Холодно тут. Ну не совсем, что бы совсем, но и не так, что бы вот. По крайней мере вода на улице замерзает быстро. А кули б ей при минус то сорока не замерзнуть. Людям тоже зябко, кому сильно а кто уже и согрелся чем мог. Привычные люди ко всему. Торбаса на ноги, тушку в шубу, бошку в шапку мохнатую, нос в воротник и пофиг мороз. А вот животным несколько похуже. На ноги одеть нечего, на голову тем более, шуб отродясь не водилось. Вот только нос есть куда засунуть. Но явно не в воротник. Да и не все на это способны. Вот собаки например, сунут нос под, извините, хвост и греются. А вот ворона так не сможет. Хотя, чисто теоретически наверное сможет, но что ей там клювом то делать? Согреться, не согреется. Только задницу поцарапает.

Так и живут бедные животные во страданиях.

Но вороны ладно, оне могут улететь в теплые края морские, а собаки куда улетят? Вот и приходится четырехлапым искать варианты зимовки. Кто в подъезде, кто под теплотрассой, а кто и на проходной предприятия приживается.

Вот и прижился один такой. То ли Тузик, то ли Махмуд, черт его разберет. Только лохматый, как мысли в понедельник утром, нос-пятак черный, лапы как мои тапочки домашние. Приблудился на проходной автобазы и жил себе там поживал. На водителей погавкивал, да погаживал на углы здания.

Любил периодически выскочить из жаркой проходной и улечься брюхом на железную площадку. Через пару минут холод проникал в ейный пупок и Махмуд рвал когти обратно в домик.

То ли закалялся он так, то ли просто извращенец. Ничего не могу сказать. Собачья психология – не самая моя сильна сторона.

… Навалило снега столько, что сохатые в лесу матерились в голос, трактористы плакали глядя в окна и только разнообразные собаки, веселым баттерфляем пересекали снежные заносы стремясь поскорее добраться до своих мисок.

Махмуд обожал валяться в снегу. И на спине, и на боку, и на животе. Разве только на ушах и на хвосте не крутился, а так извивался лежа на белом поле, как змея в [п]опу раненая. И еще улыбался при этом.

Потом вскочит, согнется в бок, подозрительно так посмотрит под хвост, и бегом на любимую проходную.

Чо у него там было под хвостом? Мож градусник какой стоял по которому он определял время нахождения на морозе? Или инструкция там была написана? Не знаю. Но смотрел он туда внимательно и глубокомысленно, как кандидат наук в свою диссертацию, и главное всегда потом убегал домой. То есть на проходную.

А прибегши на проходную, он злорадно отряхивался, как то странно подергиваясь, будто в конвульсиях, затем ложился калачиком и отчаянно дул себе в зад из обеих ноздрей. Теплогенератор, блин, подхвостный.

Затем все повторялось. Улица — валяние на снегу — конвульсивные подергивания в домике проходной — дутье в зад.

…Но пришло… Даже не знаю, как это назвать… Наверное – осознание ошибочности изменения выбранного пути и устоявшихся привычек.

… Как-то раз, после восьмого или десятого забега в снег и последующего отогревания в домике, Махмуд то ли решил изменить традиции, то ли просто не был знаком с наукой физикой, но это хитрое и весьма пронырливое животное облажалась пекинесам на смех.

Окончательно не просохнув, он вылетел из домика и с довольной мордой плюхнулся на железную площадку, сунул нос себе в тыл и довольно засопел.

... Через десять минут территорию автобазы огласил такой визг, что казалось будто белаз разворачивается в колхозном свинарнике.

Через пять минут:

— Алло, это что у вас там так орет?

— Да это Махмуда Саня отдирает.

— Б%я, не нашли другого места!

—???

В общем снег растаял на Махмуде, но не высох. И мокрый пес, ничего не подозревая улегся на железо. Это в минус сорок то. Ессно, когда захотел встать, то почувствовал, что его кто-то крепко держит за йацы. А так же за живот, лапы и хвост.

Что это за дохренорукое чудовище схватило его, Махмуд не знал, но страшно стало – писец как! И Махмуд закричал. Кричал он громко, протяжно, широко открыв глаза и пытаясь поджать под себя колени. Колени не поджимались.

Махмуд приподнял крик еще на пол тона, ну, что бы гарантированно услышали. Еще через пять минут:

— Сань, мы его так не отдерем.

— А как надо?

— Давай лопатой попробуем?

— Нууу…- Санек с сомнением посмотрел на Махмуда – давай попробуем.

Терез минуту.

Махмуд:

— е[ж]тмоюлохматуюбабушку! Это чо они там тащут? Офигели, что ли? Пля, надо поорать.

Увидев водителя с лопатой, направляющегося к нему, Махмуд что то заволновался, открыл насколько мог широко свой рот, сделал плаксивое лицо и отчаянно закричал.

Зря он кричал, лопата под него все равно не влезла. Хотя когда ее пытались подсунуть под собачий зад, Махмуд как то странно занервничал и выпустил из под хвоста облачко вонючего пара. Типа намекнул – не надо лопатой, пацаны. Это мало того, что я и с той стороны кусаюсь, так я еще и с этой кой-что могу.

Пацаны вняли намекам и лопату убрали.

Потом грели чайник и лили его под живот Махмуду. Махмуд балдел и жмурился от удовольствия. Потом, когда собачье тело отлепили от железа, оно залетело в домик, свернулось калачиком и затаилось. На трое суток.

А привычка валяться в снегу пропала, как бабка отшептала. И площадку железную, он проходит теперь исключительно как балерина — на цыпочках и с максимальной скоростью.

Июль. Берег реки Волги рядом с г. Канаково. Мы с парой друзей взяли палатки и разместились с ночевкой порыбачить. Местность не знали, встали на первой понравившейся полянке с подходящим берегом. Естественно развели костерок, сварили уху, ну а под уху и 100 гр не грех принять.

День будний, середина недели, вокруг ни души. Ночь хоть и короткая,

Один весёлый случай напомнила мне история из "лучших прошлых лет" про весы в фитнесс-центре от 22.07.2005.

Пару лет назад мы ходили на фитнесс в компании коллег. Один из них по имени Эрик вызывал лютую ненависть со стороны персонала/тренеров по причине того, что как-то раз пытался неудачно подкатить к одной из девушек-тренеров. И был

Одна главных задач воспитания ребенка — привитие ему чувства собственного достоинства.

Как бы сильно общество на тебя ни давило: ты должен быть таким же, как все!

Нет, не должен. Чувство собственного достоинства не позволит ребенку смеяться над пошлой шуткой учителя, даже если весь класс подобострастно хихикает. Чувство собственного достоинства не позволит ребенку участвовать в буллинге в школе.

Я человек, а не член стаи. Если не встать на защиту травимого, то сначала хотя бы просто не участвовать. Из этого потом вырастет неучастие в двухминутках ненависти.

Я человек, и я не буду ненавидеть других людей по команде.

Владимир Набоков говорил: "Я придавал высшее значение НЕЖНОСТИ, ТАЛАНТУ и ГОРДОСТИ".

Хорошо. Давайте назовем это гордостью. Будьте гордецами. Не становитесь членами стаи.

Будьте не такими, как все.

Было это в еще не совсем забытое время перебоев с продуктами в магазинах. Там, где я тогда жил, все было по талонам. Форма талонов была такая: лист бумаги, разлинованный на квадратики. Приходишь с ним в магазин, покупаешь, что нужно (то есть то, что есть в магазине), а продавец отрезает нужный квадратик, скажем, сахар за апрель. Это введение. История дальше. Прибегает как-то моя матушка с работы и кричит:

"Санька, дуй в "Южный", там лапшу за все лето дают и очередь небольшая, беги, пока всю не разобрали!".

Делать нечего, иду. Ворчу, естественно. Еще бы, с дивана сорвали, тащусь в магазин по жаре, да еще предвкушаю, как понесу домой треклятые макароны за три месяца на четырех человек по полтора кг! Небольшая очередь оказалась человек в пятьдесят... Стою, стенаю, наблюдаю... Одна продавщица ножницами вжик-вжик, другая пачками рожек бум-бум, третья кассой звяк-звяк... Время идет, вот и моя очередь скоро. И тут без очереди к той что реже! талоны лезет мужик! Очередь онемела от такой наглости, и в этой тишине мужик провозглашает (обращаясь к продавщице):

"Девушка, отрежьте мне яйца и дайте вместо них вермишели." И талон сует.

Что ответила продавщица, я не услышал, больно громко заржала очередь. Да и у меня настроение улучшилось.