13 неожиданных плюсов от уехавших детей:

1. То, что положено в холодильник в пятницу, будет в нем и в субботу. Концепция банальная, но если ты 20 лет кряду прожила с существом, способным в одно табло уписать 3 полки продуктов за раз, то точно понимаешь о чём я. Собачья консерва, кстати, тоже в безопасности.

2. Тишина. Не та тишина, которая бывает, когда все спят, а ты ещё нет. А настоящая, густая, бархатная тишина взрослого человека в своём доме. Без стримера Мудищева, без звука прыжкового самоката в коридоре в час ночи, и без вопроса "мам, а где мои носки/зачетка/смысл жизни".

3. Ванная теперь просто ванная. Твоя. С кондиционерами для волос за 15тр, гордо стоящими на самом видном месте.

4. Больше никакой математики. Ты перестаёшь считать сколько раз он поел, сколько дней не менял постельное белье и как часто хамил в ответ на просьбу это сделать. Тихий фоновый счётчик, который работал в твоей голове круглосуточно, просто выключается. И ты даже не сразу замечаешь, насколько он жрал батарейку.

5. Можно ходить голой по квартире. Отдельный, недооценённый вид свободы, я считаю.

6. Ты перестаешь врать учителям, врачам и родственникам. Нет больше этого изматывающего амплуа адвоката человека, который только что запил дошик энергетиком, списал жи-ши из решебника и похоронил репетитора по русскому. Ты просто мать взрослого сына. Чистая и незапятнанная, как новый противень.

7. Дверь в его комнату теперь можно открыть. Просто так, без экзорцистов, противогаза и внутреннего монолога "господи, помоги".

8. Никакой подготовки к "серьезным разговорам" уровня "речь на Нюрнбергском процессе" — с доказательной базой, свидетелями и планом отступления на случай "ачотакова".

9. Спустя 15 лет ты наконец-то перестаёшь притворяться, что тебе интересен майнкрафт.

10. Туалет свободен. Всегда. В любое время суток, без очереди, предварительной записи и без загадочного ощущения, что там только что произошло что-то, о чём лучше не думать.

11. Можно купить красивое полотенце, и оно останется красивым.

12. Бабушка звонит ему напрямую. Это, возможно, главный плюс из всех перечисленных.

13. Ты вдруг понимаешь, что он вырос нормальным. То есть где-то там, в соседнем районе, живёт человек, который сам покупает себе еду, сам платит за квартиру и сам, без напоминаний, звонит бабушке. Иногда. Почти всегда. Ну, в целом, регулярно. Понимаешь, и очень скучаешь, утирая слезы своим красивым полотенцем. И это тоже, в сущности, нормально. Раз скучаешь, значит было хорошо!

Выросла я в городе Караганда, с его дивными женскими и детскими лагерями вокруг, это не пионерлагеря, как мы все понимаем.

Вспоминаю, как в юные 8 лет меня попытались сдать в пионерлагерь, оборудованный на месте НЕ пионерлагеря.

Я приехала, увидела неубранную (видимо на всякий случай и на будущее) колючую проволоку по периметру, жизнерадостно окрашенные бывшие бараки, общую умывалку на улице (еще с тех времен), лица персонала (по моему тоже с тех времен) и меня хватило на пол дня.

Я так рыдала, как не рыдала больше никогда. Я буквально вставала на колени перед родителями, чтобы меня забрали обратно, и обещала полоть кукурузу вот этими вот руками все лето без перерыва.

Мой дедушка, между прочим генерал и человек с железными нервами был близок к инфаркту, когда увидел такое мое воззвание. Он первый пришел в себя и увел меня оттуда, пока родители охреневали в ступоре (все же я была спокойным ребенком, без перформансов и трагифарсов в анамнезе).

Короче, миру мир, маю май и труду труд с тех пор у меня вызвает ненависть и тик глаза. Смотрю на людей вокруг меня, жирненьких таких, мягоньких, выросших в тепле и уюте капитализма, и глазик дергается.

Все участники описываемой ситуации русские. Ну если только прадед мой — самарин. Соседка, по даче идёт с двумя внуками лет двух и четырех, здоровается. Я отвечаю. Она делает замечание внукам, почему мол они не поздоровались. И один из них громко говорит: "Ас-саляму аллейкум!". Немая сцена! А дело в том, что соседке часто что-то чинят и латают в ее частном доме ребята из Средней Азии.

В детстве, лет в восемь-десять, я ходила заниматься в музыкальную школу. Моя учительница музыки иногда уходила из класса, оставляя меня разучивать пьесу, а на подоконнике лежали её бутерброды. Я смотрела на них и думала: "Как здорово было бы, посыпать их ядом, чтобы училка съела их и умерла, и мне не пришлось бы больше заниматься музыкой..."

В детстве часто слышала фразу "ветром надуло" в адрес девушек, которые беременели, не будучи замужем. И класса до восьмого я реально верила, что можно забеременеть от ветра, и очень боялась ходить в туалет на улице, когда ветер был.