Выходной. Еду в маршрутке. Народу не много. На остановке заходит пара среднего возраста и занимают вдвоем сидение, мужчина — у окна. Женщина довольно энергично, но не буйно, высказывает спутнику, все, что она о нем думает. На это у нее есть веский повод — мужчина довольно конкретно пьян. Из эмоционального разговора становится понятно, что это муж и жена. За небольшое время езды мужа развозит еще больше и он периодически стукается головой о спинку впереди стоящего сидения. Тут, по мнению жены, им нужно выходить. Она всячески пытается это втолковать мужу, потом предпринимает попытки стащить его с сидения — но все безрезультатно. Пассажиры не вмешиваются и сочувствуя наблюдают за семейным скандальчиком. В конце концов, она не выдерживает и выходит на остановке со словами:

— Ну и.. й с тобой! Катись дальше! Приползешь — будешь на площадке спать!

Автобус трогается и проезжает метров 200. И тут наш пьяный встает с сидения и подходит к водителю без малейших признаков опьянения.

Протягивает 5 рублей и совершенно трезвым голосом обращается:

— За перекрестком остановите, пожалуйста.

Выходит и идет бодрой, я бы сказал летящей, походкой.

Маршрутка — в ауте

С детства Новый Год был самым главным праздником, поэтому праздновался всей семьёй в одном доме. У нас была традиция: шикарная настоящая (под потолок) ёлка покупалась дедом 31-го декабря в районе шести вечера. Мы, дети, ждали деда с ёлкой так же, как Деда Мороза. Как только дедушка заходил в дом, самый старший из нас бежал на улицу, залезал на чердак и доставал десять коробок со старинными игрушками, мишурой, фонариками и дождиками. И, пока взрослые занимались готовкой и сервировкой стола, мы под добрые фильмы и голубые огоньки по первому каналу наряжали ёлку и весь дом. Все были заняты делом, дома царила невероятная атмосфера: из всех комнат доносился смех и разговоры, входная дверь то и дело открывалась и закрывалась постоянно, запуская в дом запах мороза и снега. Даже дровишки в печи трещали как-то по-особенному, по-зимнему, по-семейному. Волшебное детство, волшебное время, волшебный праздник.

В Кузбассе не редкость встретить старожилов, откинувшихся когда-то с поселений и химии. Люди, как правило, суровые, но справедливые.

Жила была в подгороднем шахтерском поселке в своем домишке старушка, аж под 85 лет ей стукнуло.

Забрели к ней вечерком пара молодых ублюдков, глядят — бабка старая, полуслепая, не грех ломануть ее себе на пропитание. А что старушка сделает против здоровых молодых амбалов, показала, где у нее захованы ее "накопления".

Сама дала им в руки фонарик и открыла подпол с заначкой. Бабушка старенькая, память слабая. Пока воришки спускались в погреб и шуршали там, старушка и забыла, зачем она его открывала. Ну, и заперла его взад.

Бедолаг воришек случайно освободил сын старушки, который приехал навестить мамулю через недельку-другую. Выжили болваны лишь за счет запасов картофана и яблок в подвале. Что поделаешь, человек пожилой, память слабая, не обижайте бабушек.

Произошло с моей подругой, которая во время поиска новой стабильной работы подрабатывала на рыбной базе. Все мы знаем, что запах рыбы очень стойкий и избавляться от него надо долго и желательно хорошими моющими средствами, поэтому соболезную семьям работников рыбных баз. Так вот. После рабочего дня все, естественно, торопятся поскорее попасть в лоно семьи, поэтому сотрудницы моей подруги наскоро принимали душ и, побрызгавшись духами (чтобы забить рыбный дух, а вернее, его несколько уменьшить), быстренько прыгали в рейсовый автобус и ехали по домам. И вот в один из подобных дней едут девушки домой, а на задней площадке стоят двое немножко "веселых" мужичков. Через несколько остановок, после долгих принюхиваний, один другому довольно-таки громко говорит:

— Нет, ну какой это гад нажрался рыбы и запил одеколоном!!!

Жена моего друга, стоит ее благоверному где-то подорваться на стакане, сразу закатывает истерики, при этом ее интересует только один вопрос — любит ли он ее, а если любит, почему пьет как собака?

Однажды друган поддал выше нормы, настолько выше, что разморенный теплым июльским солнцем заснул прямо на скамейке в сквере. Через какое-то время к нему подошли два стража порядка. Диалог, который между ними состоялся, другану поведали в местном вытрезвителе на следующее утро, под истеричный хохот;

— Гражданин, ваши документы?!

— Люблю, люблю …

— Ваши документы, гражданин!!?

— Ну, сказал же, люблю …

— Да он невменяемый! — при этом один из стражей довольно прилично охреначил другана резиновой дубинкой, — документы давай!

— Ой-ой-ой! Да говорю же, люблю, сильно люблю!!!