голосом предлагал книги для диссертации, которые только у него дома, на совещаниях кафедры хвалил, облизывая губы, и все думали, что у нас что-то есть. Звал в рестораны, проходя мимо, приобнимал за плечи и говорил, какое я милое дарование.

Однажды я пришла в университет и узнала, что через месяц мы вдвоём летим в Вену на какую-то конференцию, он взял меня как молодого перспективного учёного, хотя я даже не у него писала кандидатскую и вообще не собиралась никуда! Я отказалась и имела неосторожность один на один высказать ему своё отношение. Сказала, что мне неприятны его ухаживания и флирт, что у меня есть молодой человек, и попросила прекратить всё это. Он ответил, что если я не пересплю с ним, то он отравит мою карьеру. Я не придала значения, хотя была напугана.

В итоге, он и другие преподаватели завалили меня на предзащите, а мой руководитель сказала, что лучше мне бросить написание кандидатской. Я вела пары у студентов, и мне стали ставить вечерников, заочников, изменили расписание, сделали кучу окон. Вдобавок, почти не стали платить премию, мотивируя тем, что у меня есть недостатки в работе, выговоры. В общем, ушла я из университета под ехидную улыбочку этого старого козла. Плакала, потому что очень хотела связать свою жизнь с наукой, но ничего не могла сделать.

Нашла работу по специальности и как-то втянулась, карьера пошла в гору. Вышла замуж за того парня, мы жили счастливо и богато. Осенью у нас расширился штат, и фирма решила предложить сотрудничество и практику студентам старших курсов. Я, как представитель фирмы, договорилась и поехала в свой родной вуз на свою родную кафедру. Этот старый [ч]удак всё ещё работал там. Выглядел так же мерзко, я видела, как он беседует со студентками и молодыми преподавательницами, так же сильно и пошло. Он просто остолбенел, когда меня увидел.

Я выступила перед студентами и аспирантами, в конце речи сказала: "Если кто-то из вас, особенно это касается девушек, хочет заняться наукой, но есть неприятные обстоятельства в виде неприятных старых людей, возомнивших себя всесильными, мешающих вам, то не бойтесь, жизнь многогранна и прекрасна без этих людей". Надо было видеть лицо этого козла. Горжусь собой и надеюсь, что ему стыдно.

как он оказался в участковых в таком дальнем Зажопинском участке, наш герой предпочитает не говорить. Его право. Но про своих первых подопечных может рассказывать часами. Народ был откровенно маргинальный: бичи, поселенцы, алкашня, шизики, хиппи и прочий сброд. С работой тяжело. Воровство страшное. Но тяжелых преступлений против личности фактически не было. Будучи в поселке человеком новым, участковый, одевшись попроще, после каждого очередного грабежа выходил на рынок соседнего городка. И не было случая, чтобы на рынке он не находил краденое барахло. Став узнаваемым, он нанял за свои деньги бабок- старожилок, которые годами торгуют своим поношенным барахлом. Единственным их бизнесом были "премии" от участкового за каждый найденный утюг или кастрюли, торгуемые воришками на этом базарчике. Почти 100% раскрываемость на участке подкинула нашего героя карьерно уже в райцентр. Заодно наш герой стал студентом-заочником одного московского ВУЗа по специальности управления базами данных. Это были времена, когда компьютеры уже появились, но в провинции они использовались лишь, как пишущие машинки и игрушки. Картотеки и архивы были еще бумажными и в виде карточек. Даже в Москве. А наш герой в Зажопинском райотделе на софте, купленном у местных фанатов игр, который те привозили с московской горбушки, начал городить на языке SQL базы данных, что на местном уровне стало выглядеть, как фантастическое будущее. После первой же презентации на областном совещании героя переводят в область и дают в подчинение уже группу пиджаков, которые за полгода вбивают в базу всю областную шантрапу, кооператоров, придурков психбольниц и пр. Скачок раскрываемости преступлений по области, включая поимку маньяков и серийников сделал начальника областного управления МВД полковником столичного главка, куда он перетащил и нашего героя. А он так и продолжал свои заочные освоения компьютерных систем. Тут уже появился ORACLE и первым, кто влез на это поле осмысленно, и был наш герой. У него уже был отдел в НИИ, красивая форма, квартирка в пригороде, когда началась война на южных берегах. Еще не время, но одним из первых, кто стал анализировать интернет-трафик околотеррористической публики и стал наш герой. Много жизней он спас в невзорванных машинах и подъездах наших городов. И звездочки его заслужены абсолютно честно. И когда очередная столичная тетка с кульками выступает в метро на понаехавших тут, я почему-то обязательно вспоминаю нашего героя и говорю — спасибо, что вы к нам понаехали. Побольше бы таких "участковых" — с головой и совестью.

На пороге крупный чин НКВД, пара сопровождающих...

— Всё ясно, — сказал Дикий.

— Это опять за мной...

— Так точно, — подтвердил чин.

— Собирайтесь. Вас в Кремле ждёт товарищ Сталин.

— Э, нет, — ответил Алексей Денисович, — как же я могу показаться Сталину, если я водку пил, чесноку вот наелся. Как же я в Кремль явлюсь с чесночным-то запахом? Никак нельзя мне сейчас ехать...

— Извините, товарищ Дикий, — сказал крупный чин.

— Вы меня тоже поймите. Я вернусь, доложу Сталину, что выполнить его приказ не смог, потому что артист Дикий наелся чесноку. Да меня разжалуют в ту же минуту... Нет, вы уж умойтесь, рот пополощите — и в машину. Нас ждут в Кремле через полчаса.

Поневоле пришлось ехать.

Часа через два Дикий вернулся из Кремля и рассказал следующее. Привезли его в Кремль, провели в кабинет к Сталину. Тот вышел из-за стола, поздоровался.

— А известно ли вам, товарищ Дикий, что это лично я назначил вас на роль? — спросил вождь.

— Берия мне показал десяток проб, и я выбрал вас. Мне понравилось, что вы говорили без всякого акцента, мне понравилось, что вы и внешне непохожи на меня и не пытались даже загримироваться. Это хорошо. Но мне интересно, почему вы играли меня не так, как обычно играют другие артисты? У тех и акцент, и сход­ство внешнее, а впечатление не то...

— Потому что я играл впечатление людей о Сталине, — ответил Дикий.

Сталину ответ настолько понравился, что он захлопал в ладоши. Потом сказал:

— Вы не должны обижаться на власть за то, что сидели в лагере. Ленин говорил, что каждый революционер должен пройти сквозь тюрьмы и ссылки...

— Но это же было до революции, — брякнул Дикий.

Сталин нахмурился и погрозил пальцем. Затем вышел из кабинета и вернулся, держа в руках бутылку коньяка и лимон. Налил себе полный фужер, Дикому чуть капнул, выпил и сказал:

— Теперь будем говорить с вами на равных.

"Стало быть, учуял запах водки, — прокомментировал Дикий.

— А может, по дерзости моей догадался, что я под хмельком. В любом случае всё кончилось благополучно. .. "

После этого друзья продолжили прерванный праздничный ужин.