Жила-была Энни Оукли. Родилась она в 1860 году, в штате Огайо, и была шестым ребенком в семье. Когда Энни исполнилось шесть лет, папа ее помер от пневмонии, и в семье наступила нищета.

— Детей не сожрешь, а кормить их надо, — здраво рассудила мама, и отдала Энни родственникам. Типа в аренду, за кормежку.

Там девочка была почти в рабстве, пахала круглые сутки, а кормили ее не так чтоб очень.

Когда Энни исполнилось 8 лет, она решила:

— Задолбали добрые родственнички. Хватит.

Пришла к маме, и говорит:

— Хорош, мама, фигней страдать. Забирайте меня обратно.

— Да кормить тебя нечем, — отмазывается мама.

— Не надо меня кормить, я вас, сама прокормлю, — заявляет Энни.

Взяла старое ружье покойного папы, и отправилась на охоту. Принесла дичи столько, что на семью хватило, да еще и на продажу осталось.

— Ах, как хорошо! — обрадовалась мама.

— Только я, как добрая квакерша, продавать дичь без мужчины не смогу. Это неприлично.

— Все вы, квакерши, только квакать и можете, — сурово ответила Энни.

Пошла и сама продала дичь в рестораны. А на следующее утро снова на охоту. Так и повелось: Энни кормила всю семью, продавала дичь, и сумела заработать денег столько, что за 7 лет выкупила ферму, которую мама заложила.

— Да как же у тебя так получается, деточка, — удивлялись все вокруг.

— Жить захочешь, и не так раскорячишься, — отвечала Энни.

— Но ты же девочка, ты должна быть нежной, — внушали соседские кумушки.

— Нежность и ружье — лучше, чем просто нежность, — говорила Энни.

— А где твои сережки и другие украшения? — хихикали ровесницы.

— Вот мое лучшее украшение, — мило улыбалась Энни, и показывала ружье.

В общем, всю жизнь Энни считала, что лучшее украшение женщины — ружье, и не прогадала. Когда ей исполнилось 21 год, поехала она в Цинциннати. А там выступал со своим шоу стрелок по фамилии Батлер. Правда, не Ретт, а Фрэнсис. Ну да ладно. Все равно красавец: грудь колесом, усы как у Буденного. Вот он и говорит:

— Ставлю сто долларов, что никто меня в стрельбе по мишеням не победит.

Мужики давай с ним соревноваться, и все проиграли.

Тут выходит Энни, скромно так улыбается:

— Ну давай, что ли.

— Барышня, тут не кружок вышивания, — ржет Батлер, хоть и не Ретт.

— Вышивание и ружье лучше, чем одно вышивание, — кротко отвечает Энни.

И на 25-й мишени побивает Батлера.

— Это у меня просто глаз замылился, — давай оправдываться стрелок.

— Гони сто баксов— нежно пропела Энни.

— Вот это женщина! — восхитился Батлер. И стал ухаживать за Энни: цветы, конфеты, все как положено.

Вскоре они поженились, и поступили в труппу Буффало Билла. Выступали в Англии перед королевой Викторией, в Италии — перед королем Умберто, а в Германской империи Энни пулей сбила пепел с сигары Вильгельма. Короче, звездой была именно Энни, а Батлер так, на подхвате. В числе прочих фокусов, дама сбивала с головы мужа выстрелом яблоко.

И отношения у них были прекрасные. Фрэнсис буквально на руках Энни носил, и ножки целовал. А какой дурак станет ссориться с женой, если она каждый вечер в башку ему целится? Жить-то охота.

— Вот как ружье в жизни помогает, — радовалась Энни.

И открыла стрелковую школу для женщин.

— Красивые глаза и ружье лучше, чем просто красивые глаза, — внушала она дамам.

И дамы верили. Учились стрелять. Таких самородков, как Энни, было мало, но тем не менее, когда началась война с Испанией, у нее был готовый отряд женщин-стрелков. Тогда Энни написала письмо президенту Уильяму Мак-Кинли: "Дорогой господин президент! Мои стрелки готовы защищать страну". Но президент не согласился.

Энни упорно продолжала учить женщин стрелять.

— На войну не пойдете, так хоть мужья вас бояться будут, — внушала она.

— Доброе слово и ружье лучше, чем одно доброе слово.

Потом удача ей изменила. Энни попала в железнодорожную катастрофу, ее парализовало. Но она после пяти операций смогла встать на ноги и продолжила выступать. И учила, учила женщин стрелять. Потом ее ошибочно обвинили в краже штанов из магазина.

— Вы обалдели, что ли? — обиделась Энни.

— Я б красть не стала, я б ограбила. У меня ж ружье!

Вскоре оказалось, это была не она, а профурсетка-стриптизерша, которая выступала под ее именем, правда, без ружья. Но было поздно, газеты раструбили, и осадочек остался.

Затем Энни еще и в автокатастрофу попала, и ногу повредила. Но до последнего продолжала участвовать в соревнованиях, ставить новые рекорды и учить женщин стрелять.

Умерла Энни Оукли в 66 лет. После нее осталось пятнадцать тысяч благодарных учениц! Вот это я понимаю, борьба за женские права.

Потому что борьба за права и ружье — лучше, чем просто борьба за права.)))

Диана Удовиченко

Интересные факты о кинокартине "Фантомас"

Фантомас как литературный персонаж был создан еще в 1911 году французскими писателями Алленом и Сувестром.

Первые фильмы про "Фантомаса" были сняты еще в 1913-1914 годах.

Режиссер пригласил на главную роль Жана Маре после того, как увидел актера самостоятельно исполняющего

На фоне новостей про представления ОМОНа в школе, вспомнилась мне история из далекого советского прошлого. После известных событий в Новом Узене (1989), руководство МВД города Шевченко (ныне Актау) решило проверить готовность и способность своих кадров подавлять митингующих и справляться с хулиганами. С этой целью решили провести что-то вроде учений, притащили роту солдат ВВ с щитами и дубинками, пожарную машину, а в качестве массовки завлекли освобождением от учебы студентов. Дело было в ноябре, холодно и ветрено, что не особо содействовало студенческому энтузиазму. Но как бы то ни было, учения начались, и солдаты, построившись и гремя щитами, двинулись на студентов, кутавшихся в куртки и мечтавших о теплом чае или о чем-то покрепче. Все было уныло и скучно, пока командовавший учениями майор не решил добавить в них капельку реальности, для чего приказал пожарным полить "хулиганов" из брандспойта, что было немедленно исполнено. Обалдевшие от такого сюрприза студенты мгновенно озверели, смяли ВВ-шников, как бумажную салфетку, и, отобрав у них щиты и дубинки, напали на товарища майора и пожарную команду, пытавшуюся запереться в пожарной машине. Через пару минут стекла были разбиты, и пожарные вместе с майором предстали пред народным гневом. Больше подобных учений не проводилось, а итоги этих учений так и не были преданы огласке по неизвестным причинам.

В конце 2009-го я попал на удивительную встречу, посвящённую 35-летию описываемых дальше событий. Рассказываю со слов очевидцев, включая телефонную запись разговора с бывшим первым секретарём Приморского крайкома КПСС Виктором Павловичем Ломакиным, который на эту встречу из Москвы прилететь не смог.

В конце 1974 года руководителям СССР и

Еду утром на работу в метро. Присела на боковой диванчик, рассчитанный на 3-х человек. народу немного. Соседки — две женщины лет за сорок, тихо беседуют. Одна другой долго рассказывает о своей нелегкой жизни: и на работе печально, проблемы, и дети — подростки джазу дают, и свекровь кровь пьет и дома — муж пьет, зарплату через раз носит... и вся эта семейная веселая жизнь ее поддостала совсем... уехать бы от них куда глаза глядят хотя бы на недельку в отпуск...

Вторая слушает, кивает сочувственно...

Тут рассказчица спохватывается:

— Что это я все о себе, своих проблемах... ты-то как?

Вторая отвечает:

— Ты знаешь... а мой меня вчера так тр#хнул, что я вспомнила, зачем держу этого старого козла.. .

И хором громко вздохнули:

— Мдда...

И ни тени улыбки...