Еще о детских экспериментах.

Были мы тогда юными химиками, причем очень высокой квалификации. Дипломы с олимпиад разного уровня (включая международную) сыпались на нас, как из ведра. Но како -же юный химик не хочет что-нибудь взорвать? В общем-то, мы этим особо не интересовались; действительно, были любимой наукой загружены по самое никуда.

для настроения

* Гуляю с пятилетним сыном в парке. На каруселях возле нас суетится другой карапуз, видимо, постарше, так как бабушка, его выгуливающая, постоянно восклицает:

— Эдик, поаккуратней! Эдик, не задень мальчика, он еще маленький!

И дальше в том же духе...

Уходя из парка, сын тихо спрашивает:

— Мама,

Дело было прошлым летом. В субботу, рано утром, часов этак в 9, мы с друзьями выехали из Москвы чтобы присоединится к уже тусующимся с пятницы на даче студентам-одногруппникам. Когда до пункта назначения оставалось минут десять езды, получаем звонок с просьбой купить чего-нибудь к шашлыкам, ну, например, красного вина. А надо сказать, что дача была в какой-то уж очень деревенской местности с одним единственным магазином типа сельпо. Останавливаемся, заходим в магазин. За прилавкам огромная сельская бабища со следами серьезного отдыха на лице, за ней — огромная полка с батарей всевозможных бутылок спиртных напитков, надо сказать, были и дорогие. В магазине с утра пораньше уже тусуются пара местных аборигенов с красными носами. Между нами и продавщицей происходит приблизительно такой диалог:

МЫ: Доброе утро, скажите, у вас Божоле есть?

На что тетка отвечает, даже не оборачиваясь к полке: Божоле? А Божоле уже... РАЗОБРАЛИ!!!

В детстве в наше садовое товарищество по средам приезжала машина с молоком. Она приезжала к десяти, но в девять все уже были на маленькой площади со сторожкой, занимали очередь, болтали, делились новостями. Тогда это был огромный дефецит, давали всего один литр в одни руки. Поэтому меня брали всегда с собой, хотя мне было года четыре, у меня тоже был свой бидон, и я, важная такая, ходила и ждала вместе со всеми, когда же будет молоко. Иногда соседский дедушка, который меня очень любил, покупал мне жвачки по рублю в стоящей рядом палатке. Когда в наши ворота заезжал молоковоз, все сразу радовались, строились в очередь. Я помню этот прекрасный запах свежего молока. Как молочница наматывала на кран свежую марлю, чтобы его процедить. Набрав молока, мы ждали наших соседей и медленно шли домой, болтая о пустяках. И я знала, что сегодня и завтра будет моя любимая геркулесовая каша на молоке, а, может, и целый стакан просто, чтобы попить и насладиться вкусом.