Было это в давнею пору, когда распивать алкогольные напитки в общественных местах было категорически запрещено. В году эдак 1971-72. Решили мы с приятелем – Фонарем деликатно распить бутылочку хорошего токайского в хорошем по тем временам баре – на втором этаже кинотеатра "Октябрь" на Калининском. Сначала мы попытались простенько под столом открыть бутылку, разлить по стаканчикам из-под "Шампань коблера" и кайфовать, но ни тут-то было – если кто помнит – у той бутылки длинное горлышко и настоящая пробковая пробка. Мы сломали две "люминивые" вилки и три ложки, погнули ключи и ничего не добились. Как вы понимаете все это происходило под столом в обстановке строжайшей секретности.
Наконец было принято решение идти в туалет и там каким-то образом вынуть чертову пробку. Мы трудились в кабинке минут 20, кряхтели, ругались и пыхтели, а когда открыли, то выпили все немедля. Мы вышли усталые и довольные, раскрасневшиеся и наши лица явно выражали недавно испытанное удовольствие.
Нас встречал швейцар с гневным выражением лица – "Вы п$$арасы! Чтоб я вас здесь больше не видел". А нам и в голову не пришло, что могут подумать люди увидев двух довольных мужиков выходящих из туалетной кабинке.
* * *
Честно признаюсь, история не моя, прочла я ее когда-то в журнале автомобильной тематики. Может быть, "За рулем", хотя точно не помню. Проводился конкурс на тему: "Невыдуманные истории на дороге", и прислал ее автоинспектор. От его лица приведу в том виде, в каком запомнила.
"Стою я как-то раз на посту, а другой пост по рации сообщает: "По трассе
следует "Москвич", буксирующий груженый "КАМАЗ" с прицепом". Ну, думаю, на том посту кто-то сильно пьян или накурился чего неподобающего: габариты-то "Москвича" и "КАМАЗа" все себе представляют? Через некоторое время другой пост, поближе, сообщает: "Наблюдаю "Москвич", буксирующий груженый "КАМАЗ"". Потом — следующий пост выдает такое же сообщение... Движется в нашу сторону... Показался! Едет "Москвич", тянет за собой груженый "КАМАЗ"... А давай тормознем его! Ну, и тормознули. Из древнего-древнего "Москвича" выходит древний-древний дедушка и просит: "Сынки, вы уж дайте доехать, совсем немного осталось".
Оказалось, дед этот живет в деревне, был в городе по каким-то необходимым делам, а когда пришла пора возвращаться назад, обнаружил, что у его ветхого драндулета напрочь отказали тормоза. Ехать нельзя никак. Дед понял, что конкретно "попал": в городе чинить "Москвичонок" в автосервисе никаких денег не хватит, он весь стоит-то дешевле ремонта. В родной деревне на МТС, конечно, знакомый механик ему за бутылку все наладит, но до деревни еще надо доехать, а на то, чтобы вызвать эвакуатор, у старика, опять же, денег нет.
А у деда сын — дальнобойщик на "КАМАЗе", и как раз ему надо ехать с грузом примерно в ту же сторону. Он и говорит: "Нет проблем, батя, я сделаю небольшой крюк и дотащу тебя прямо до дома. Только я тебя из-за прицепа сзади не увижу. Давай я тебя прицеплю спереди: мотор-то у твоей таратайки в порядке, только тормоз не работает. Ты газуй изо всех сил, а я поработаю якорем".
Так они и едут: дед газует, а "КАМАЗ" движется по дороге с постоянной скоростью и его притормаживает. Трос натянут. А со стороны кажется, что это "Москвичонок" тянет на буксире груженый "КАМАЗ"".
* * *
Эту историю поведали мне врачи отделения спецтравмы, люди специфического юмора. Для непосвященных — клиенты спецтравмы подбираются, как правило, милицейскими патрулями в состоянии полной невменяемости и с явными признаками физических повреждений.
Начало этой истории завязалось в одном из курсантских общежитий. Никто уж и не
помнит, что за праздник отмечался компанией будущих военных и их подруг, только под утро укушаны все были изрядно. И вот одна совершенно невменяемая леди умудрилась расколотить фаянсовую раковину, по-взрослому распоров себе осколками бедро. Картина следующая — девушка почти истекает кровью, но по-прежнему этого не замечает, а ее кавалеры не в состоянии ей помочь по двум причинам: мало того, что сини до безобразия, но и с ночными посещениями мужского общежития дамским полом строгости у них были неимоверные. Спас положение знакомый одного из ребят: каким-то образом он умудрился проникнуть под утро в общежитие. Проникшись важностью миссии и слезными уговорами пьяных курсантов, он взволакивает на себя синюю гостью, которую, к слову сказать, видел первый раз, и транспортирует ее все в то же отделение спецтравмы.
За дело берутся профессионалы: парень остается в коридоре на страже, а леди укладывается на стол. Естественно, никакой анестезии — в таком состоянии она просто не действует. Врачи рьяно принимаются штопать женскую ногу. Это оказалось последней каплей для дамы — очнувшись от боли, она видит себя окровавленной и в трусах, вскакивает на ноги и вылетает в коридор, где ее встречает с отвисшей челюстью ее спаситель. Девушка визжит и мчится в этих самых трусах по коридору, переходящему в длиннющий подземный переход (спецтравма находилась на полуподвальном этаже), ведущий, в свою очередь... в морг! Офигевшие врачи вылетают из операционной и кричат парню, чтобы он "догонял свою подругу". Парень прытко стартует, но достигает не многого — не маленький ростом, он с разбегу встречается с краником одной из труб, оплетавших подвальный потолок...
Финальная сцена: врачи подхватывают несчастного спасителя и волокут его на стол с рассеченным лбом. До сих пор неизвестно, добежала ли девица до обитателей морга, но, по рассказам врачей, судя по ее воплям на обратном пути — таки да...
* * *
Это было в августе 1966-го года.
Я только что с "серебряной" медалью окончил школу и поступил вне конкурса в тогда самый престижный технический ВУЗ — Смоленский филиал МЭИ (Московский Энергетический Институт). Зачислили меня в группу по специальности "промышленная электроника".
В день 1 сентября на общем собрании первокурсников администрация
филиала объявила, что все "первачки" на следующий день будут отправлены в колхоз/совхоз для "оказания помощи родному сельскому хозяйству".
Бегом отправился в магазин, чтобы закупить съестное: несколько банок мясной тушёнки, сгущённое молоко и непременно не меньше килограмма обычных баранок.
На следующее утро нас автобусом привезли на ж/д вокзал и мы прибыли на станцию Дорогобуж (да, в то время этот районный центр так и назывался, хотя позднее ему вернули его истинное имя: "Сафоново") Там нас поджидала грузовая автомашина, на которой мы благополучно добрались до деревни Батищево. Разместили по крестьянским избам. Я с четырьмя друзьями-одноклассниками попал в одну хату.
На следующий день приступили к работе: надо было стоять на площадке картофелеуборочного комбайна, на котором непрерывно двигалась широкая лента с выкопанными корнеплодами. Вручную перебирали плоды: удаляли испорченные, а также все зелёные "вершки". Порой попадались и камни, которые тоже выбрасывались.
Работали вроде часов пять — сейчас не помню точно. Но изрядно уставали и, приходя к вечеру на постой, принимали "по сто грамм" для профилактики всяческой простуды.
Однажды идём мы с поля домой и вдруг наш друг Валерий Кравченко прямо на поляне нашел целую плантацию каких-то грибов: ни белые, ни подосиновики, ни ещё какие-нибудь. Он нам объяснил, что эти симпатичные грибочки называются "шампиньоны", и что они вполне съедобны, особенно в поджаренном виде да ещё с картошечкой.
Немедленно перебрали собранный на "тихой охоте" урожай и всё это в русскую печь. А наша хозяйка аж побледнела, увидев, что мы собрались приготовить на ужин. Она буквально за причитала:
— Ай я! Ребятки, дорогие, не надо их кушать: их ДАЖЕ коровы не ядут!
После этих слов мы притихли и предложили начать "дегустацию" жаркого автору идеи — Валерию. Он не стесняясь приступил к трапезе, после чего присоединились и остальные.
Вот так нам удалось развеять миф о "несъедобных грибочках".
* * *
Извините, с матом. Достойно анекдотов, но реальная история. Финальная фраза учителя дословно с диктофона, есть у меня привычка конфликтные разговоры записывать.
Локальное школьное собрание: я, сын пятиклассник, учитель труда, завуч, мама "потерпевшего". Причина инцидента — одноклассник острым шурупом уколол моего в задницу. Пашка завопил на всю мастерскую: "[м]ля, с@ка, убью"! Сам этим словечкам научил, но что ещё можно сказать, увидев, как кот залез на стол и выковыривает мясо из твоих пельменей.
Провокатор нажаловался матери, что его сукой обозвали. Да ещё в классе есть пара подстрекателей-"пионэров", доложивших в учительскую, что мой матом ругается.
Очень короткую беседу закончила фраза трудовика, кульминация: "Да дурак он у тебя, если бы мне шуруп в [п]опу вставили, я бы не орал, а [ман]данул бы этого [ч]удака по е@#льнику".
Нет, беседа продолжилась, но уже без сына, трудовика, и мамы провокатора. Замечу, трудовик был трезвый.
Розыгрыши и обломы ещё..
