Он живет в соседнем квартале, добирается новым для меня маршрутом на работу уже давно.

— Зачем петлять по городу, можно часть пути с пользой для здоровья пройти пешком.

На следующее утро так и сделали, вышли у Птичьего рынка и пошли дворами, а маршрутка пошла на большущий круг.

Так вот, попутчик все прокомментировал без ошибки:

— Смотри сейчас, через дорогу бультерьер пробежит, с палкой в зубах.

— Сейчас девушка голая перед подъездом, холодной водой будет обливаться.

— Здесь за углом дворник усатый, листву метёт…

Вечером, после работы мы опять встретились:

— Ну теперь спешить особо некуда, пойдем в павильон зайдем, по пивку.

Согласился, зашли, пока в очереди постояли, он все на игровые автоматы смотрел, их три штуки вдоль стены, за каждым игрок.

Пока пиво пили здесь же, он все наблюдал, кто и как играет, потом резко встрепенулся:

— Сейчас сыграю и на остановку идём.

Не знаю как точно назывались его манипуляции, удвоение, утроение и удесятерение, но в результате посыпались в лоток пятаки. Он привычным движением взял бумажный пакет наверху аппарата, ссыпал выигрыш, спрятал в сумку.

— Вот теперь дорога оправдана. Поехали.

Через некоторое время мы опять встретились, после работы по пути домой, он предлагает:

— Давай покажу ещё один маршрут, можно через лес пешком пройтись, белки, запах хвои, птички поют. Только в павильон зайдем на конечной.

Все повторилось как в первый раз, только на процедуру ушло две баночки пива. Опять звон пятачков, неспешный сбор в бумажный пакет.

— Ну вот пиво отбили.

Примерно полгода я к нему попадал в попутчики пару раз в неделю, и всегда он ждал своего момента, наблюдал за игроками, и игровыми аппаратами, и в только ему понятный момент, вступал в игру.

Побеждал наверное потому, что познал некую закономерность в силу свой наблюдательности.

После я поменял место работы, а он как я слышал, купил новую квартиру...

претендентов на копытце козы Марии Степановны, Семён Василич и не представлял.

Всё как у людей короче, замуж можно и по любви, а отца ребёнку надо подбирать тщательно.

Таковой козлиный экземпляр по слухам проживал верстах в тридцати, на самой что ни на есть областной границе и признавал лишь комбайнёра

Валерича, который со скуки, иногда подкармливал его папиросами.

Путь предстоял не близкий и Василич с тоской глянул на ржавеющий у загородки "Москвич".

Бензин в баке и воздух в колёсах оставались ещё с покупки, так как пристрастившись к "калгановке" и будучи человеком законопослушным, Семён

Василич про тачанку не вспоминал.

Единственное, что требовала вынужденная будущая поездка, так это наличие ламинированной картонки, именуемой "талоном техосмотра".

Всю ночь в доме горела керосиновая лампа, освещая скудным светом книжечку ПДД.

Утро следующего дня, выдалось суматошным.

Мария Степановна отказывалась лезть в старенький "Москвич" и тревожно мемекала.

"Буцефал" так же оскотинился и завёлся только с толкача.

Наконец тронулись.

Районное подразделение ГИБДД было в пяти километрах, дорога шла под уклон, ветер попутный, так что добрались быстро, не считая мелких конфузов со стороны "новобрачной" и неработающей магнитолы.

Когда Василич видел очередь, то почему - то очень явно представлял поволжье, завоз соли в сельмаг и отчего то бесплатную раздачу водки.

Именно такое же видение посетило его от созерцания невероятного скопления авто и их владельцев у святая святых каждого уважающего закон любителя железных коней.

— Семён Василич! Приветствую, точнее здравия желаю! – послышался откуда то справа голос.

Мария Степановна прекратила жевать и заинтересованно выглянула в окно.

— Так ты ещё и не один! – сказал тот же голос, но уже намного ближе.

Василич, вытащил ключи из замка зажигания, открыл дверь и вышел.

Перед ним стоял соседский Колька, но не в привычном домашнем виде, а со всеми причиндалами и регалиями положенными государственным служащим при исполнении и обеспечении.

— Вот везу невесту к жениху – кивнул в сторону Василич, — а последний порядочный за тридцать километров ускакал, надо бы техосмотр пройти, да и свадьбу играть ехать.

— Мда – произнёс лейтенант Коля, когда посмотрел на свадебный кадиллак, из которого с равнодушием на всё происходящее смотрела потенциальная невеста.

— Ты бы помыл его что ли перед техосмотром, – пнув ногой у колеса, сказал лейтенант Коля.

Ответом был громкий "шлёп", с которым отвалился кусок глины.

— Ладно, что-нибудь придумаем, жди здесь, – и почёсывая затылок пошёл к входу.

Очередь почтительно расступилась и тут же сомкнулась, поглотив соседа

Семёна Василича.

Через пятнадцать минут, "свадьбомобиль" стоял на площадке техосмотра.

Люди в форме рассматривали средство передвижения, а Мария Степановна строила всем глазки и не позволяла себе лишнего.

Вначале решено было проверить тормоза.

Семёну Василичу было велено проехать метров тридцать и затормозить в аккурат перед молоденьким сержантом с блокнотом в руках, который судя по выпавшим испытаниям, был ещё и самым слабым звеном во всей местной цепочке.

Всё таки бог есть на свете, как хорошо, что у сержанта оказалась отличная реакция, помог забор, увешанный старыми покрышками.

Потом проверяли ручник на горочке, и много чего ещё и снова сержанту везло, видимо это был его день!

При проверке омывателей лобового стекла, отдельная группа, взирающая на необычное шоу, уже ставила ставки на предмет работает – не работает.

Сержант предусмотрительно встал сбоку и скомандовал:

— Жми! – после чего две водные струи, как по команде, наконец достигли своей цели.

Первая ударила ему в грудь, вторая попала чуть пониже пупка, предательски намочив штаны.

Выкатывали "свадебный кортеж" с территории площадки всем миром, строго настрого запретив Василичу заводить "Буцефала", погрузили на эвакуатор, да и отвезли прямиком до дома.

А жениха к невесте, потом привёз лейтенант Коля, на служебном мотоцикле в коляске.

А оно и правильно, ибо не гоже невесте у жениха до свадьбы ошиваться.