Старые моряки, выливающие за борт масло в шторм, — не суеверие, а работающая физика, из которой заодно вылезло, кажется, первое в истории измерение размера молекулы.

В 1757-м Бенджамин Франклин заметил в море, что за парой судов вода странно гладкая, — оказалось, коки только что вылили жирную воду от посуды. Он вцепился в эту деталь и в 1773-м устроил опыт на пруду в Клэпхэме под Лондоном: чайная ложка масла с наветренного берега — и рябь исчезла с площади размером чуть ли не в пол-акра, вода стала как стекло. Отчёт он опубликовал в Philosophical Transactions в 1774 под названием про "усмирение волн маслом".

Механика вот такая. Ветер раскачивает крупные волны не напрямую, а сначала цепляется за мелкую рябь — капиллярные волны сантиметрового масштаба; они же делают гребни крутыми и заставляют их обрушиваться. Масло растекается по поверхности плёнкой толщиной в одну молекулу, и такая плёнка сопротивляется растяжению и сжатию поверхности (эффект Марангони), гася именно эту мелочь. Крупную зыбь она не отменяет, но гребни перестают ломаться — а корабль в штормовом море убивает не длинная волна, а обрушивающийся гребень. Отсюда "штормовое масло" и мешки с ним, которые вешали за борт: во многих руководствах по морской практике это была официальная рекомендация вплоть до XX века. В прибое на мели, к слову, бесполезно.

Дальше — красота. Франклин не знал, зачем ему это, но он поделил объём масла на площадь пятна — и получил толщину плёнки. Спустя век на этой же арифметике Рэлей и Агнес Пёккельс (она начинала с корытом на собственной кухне) получили величину порядка двух нанометров, то есть буквально размер молекулы.

А сегодня это работает наоборот: радарные спутники ищут разливы нефти как раз по темным пятнам — плёнка гасит ту самую сантиметровую рябь, от которой отражается радар, и гладкая вода на снимке выглядит чёрной

Дело было давно. Когда я еще была маленькая, школьница. У нас в семье все обязанности по дому распределялись. Нам с сестрой часто поручали чистить картошку. И вот чистим ее чистим, потом бежим к маме и спрашиваем, хватит, или нет. Мама деловито заглядывает в кастрюлю и говорит: еще штучки три нужно почистить. И так продолжалось несколько лет. Мы росли, но все время "трех штучек" не хватало. То ли мы не угадывали количество, то ли росли и ели в связи с этим больше.:-) Однажды мы начистили очередную порцию картошки, отобрали из кастрюли три штучки и побежали показывать кастрюлю маме. Мама, как водится, говорит: еще штучки три нужно. Мы с сестрой из-за спины достаем три картофелины, кидаем их в кастрюлю и готово. У мамы было непередаваемое выражение лица. Она расхохоталась. Даже теперь, спустя много-много лет, она вспоминает "штучки три".

PS С тех пор, количество картошки, маму всегда устраивало.:-)

Начальник на моей первой работе отличался харизмой и каким-то невероятным умением убеждать. Я тогда только-только выпустилась из института и начальника слушала, разинув рот. Как всегда бывает в маленьких говно-компаниях, коллектив мы именовали "семьёй", чисто по-человечески и из интереса перерабатывали и чуть ли не присягали на верность.

Однажды босс вызвал меня, предложил открыть ИП и через договор услуг выводить деньги, мол, никаких рисков, всё законно, а мне будет падать премия каждый месяц. Папа-юрист постучал моей головой о стол, когда я, будучи очень радостной, дома делилась новостью, и объяснил, что это простая обналичка, и у меня есть риск реально "присесть". От предложения я отказалась, отношение начальника ко мне изменилось.

С работы я ушла и только спустя лет пять случайно узнала, что бывший коллега, который согласился на авантюру, в полной финансовой яме, продал всё имущество и сейчас под подпиской о невыезде. Этот коллега был двоюродным братом начальника. До сих пор благодарю папу, что спас меня от такой ошибки.

Адабашьяну — 80 лет. Личность. Плюс литератор. Плюс режиссёр.

"... Что до актуального кино, то мы его видим на платформах. Режиссер, называющий себя Колей, Васей или Мишей, снимает детектив. Главная героиня — гламурная сыщица-блондинка — живет в двухэтажной квартире, ездит на очень дорогой машине и носит на работу вечернее. Ей пишут, чтобы она "срочна прибыла". Она едет расследовать дело в другой роскошный дом, и там на зеркальном полу в красивой позе лежит другая гламурная блондинка в вечернем и в луже крови... Вскоре находится гламурный убийца. А вот жизнь гламурной сыщицы: у нее прекрасный муж, но с ним сложные отношения, и красавица-дочь, но в сложном возрасте...

Это не мое старческое брюзжание, это веяние времени, которое пришло оттого, что в творческих вузах обучение стало платным, поэтому в режиссеры идут не те, кто талантлив, а те, у кого есть обеспеченные родители".

Весьма точно.

Тут ВЦИОМ заявил, что россияне, которые смотрят телевизор, более жизнерадостны, чем те, кто читает новости в интернете.

Среди любителей ТВ счастливыми себя считают 40%, среди интернет-пользователей — только 23%.

Тревожность испытывают 15% телезрителей и 32% тех, кто сидит в сети.

С чего тревожиться? Все ж за[ши]бись. Логично. В телевизоре одни победы, а в интернете безнадёга.

Особенно счастье бьёт от передач Рудольфовича.