Суть проблемы: другу от бабушки досталась квартира под ремонт — классический "бабушатник". Внутри: три дубовые стенки "Ольхон-84", чугунная ванна, диваны и тонны три прессованного хлама. Официальный вывоз с погрузкой и полигоном выходил под 50 тысяч рублей.

Что делает этот гений? Берет у знакомых проверенный номер "черных перевозчиков", покупает одноразовую симку за сотку и старый кнопочный "тапик". Заказывает "переезд" этого хлама на выдуманный адрес в соседнем микрорайоне, буквально в двух остановках — якобы на съемную квартиру. По телефону ему радостно называют стандартный завлекалово-ценник в 8 тысяч.

Приезжает бригада. Друг заранее напяливает растянутые треники, достает кнопочный телефон и с порога включает режим наивного дурачка:

— Ребята, вы только аккуратнее! Меня хозяин квартиры нанял за тысячу рублей проконтролировать. Вот дал ровно 8 тысяч, сказал — по телефону обо всем договорился. Нам точно хватит? А то я так боюсь, если не хватит — он меня выгонит!

Грузчики про себя потирают руки: перед ними лох с кнопочной трубой, с него самого взять нечего, но из его "богатого хозяина" они сейчас выбьют всё по максимуму. В поте лица три часа таскают тяжеленные шкафы с пятого этажа без лифта, забивают трехтонную "Газель" до потолка и везут на "новый адрес". Друг едет с ними и всю дорогу про себя молится, чтобы они не дай бог не передумали.

Приезжают во двор чужой многоэтажки. Бригадир закрывает кузов и запускает классику:

— Слышь, студентик. Объём адский, вещи тяжелые. По телефону была оценка за час. С тебя 130 тысяч. Звони хозяину, пусть переводит, иначе ничего выгружать не будем!

Друг про себя перекрестился, дрожащими руками нажимает кнопки на своем "тапике", "звонит хозяину", изображает испуганный разговор и делает убитые глаза:

— Ребята... Он меня послал, сказал — больше ни копейки не даст, а меня уволил... Забирайте эти 8 тысяч, это все деньги, что у меня есть! Забирайте даже мою тысячу за работу, только не бейте!

Бригадир смотрит на кнопочную мобилу, понимает, что перевода отсюда не отжать, и впадает в бешенство от "жадного богатея":

— Ах он с@ка?! Пацаны, открывай борт, вываливай всё прямо на газон! Пусть этот мажор сам свои дрова по двору собирает!

Грузчики на эмоциях за пять минут сбрасывают весь хлам прямо у подъезда, с грохотом ломая шкафы в щепки. Загребают 8 тысяч и орут:

— Всё, мы работу сделали! Передай своему хозяину, что он попал!

Друг хватается за голову и кричит им вслед:

— Ребята, вы чего делаете?! Мне же трындец от хозяина будет! Вернитесь!

"Газель" с пробуксовкой уезжает в закат. Грузчики сидят в кабине с гордыми рожами, чувствуя себя главными бандитами района, которые только что проучили "наглого мажора".

Как только машина скрылась, друг вытирает скупую слезу, выбрасывает одноразовую симку и уезжает пить пиво.

А дальше сработала автокарма.

Огромная куча хлама на газоне чужого двора прямо под камерой "Безопасный город" пролежала ровно три часа. Старшая по подъезду вызвала участкового, тот за пять минут отсмотрел запись, где отчетливо видны госномера "Газели" и довольные рожи "героев".

К вечеру бригадиру прилетел ультиматум от полиции: либо статья за незаконную свалку, штраф до 200 тысяч и спецстоянка для машины, либо они немедленно возвращаются и убирают всё сами.

В итоге ровно эта же бригада на следующий день бесплатно и со слезами на глазах полдня загружала этот же мусор обратно к себе в кузов и везла на полигон за свой счет.

Итог: чистая квартира, чистая экономия в 41 тысячу рублей, а мошенники наказаны своими же руками. Профит 100%!

Если в двух словах, то Адримен всю жизнь сильно плевал на правила. Я очень люблю его истории. Ниже — моя любимая.

Когда-то очень-очень давно Адри увидел в газете статью о том, что в Вене состоится Оперный бал, Wiener Opernball, где будут присутствовать члены европейских королевских фамилий. Мужу было тогда года двадцать два, он жил со своей подругой на разваливающейся овцеводческой ферме и работал маляром.

"Дженни, — сказал Адри, — в Венской опере будет какой-то королевский бал. Надо ехать".

Я не удивлена, кстати. Его и сейчас невозможно отговорить от очередного безумства. Поэтому если Адри решил однажды пятьсот лет назад ни с того ни с сего поехать в Австрию на какую-то там королевскую оперу, то остановить его было практически невозможно.

Как Адри это провернул? Он нашёл адрес организаторов, раздобыл где-то красивую бумагу и написал им письмо. В нём говорилось: "Дорогие организаторы бала! Благодарю вас за любезное приглашение и подтверждаю своё присутствие. С уважением, его светлость барон королевства Нидерланды Адрианус Йоханнес Хогланд". Написал, похихикал, почесал за ухом овцу и пошёл дальше красить соседский сарай.

Однако вскоре получил любезный ответ, где господа-распорядители выражали свою радость по поводу присутствия столь важной особы, оговаривали требуемый на мероприятии дресс-код, просили назвать место проживания в Вене. К письму прилагалась просьба уплатить чисто символический взнос. Для нашей пары деньги совсем немалые, но назвался груздем… Короче, нужную сумму они наскребли и отправили переводом.

Проблему дресс-кода решили быстро. Дженни купила в магазине тканей ярко-сиреневый бархат, которым тогда обтягивали мебель, и сшила из него себе длинное платье. Адримен же решил шикануть и арендовал белый (!) смокинг.

Понимаете, мне попадались фотографии Адри того периода. Даже не знаю, как сказать помягче… Увлекался Джимми Хендриксом и Битлами, бренчал на гитаре. Торчащие во все стороны волосы, усы и прочее. Кошмар из восьмидесятых.

Ехали в Вену из Нидерландов на машине. Ну там тоже не тесла была, сами понимаете. Руль не отвалился, и то хорошо.

Как-то до Вены они всё же добрались, заселились в грязный дешёвый отель на окраине и, как требовалось, сообщили организаторам письмом свой адрес.

На следующий день, день бала, Адри и Дженни почему-то занервничали. Машина распорядителей за ними должна была прийти ближе к вечеру, а потому уже с полудня ребята решили слегка поднять свой дух дешёвым алкоголем и, думаю, сильно в этом преуспели. Это объясняет, почему дальше рассказ Адри отличается некоторой расплывчатостью.

Итак, около пяти вечера на окраину Вены за двумя пьяными обитателями голландской овечьей фермы приехал лимузин. На улице была зима и грязь. А Адри не очень привычен был к лимузинам, потому он, попытавшись залезть в машину, что-то не рассчитал и грохнулся спиной прямо на покрытый грязными следами пол автомобиля. Мы помним, что смокинг был белый, да?

Думаете, это его смутило? Вы просто никогда не встречали моего мужа.

…Теперь представляем. Вена, Опера, фойе. Музыканты играют Моцарта, официанты разносят шампанское и икру. Элегантные мужчины в чёрных, естественно, смокингах, дамы в мехах и бриллиантах. Аббатство Даунтон по сравнению с тамошним шоу — вообще бомжи и парвеню.

И посреди всего этого великолепия блистает его светлость Адрианус Йоханнес весь в белом. По спине которого, судя по следам, пробежало и, возможно, совокупилось небольшое стадо свиней. Усы, кучерявые патлы до плеч, совершенно невозмутимое лицо и стеклянный взгляд. Барон был, что называется, в дрова.

Рядом — перепуганный сиреневый чехол для кресла в состоянии умеренной кататонии.

Поняв, что терять им уже нечего, эти фрики откровенно пялились на разных особ голубых кровей, а также страшно объедались разносимыми деликатесами.

Адри говорит, что дальнейшее помнит урывками. Уверяет, что успели вдоволь нагуляться по фойе и даже увидели начало бала. После этого их очень вежливо, шёпотом попросили уйти. Царственная пара схватила на дорожку последний пирожок с икрой и на бровях уползла из дворца.

Через месяц после события на ферму Адри пришёл счёт за всё съеденное и выпитое на том балу. Барон-маляр Хогланд взял в какой-то сберегательной кассе кредит и выплатил все до копейки.

—

Адаптированный отрывок из книги В. Хогланд “Голландские дети спят всю ночь”

Ивана Петровича у нас боялись все. Появлялся он в ту пору в России, а соответственно, и у нас в офисе, крайне редко по причине получения гражданства другой страны, в которой он должен был проводить около девяти месяцев в год (ну что-то около того). Зато, когда он появлялся, он докапывался до всех и до всего, и наш бедный второй учредитель не знал куда от него спрятаться и тоже сильно огребал, правда, уже в приватной обстановке. В основном, за то, что он нас, сотрудников, сильно разбаловал и субординацию не соблюдает: чай с нами пьет и о жизни разговаривает. А это, с точки зрения Ивана Петровича, действовало на коллектив разлагающе, да и не по статусу это – с простыми работниками общаться.

Риэлторы у нас, время от времени, появлялись новые: кто-то задерживался, а кому-то не "заходило". Пока Иван Петрович в очередной раз находился далеко от Родины привел к нам кто-то мужчину лет шестидесяти: потрепанного жизнью с небольшой плешью немного полноватого и скромного. Риэлторы, они по большей части, люди напористые и очень коммуникабельные, а вот Дмитрий этими качествами совсем не обладал (забегая вперед, и проработал он у нас недолго).

В очередной приезд Ивана Петровича кто-то из близких знакомых попросил его лично пообщаться на предмет покупки квартиры с каким-то высокопоставленным человеком. Иван Петрович, конечно, согласился. Нам он просто сказал, что придет очень важный человек, чтобы мы проверили наличие печенья, чая и купили еще бутылочку коньяка. Ну мы все сделали)

И вот наступил тот день, когда особо важная персона должна была приехать в наш офис. Надо сказать, что Иван Петрович с утра никогда в офис не приезжал – обычно в районе обеда. И надо же было такому случится, что именно, в тот момент, когда Дмитрий зашел к нам в приемную с каким-то вопросом, буквально через несколько минут приехал и Иван Петрович, который Дмитрия до этого не видел. Скептически оглядев его, но решив, что у богатых свои причуды, наш учредитель сделал милейшее лицо, и с укоризной посмотрев на нас, сказал:

— Девочки, ну что же вы в мой кабинет не проводили нашего дорогого гостя?

"Дорогой гость", наслышанный о крутом нраве Ивана Петровича, сконфузился и попытался уйти из комнаты, бормоча, что он вообще не в претензии, но Иван Петрович был неумолим:

— Пройдемте, пожалуйста! Сейчас все мне расскажете! Девочки, сделайте нам кофейку и бутылочку принесите.

Сказать, что Дмитрий ошалел от такого приема, это не сказать ничего. Он послушно прошел в кабинет Ивана Петровича, решив, что тот лично разговаривает с новыми сотрудниками, и надо создать максимально хорошее впечатление. Разлив по рюмкам коньячку, и предложив сначала немного выпить за знакомство, Иван Петрович ввел Дмитрия в полнейший ступор, поэтому тот покорно взял рюмку и выпил.

Иван Петрович был максимально вовлечен в собеседника…

— Как Ваши дела? Как семья?

— Спасибо, все в порядке..

— Какая квартира Вам нужна, расскажите максимально подробно во всех деталях, а мы постараемся Вам помочь.

Дмитрий, удивившись в который раз, стал рассказывать о том, что семья живет в стесненных условиях, что конечно, ему бы хотелось трешку вместо двушки. Иван Петрович кивал и участливо интересовался районом, этажом и площадью кухни будущей квартиры. Дмитрий был удивлен, что сотрудники считали Ивана Петровича человеком жестким и не церемонившимся с персоналом. Да он же, как отец родной! Коньяк расслабил Дмитрия, тот стал держаться увереннее и на вопросы отвечал все более охотно. Беседа лилась рекой… И коньяк тоже…Собеседники были абсолютно довольны друг другом) Иван Петрович уже было собирался пригласить Дмитрия к себе домой и познакомить с семьей, рассказывал о стране, в которой он собирался получить гражданство… Дмитрий млел и от коньяка, и от невероятной обходительности своего нового друга)

А в это время к нам приехал очень важный человек, который, как и большинство важных людей, опоздал буквально на час) Я позвонила Ивану Петровичу и сказала, что очень важная персона приехала.

— А это тогда кто? , — от неожиданности не справившись с собой, ошарашенно спросил Иван Петрович.

— А это наш новый сотрудник Дмитрий! – радостно ответила я, уже понимая, что произошло, и предоставив Ивану Петровичу возможность самому выкручиваться из ситуации.

Иван Петрович, быстро скомкав разговор, сказав что у него важная встреча и они продолжат позже, быстро выпроводил Дмитрия, и злобно зыркнув на нас, провел теперь уже точно дорогого гостя в кабинет) А я побежала за второй бутылкой) Потом он пытался наехать на нас, что мы его не предупредили, но мы напомнили, что он сам пригласил Дмитрия в кабинет, а влезать со своим мнением в планы руководителя мы не уполномочены.

Когда Дмитрий рассказал нам, что происходило в кабинете и как он уже почти поверил, что Иван Петрович поможет ему с покупкой квартиры, мы все смеялись до слез, а Дмитрий особенно (хотя его слезы все же отдавали печалью)

Иван Петрович сторонился Дмитрия до следующего отъезда, да и сам Дмитрий предпочитал не появляться у нас в приемной, пока тот был в офисе) А потом и вовсе перестал приходить. Возможно, сильно расстроился, что так хорошо начавшаяся дружба прекратилась неожиданно и быстро.

Всем добра)

Тут надо пояснить за Ваську. Васька у нас — местный философ на пенсии. Ест мало, больше пьёт, но соображает быстро. Плита у него работала нормально, а гибкий шланг стоял обычный, заводской, просто на 10 см коротковат по их новым нормам. Газовики нарисовали ему конский ценник за замену шланга и повторный пуск. Васька смету посмотрел, в уме перемножил на количество имеющихся у него бытовых радостей и сказал: "А идите-ка вы, дяди, в сад". Официально оформил полный отказ от газа, акт под роспись получил. Степаныч тогда гордо заявлял: "Ну вот, всё строго по правилам!".

Но Васька оказался хитрее. На следующий же день он принёс из гаража мешок из-под картошки с подозрительно округлыми контурами. А ещё через день из его окна пахнуло тушёной картошкой.

Степаныч, прознав про мешок, тут же побежал писать жалобы. И получил из инспекций безупречный ответ: "Согласно реестру, квартира № 10 от системы газоснабжения отключена. Нарушений не выявлено. Основания для досмотра жилого помещения отсутствуют (ст. 25 Конституции РФ)".

Степаныч прибежал к Ваське ругаться, а тот ему через цепочку с ухмылкой: — А ты докажи, Степаныч! В мешке у меня картошка. В квартиру не пущу — закон защищает. А если не доказано — значит, ничего и нет! Ты же сам за закон топил? Вот и соблюдай!

И вот стоит Степаныч у подъезда, искренне сокрушается: — Нет, ну вы представляете?! Он же с этим баллоном весь подъезд на воздух пустит! И сделать ничего нельзя — по закону он чист, а морду ему не набьёшь, он здоровее...

— Да, Степаныч, — вздыхаю я.

— Зато взлетим строго по закону.

Степаныч аж руками развёл: — Да ты вообще кто такой, чтобы регламент критиковать? Ты что, газовик? Они — профи! Вот в соседних подъездах они утечки на стояках нашли и вообще весь газ перекрыли! Спасли нас!

— Я не газовик, — говорю.

— Я математик. И у меня для тебя есть простая задача на вероятность.

Степаныч насупился, но замолчал.

— Смотри. В нашем доме шесть подъездов. Проверка проходит строго в рабочий четверг в 11:00 утра. В трёх подъездах половина жильцов была на работе. И — о чудо! — именно в этих трёх подъездах инспекторы моментально "нашли утечку на стояке" и вырубили газ целым подъездам.

— Ну и что? — поддакивает Степаныч.

— Нашли же! Вдруг она там три месяца фонила?

— Вот именно, Степаныч! Если утечка реально фонила три месяца, то там капитальный ремонт всей системы надо делать? Это вариант первый. Вариант второй — чисто психологический фокус. Когда жильцам просто говорят: "Ваш шланг на 10 см короче, заплатите десять тысяч", жильцы возмущаются. А вот когда весь подъезд трое суток сидит без газа и горячей воды, жутко паникует и не знает, как еду сварить — о чудо! Приходит мастер, находит у бабушки "индивидуальную проблему", завышает ценник на ремонт втрое... И бабушка счастливо отдаёт эти деньги, радуясь, что ей вообще вернули газ! На фоне этой рукотворной жути конский ценник кажется уже не проблемой, а спасением.

Степаныч хлопнул глазами.

— И вариант третий, — добавил я, — как в той загадке про трёх черепашек, когда первая говорит "впереди пустыня, сзади две черепашки", вторая говорит то же самое, а третья: "впереди две черепашки, сзади пустыня... одна черепашка явно врёт".

Степаныч завис на пару секунд, переваривая про черепашку.

— И к чему ты это? — буркнул он.

— А к тому, что в итоге мы имеем выверенный по бумажкам расклад. Половина дома сидит без газа и мечтает отдать любые деньги за завышенный ремонт, лишь бы включили обратно. А Васька мало того, что сэкономил, так ещё и ходит по двору да подначивает соседей: "Я теперь, говорит, электроплитку включил и жгу электричество 24/7 по общедомовому нормативу без счётчика — всё равно вы за меня по ОДН заплатите!".

— Ах он гад! — взвился Степаныч.

— Да врёт он, конечно, про электричество — экономит, — усмехнулся я.

— На баллоне он греет. Но подначивает тебя знатно. Потому что зайти к нему с проверкой нельзя — по закону он не абонент. А не доказано — значит, не было!

Степаныч постоял, посмотрел на окна Васьки, потом на меня, ничего не ответил и молча пошёл домой. Наверное, читать Конституцию. Или считать черепашек.