слиянии рек Вильняле и Нярис. В те времена в Нярисе можно было ловить рыбу. Река была абсолютно чиста.

Циркачи жили по походному, в своих вагончиках. Только администатор цирка и Никулин с Шуйдиным жили в отдельных номерах в гостинице Няринга.

Питались они в знаменитом джазовом кафе "Няринга" при гостинице. Там тогда играло трио Вячеслава Ганелина. Да и любой желающий, придя со своим инструментом, тоже мог сыграть. Я и трое моих друзей, создав блюз-ансамбль, часто приходили в кафе поиграть.

Там я и познакомился с Никулиным и Шуйдиным в 1966 году. Им понравился наш ансамбль.

Они познакомили меня с администратором цирка и тот предложил мне набрать оркестр на месяц работы в цирк. Я согласился. Дирижер приехал с цирком, привез ноты. Пару дней репетиций и оркестр готов к работе. Поскольку все профессионалы, проблем с качеством исполнения не было. Впоследствии, каждый администратор цирка шапито, приезжая в Вильнюс, звонил мне или, если я был на гастролях, моему отцу и мы собирали им оркестр и, если позволяла основная работа, сами играли в цирковом оркестре.

Так было и в этот раз. Цирк приехал, начались концерты. Обычная работа. Всем привычная, монотонная и довольно утомительная. По два концерта в день. В субботу и воскресенье по три.

Конечно же артисты, музыканты и все работники цирка уставали.

Никулин был душой коллектива и уважаемым человеком. Он очень тонко чувствовал наступление критического момента, когда усталость выливалась наружу раздражениями, ссорами среди артистов. Даже звери плохо подчинялись своим дрессировщикам.

И тогда Никулин придумывал какой-нибудь розыгрыш. Это был целый спектакль, в который вовлекалась вся труппа. И люди забывали о проблемах и тяготах гастрольных поездок.

В кафе "Неринга" обедали начальство цирка, Шуйдин и Никулин. Иногда забегали и другие артисты, особенно после вечернего представления. Послушать музыку, потанцевать, поужинать.

Однажды утром Никулин зашел в номер к Шуйдину и стал хвалить литовскую кухню и обслуживание.

Вчера вечером, говорит Никулин Шуйдину, ты не пошел ужинать в кафе, а там была объявлена рекламная акция – бесплатно давали на ужин сосиски, но только не менее 20 штук и только для артистов нашего цирка. Зная привычку своего друга устраивать розыгрыши, Шуйдин скептически усмехнулся и сказал.

— У меня бутылка портвейна и бычки в томате с плавленым сырком "Дружба".

А твои хохмы я знаю наизусть, придумай что-нибудь пооригинальнее.

— Мне нечего придумывать. Спустись вниз и увидишь объявление о рекламной акции, — сказал

Никулин.

Спустившись в кафе, Шуйдин увидал объявление:

"Уважаемые артисты цирка!

Администрация кафе приветствует вас и предлагает к вашему ассортименту питания в нашей гостиницы бесплатно дополнительно 20 сосисек!

Хорошего вам аппетита! "

Все еще не доверяя даже этому объявлению, Шуйдин уселся за стол. Взяв у подошедшей официантки меню, он, как бы невзначай спросил:

— А что, вон тому объявлению можно верить?

— Да, конечно, если у вас есть удостоверение артиста цирка.

— Вот оно, — показал удостоверение Шуйдин.

— Что будете заказывать?

— Хлеб, горчица и сосиски. 20 штук.

Официантка принесла Шуйдину 2 кусочка хлеба, баночка с горчицей стояла на столе и 20 штук сосисок. Шуйдин, все еще сомневаясь в душе, давясь съел 10 сосисок, остальные незаметно завернул в салфетку и спрятал в карман.

Подошедшая официантка принесла счет: 2 кусочка хлеба = 2 коп. , чашка кофе 25 копеек (без сахара). Итого: 27 коп.. Шуйдин, который был довольно скуповат, дал 30 коп, дождался сдачи 3 копеек и поехал в цирк.

В цирке он сказал Никулину:

— Действительно, ты не соврал. Я даже 10 штук припрятал. Съем в перерыве между концертами.

— Вот видишь, а ты мне не верил, — усмехнулся Никулин, — Надо объявить артистам, которые живут в цирке, о бесплатных сосисках.

— Не надо, — заволновался Шуйдин, — Сосисок может не хватить на всех.

— Ладно, — задумчиво промолвил Никулин. – Об этом я не подумал.

Две недели Шуйдин занимал в кафе столик в самом дальнем углу зала и заказывал по 20 сосисок на завтрак, на обед, на ужин. И никто с него деньги за сосиски не требовал. Конечно, съесть 20 сосисок за один присест он не мог, не съеденные он заворачивал в салфетки и уносил в цирк.

Там он угощал сосисками цирковых животных и кассирш, требуя с них в уплату ряд мелких услуг.

Самое интересное, что, обжираясь сосисками, Шуйдин сделался ленивым, как перекормленный удав, поправился, порозовел лицом и ни разу за две недели не напился! После обильных закусонов из сосисок, ему было лень выйти в город и взять хотя бы пиво. Наедаясь бесплатными сосисками до отвала, он уже испытывал отвращение к ним, но страсть к неожиданной халяве и мечта о съэкономленных суточных, вновь и вновь, влекла его каждый раз в кафе. Он уже начал подумывать о переезде в Литву. Правда, ему было неудобно спросить директора кафе, будут ли бесплатны сосиски, если он переедет жить в Вильнюс.

Обильная еда внесла поправки в его образ жизни на гастролях. Раньше он, экономя суточные, покупал несколько бутылок самого дешевого вина, буханку хлеба и консервы. Питался всухомятку запивая консервы вином. Часто к вечернему концерту он уже был под шофе. Зато экономились суточные.

А тут такая халява. Тратя в день меньше рубля, Шуйдин наслаждался жизнью.

И вот последний концерт. На этот концерт по контрамаркам пришел весь коллектив кафе.

Вечером, во время концерта кафе было закрыто. Концерт прошел как всегда отлично.

Публика падала от смеха, когда на арену выходили великолепные артисты В. Никулин и В. Шуйдин.

После концерта, за кулисами появился директор кафе "Няринга" и пригласил артистов провести последнюю ночь в его кафе.

В кафе артистов ожидал богато сервированный стол и, когда все уселись, директор кафе, подняв рюмку с литовской водкой "Паланга", произнес тост за здоровье всех присутствующих.

Посыпались тосты, поздравления. Все выпили и налегли на литовские кушанья.

Шуйдин с радостью приложился к прекрасному напитку, вкус которого он стал уже забывать.

Слава Богу, подумал он. Наконец-то я отдохну от этих сосисок. Кроме того, мечта о съэкономленных суточных грела ему душу.

Но тут снова поднялся директор кафе и сказал:

— Я хочу поднять тост за здоровье прекрасного артиста Василия Шуйдина и поблагодарить его за спасение бюджета нашего кафе. Нам поставили 1000 штук сосисок, которые у нас не пользуются спросом. Если бы не товарищ Никулин и администрация цирка, мы бы понесли убыток из-за невостребованных посетителями 900 штук сосисок. Поскольку, как сказали товарищи Василия Шуйдина, его любимым блюдом были сосиски, мы были рады продать их цирку по минимальной цене, что позволило нам каждый день по требованию артиста, угощать его любимым блюдом. Спасибо вам, дорогой товарищ Шуйдин! Вы установили рекорд, съев за 14 дней 840 сосисок. Остаток сосисок 60 штук, будет вам преподнесен завтра перед отъездом.

Под утро, Шуйдин незаметно сдал номер и убежал к месту, где дислоцировались вагончики цирка, не взяв последние 60 штук сосисок.

P. S. В Москве его тоже ожидал сюрприз. За сосиски, съеденные им в кафе, администрация цирка расплатилась суточными Шуйдина. Никакие скандалы, жалобы и проклятия не помогли. Суточные ушли в сосиски. Зато за эти две недели никто не видел Шуйдина выпившим.

И весь этот "цирк" устроила администрация цирка по подсказке Никулина.