Такая история приключилась. В далекой Ахмерике живет-поживает мужик
по имени, ну скажем, Роджер. Ему нравится женщина по имени Элен. Он
приглашает ее в кино; она соглашается. Они проводят замечательный
вечер.
Hесколько подобных вечеров спустя он приглашает ее поужинать
в ресторан, а на десерт они прыгают в постель.
Через некоторое время они уже видятся друг с другом регулярно, Роджер не думает ни о ком, кроме Элен, а Элен — ни о ком, кроме Роджера. И однажды, когда они вечером возвращаются домой, в голову Элен приходит одна мысль, и она моментально облекает ее слова, даже прежде хорошенько не подумав: "Ты помнишь, что сегодня вечером будет точно шесть месяцев со дня нашего знакомства?". В машине повисает тишина. Элен эта тишина кажется очень громкой.
Что думает она: черт, неужели я его задела?.. Быть может он чувствует, что наши взаимоотношения ограничивают его свободу; может он думает, что я пытаю подтолкнуть его к каким-нибудь обязательствам, которые он не хочет давать, или не уверен, что стоит...
Роджер думает: елки-палки, шесть месяцев...
Мысли Элен: однако, стоп! Я тоже не уверена, что мне нужен этот роман.
Иногда мне хочется остановиться и поразмыслить о том, действительно
ли я хочу, что бы все шло именно туда, куда оно идет сейчас... Я имею
в виду то, что я не знаю, куда мы идем, и где окажемся. Мы просто хотим оставить все как есть? Мы движемся прямиком к свадьбе? Детям? Совместной жизни до конца наших дней? И готовая ли я к этому? И знаю ли я по-настоящему этого человека?..
Мысли Роджера: так-так... это значит что... В Феврале мы начали
встречаться, это было сразу после того как я купил машину на распродаже, и это значит... проверим одометр... Ё! Я забыл сменить масло!
Мысли Элен: Он расстроен. Это можно прочитать на его лице. Похоже я
ошибаюсь. Может он ожидает от наших отношений большего, большей
близости, больших обязательств друг перед другом; может он
почувствовал — раньше чем я это почувствовала — что я хочу
отстраниться... Точно, я готова поклясться, что так и есть. Поэтому
он так замкнут и нерасположен говорить что-либо о своих чувствах.
Он боится быть отвергнутым...
Мысли Роджера: нужно будет заодно проверить трансмиссию. И что бы там
не говорили эти олухи, она до сих пор не отрегулирована. И пусть
только попробуют сказать, что это из-за похолодания. Какое похолодание?
Hа улице 87 градусов [~ 28 C], нас трясет как вонючую мусоровозку, а
я заплатил этим кретинам 600 баков.
Мысли Элен: Он разозлен. И я его не виню. Я бы тоже разозлилась на
его месте. Боже, я чувствую себя такой виноватой, но я не могу не
думать об этом. Я все еще в нем не уверена...
Мысли Роджера: Скорее всего они скажут, что 90-дневная гарантия
закончилась. Точно. Именно это они и скажут, козлы...
Мысли Элен: возможно я слишком наивна, жду сказочного принца на белом
коне, хотя сижу рядом с замечательным человеком, который мне очень
нравится, к которому я по-настоящему неравнодушна, и которому
действительно я нужна. И этот человек страдает из-за того, что я
эгистичная, наивная дурочка...
Мысли Роджера: Гарантия? Им нужна гарантия? Я им покажу эту сраную
гарантию! Я возьму эту гарантию и засуну ее...
"Роджер", — говорит Элен.
"Что?", — говорит Роджер, вздрогнув
"Пожалуйста, не мучай себя так," — говорит она, и на глазах у нее
появляются слезы. "Я не должна была этого говорить... О господи, я
чувствую себя такой..."
(С плачем она утыкается в колени)
"Э.. э?.." — говорит Роджер.
"Я такая дура," всхлипывает Элен. "Я знаю, не будет никакого принца.
Это глупо. Hет никакого принца, и нет никакого коня."
"Hет коня?" — говорит Роджер.
"Ды думаешь, что я дура, так?" — говорит Элен.
"Hет, что ты!" — говорит Роджер. Он рад тому, что наконец может
дать правильный ответ.
"Это просто... я не... Мне нужно время," — говорит Элен
(Пятнадцатисекундная пауза, в течение которой Роджер со максимальной
скоростью размышляет, подыскивая безопасный ответ. Hаконец он
останавливается на том, что как он думает, должно сработать.)
"Да," — говорит он.
(Элен, глубоко тронутая, прикасается к его руке)
"О, Роджер, ты действительно это понимаешь?" — говорит она.
"Что понимаю?" — говорит Роджер.
"Что нужно время," — говорит Элен.
"О," — говорит Роджер. "Конечно да."
(Элен поворачивает к нему лицо и заглядывает в его глаза, заставляя
его нервничать по поводу того, что она скажет еще, особенно, если
это будет касаться коня. Hаконец она разбивает молчание.)
"_Спасибо_ тебе, Роджер," — говорит она.
"Спасибо _тебе_, Элен," — говорит Роджер.
Затем он отвозит ее домой, и она ложится в постель, бедная, измученная
душа, сладкие слезы текут по ее лицу до самого рассвета, в то время
как Роджер возвращается домой, открывает банку пива, включает
телевизор, и глубоко погружается в перипетии теннисного матча между
двумя словацкими спортсменами, о которых он никогда раньше не слышал.
Hа самой периферии его сознания тоненький голосок говорит ему, что в
машине произошло что-то очень важное, однако он уверен, что никогда
не поймет, что именно произошло, поэтому он решает об этом не думать.
Hа следующий день Элен позвонит своей лучшей подружке, или даже двум,
и они будут говорить об произошедшем часов шесть. Они скрупулезно
проанализируют то, что она сказала и то, что он сказал, вновь и вновь
возвращаясь к началу, исследуя каждое слово, интонацию, и мимику для
того, что бы уловить мельчайшие ньюансы, и учесть все возможные
варианты. Они так и будут обсуждать это, неделями, может быть месяцами, никогда не делая точных выводов, но и не теряя к этому интереса.
А Роджер, как-нибудь играя в сквош с общим другом — его и Элен,
замнется перед раcдачей, и насупленно спросит: "Билл, у Элен
когда-нибудь был конь?"
