгодное, да и народ там был очень уж паскудный, просто дракой могло и не обойтись. Поэтому он тихо ушёл с последнего урока, а к концу урока пришёл с папой и дядей. Втроём они стояли в коридоре, как подобные треугольники, заслоняя 2 окна и создавая таким образом легкий полумрак.

Прозвенел звонок. Ученики выходили из класса, Пуня стоял возле двери, аккуратно поворачивал очередного хулигана в нужном направлении и лёгким толчком направлял в объятия родственников. Этого к папе, этого к дяде, этого снова к папе. Папа и дядя ложили каждому руку на плечо, придвигали к себе поближе и тихонько задавали какой-то вопрос, после чего каждый гопник яростно мотылял головой, затравленно озираясь. После этого его отпускали с каким-то напутствием.

Больше Пуню не трогали.