Жизнь немецкого фермера Фридриха Штаанбаума вначале не предвещала никаких чудес. Получив в 1923м году в наследство от отца участок земли в размере 4х гектаров, Фридрих продолжил его возделывать, как делал это всю жизнь до этого. К 1925му году удачно женился и пошли детишки...
Приход в 33м году Гитлера к власти не сильно сказался на укладе жизни "истинного арийца" и его детей. Он все так же трудолюбиво возделывал свой участок и вероятно занимался бы этим всю жизнь. Война внесла свои коррективы в размеренную сельскую жизнь. Двое старших сыновей Фридриха ушли на фронт. Один погиб в 40м при английской бомбежке, второй — в 42м под Москвой.
Оставшиеся 3 ребенка подрастали и обещали стать хорошими помощниками отцу по хозяйству. Отгремела и закончилась война, в 4х км от земель Фридриха пролегла граница между ГДР и ФРГ. Фридрих оказался на территории ФРГ и был этому рад.
И тут выяснилось, что за землей Фридриха на территорию ФРГ также попала деревушка Варта, оказавшаяся на самой границе. А единственная дорога из Варты в Айзенах пролегала через реку Верра и через территорию новообразованной ГДР. Мост был разрушен во время войны и деревушка оказалась фактически отрезана от остальной страны. Восстанавливать дорогу в другое, теперь уже, государство никто не хотел. Между деревушкой и остальной частью ФРГ лежали земли Фридриха и непроходимое болото в пойме реки.
К Фридриху пришел мэр местной общины с предложением выкупить часть земли на постройку дороги к затерянной деревушке. Фридрих прикинул: время было напряженное, в 4х км, на том берегу реки стояли советские войска. Продать землю — означало продать средства к существованию, а сможет ли он уберечь полученные деньги в случае нового конфликта — уверенности не было. И Фридрих совершил неслыханную по меркам Германии вещь: отказал Родине когда она обратилась к нему за помощью. Примерно полгода прошло в уговорах мэром. На носу были местные перевыборы и мэру очень хотелось построить дорогу, получив таким образом голоса деревушки. Через полгода к Фридриху пришел судебный пристав и пригласил его на судебное заседание по вопросу принудительной продажи части его земли в пользу государства в связи с государственной необходимостью. На суд съехалась вся деревушка Варта и половина всей общины. Фридриху пришлось выслушать немало "лестных" слов в свой адрес, пока до него дошло слово. Фридрих был немногословен. Он лишь достал кодекс законов третьего рейха от 35го года...
НСДАП была прежде всего социалистической партией и о трудящихся до войны заботилась. В кодексе черным по белому было написано, что фермерское хозяйство имеет право на гарантированное владение землей из расчета 0.75 гектара на человека. На дворе был 1950й год, в ходе послевоенных реформ законы менялись не спеша и до этого закона очередь ещё не дошла. Семья Фридриха насчитывала 5 человек: 3х детей и Фридриха с женой. Таким образом Фридрих гарантированно владел 3.75 гектара из 4х. После этого Фридрих продемонстрировал постановление фюрера от 1944 года, в котором говорилось об изъятии сельскохозяйственных земель на нужды фронта. Исключение составляли лишь семьи, потерявшие 2х и более членов на фронтах родины. Казалось бы: не тот случай. Однако постановление было написано в духе военного времени и содержало формулировку "пожизненно". Само собой, после войны постановление фюрера никому не пришло в голову отменить.
Судья провел в совещательной комнате 4 часа. Решение его было однозначным: земли Фридриха не подлежали принудительной продаже. С Фридрихом поссорилась вся община. От него отвернулись друзья, с ним перестали здороваться, жители отрезанной деревушки Варта при встрече с ним демонстративно отворачивались и поворачивали с другую сторону.
Ещё через полгода Фридрих пришел к мэру сам. Предложение его было простым: продавать свою землю он не хотел, но предложил сдать её общине в аренду. Особого выхода у мэра не было и договор аренды земли на 100 лет был подписан.
Дорога была построена, деревушка получила связь с остальной страной, мэр был переизбран. Понемногу о ссоре с Фридрихом забыли и жизнь его пошла как и прежде.
Сегодня Фридрих Штаанбаум покоится в могиле на семейном кладбище, а дети его являются самыми богатыми землевладельцами Германии. На их счетах находится порядка 125 миллионов евро. Кто в 1950м году мог знать, что арендованная по контракту на 100 лет земля за 50 лет вырастет в цене в 500 раз. Ежегодно государство выплачивает наследникам Фридриха порядка 2х миллионов евро за аренду земли под дорогой. Как говорят сами наследники, самое большое счастье в жизни — жить в стране, где всегда соблюдаются законы.
| 29 Jul 2013 |   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Раз в году, сисадмин Андрей отрывался от своего прокуренного монитора и выходил на улицу к людям, чтобы для начала вытащить пачку денег из банкомата с простеньким дисплеем и слабенькой операционкой.
Следующим пунктом Андрюхиного квеста было турагенство.
Там в обмен на деньги ему давали путевку, а уже путевка менялась
Сегодня по дороге из школы, мой третьеклассник Юра рассказал простенькую историйку, которой я безмерно горжусь и с большим удовольствием осознаю, что он лучше меня.
Просто лучше и все.
Мне в его годы было бы слабо так поступить. Даже в голову бы не пришло, что так можно поступить…
Как известно – дети (от
После успеха в 1983 году картины "Мы из джаза" Карен Шахназаров спустя два года решил вновь взяться за музыкальный фильм-драму "Зимний вечер в Гаграх". И на одну из главных ролей пригласил Александра Панкратова-Черного.
Ему предстояло сыграть молодого человека из Воркуты, желающего научиться танцевать чечётку. Александр усердно весь день на съемочной площадке выделывал чечёточные па. За ним наблюдала пожилая одесситка.
Наконец женщина не выдержала и подошла к актёру.
— И сколько ж вам за это кидают денег? — спросила колоритная бабушка.
— А, ерунда! 27 копеек! — отшутился Панкратов-Черный.
На следующий день на площадку потянулись одесситы, на полном серьёзе протягивающие актеру "трёшки". Оказывается, старушка накануне подговорила своих знакомых, чтобы они пожалели артиста.
Александр устал всем говорить, что это была шутка, и отказываться от денег.
Где-то десяток лет назад велели мне доктора срочно ложиться в госпиталь и делать довольно неприятную операцию. Прогноз не самый лучший, настроение хуже некуда. Но надо так надо.
Приехал в назначенный день, и пошел процедуру приема. И вот комната для переодевания. А там обстановка такая, что напоминает прием в гулаговский концлагерь. Не хватает только чтоб из шланга облили ледяной водой. Настроение вообще зашкаливает вниз: — "а что, прожил жизнь, может уже и пора сворачиваться… Ну хотелось бы как-то иначе, не так как в мясокомбинате…"
И тут включается какая-то внутренняя реле: — "а вот шиш вам, не дамся без боя, сам буду решать". Так все и пошло. Лег, пришел консилиум, и мудрые профессора решили, что рано молодого человека резать пока все лекарства не испробованы. И, о чудо, лекарства подействовали, операцию отменили.
А мораль сей сказки такова, что жуткие условия иногда могут стать хорошим мотивационным пенделем. Хотя лучше не надо.
ПС. Узнал, что в том госпитале сделан отличный ремонт и задачка сделать выбор (пришел умирать или жить? ) уже не доступна.
Берегите себя.