А со мной нечто подобное произошло лет за десять до того, как я этот анекдот услышал. Был в нашей школе учитель физики Николай Иванович (имя вымышленное – не донос ведь пишу, а байку рассказываю). И можно было от него за плохое поведение получить по шее, или по другому месту, если под руку попадет. Про мазохистов мы тогда не слыхали, а потому на его уроке сидели тихо. Бить учеников, конечно же, нехорошо, но я думаю, что каждому учителю иногда хочется, а Николай Иванович себе позволял.

Дисциплина у него на уроке была, а вот знание физики у учеников ну как-то не очень. Грубо говоря, из всего класса более или менее прилично физику знал только я. Это не хвастовство, а факт, имеющий отношение к дальнейшему рассказу.

К доске был вызван мой друг. Я не помню какую тему мы тогда проходили и не помню какой вопрос ему был задан. А вот правильный ответ был "одинаково" (одно и тоже). Друг не знает — значит надо подсказывать. Ну, я и подсказал "одноху…ственно". Почему в такой форме не знаю, то ли полагал, что так учитель не услышит, то ли само вырвалось. Но Николай Иванович услышал и в недоумении уставился на меня. Звук шел из моего угла, а там ответ знать мог только я, но "одноху…ственно" со мной никак не вязалось, я ходил в примерных учениках. Понимая, что если его сомнение разрешится не в мою пользу, мне будет больно об этом вспоминать, я с невинным видом уставился на него. После трехминутной игры в переглядки Николай Иванович оставил меня в покое, видимо решив, что "музыка навеяла".

Где-то через год я была в торговом центре, сквозь толпу меня схватила за руку какая-то женщина и начала ошарашенно расспрашивать, куда же я пропала, почему не связалась с ними, говорила, что я очень выросла, и конечно же, добавляла имя Оксана. Я сказала, что она обозналась, и та, подозрительно посмотрев на меня, извинилась и ушла.

Еще почти через год мы с подругой гуляли в парке, присели на лавочку, как вдруг к нам подошла женщина в возрасте, на вид очень симпатичная, ухоженная и адекватная. Она вежливо поздоровалась и, удивлённо посмотрев прямо мне в глаза, спросила моё имя. Я назвала своё имя, и она, будучи словно в каком-то замешательстве, сказала: "Спасибо", — и быстро ушла.

Моё любопытство достигло пика, и я, не выдержав, догнала её и стала расспрашивать, зачем ей знать моё имя, и не подумала ли она, что я Оксана. В этот момент она вся побледнела, у неё затряслись руки и губы. Мне стало как-то жутковато, и я быстро начала ей рассказывать, что меня постоянно путают с какой-то Оксаной. Мне интересно, кто эта девушка, и неужели я так сильно на неё похожа. После моих слов она будто вздохнула с облегчением и, натянув улыбку, сказала дрожащим голосом, что просто обозналась, очень спешит на работу, и ей нужно идти.

Меня это не на шутку зацепило, ведь когда я назвала ей то имя, она оцепенела, у неё в глазах застыл настоящий ужас. Тогда я довольно резко схватила её за руку и попросила объяснить мне, в чём дело. Она стала вырываться и просить оставить её в покое. Через секунду у неё началась истерика: она начала рыдать и кричать, что есть силы, что я дьявол, что моё место в могиле, зачем я притворяюсь другим человеком, зачем преследую её во снах и наяву, стала молиться и креститься, смотря на меня как на что-то ужасное. Стали останавливаться люди, случайный прохожий начал её успокаивать, но та тихо шептала, глядя мне прямо в глаза, что мёртвым место среди мёртвых. До сих пор жутко.