В Японии тяжело быть женой главы местной администрации.

Всему виной их геологические особенности.

В Японии часто случаются стихийные бедствия. И жители остаются без своих домов. Приходится жить в уцелевших школьных спортзалах, сборно-щитовых домах и т. д.

Бывает, что и в палаточных городках.

По заведенной традиции, в таких случаях глава местной администрации должен с женой временно переселиться в зону бедствия. И должен выбрать самое худшее место (если стоит выбор между мотелем и палаткой, он должен перебраться в палатку). Туда же должен перебраться необходимый минимум чиновников.

И сидит бедолага японаХоким с женой в палатке. В спальном мешке спят. Жена газовый баллон притащит, лапшу варит. Хоким, сидя верхом на перевернутом ведре, совещания с МЧС проводит. А кругом красота: свежий воздух, океан.

И долго ему на ведре сидеть? До тех пор, пока не будет решен вопрос с последним пострадавшим. Сэнсэй покидает палаточный городок последним.

В Японии вопросы пострадавших решаются очень быстро. И дело не в какой-то японской эффективности. Просто в древности кто-то мудро решил: на место бедствия посылать чиновника обязательно вместе с женой.

Потому что сам чиновник, один, может долго в палатке жить: сакэ притащит, начнет шашлыки жарить, подруг подтянет, рыбалку устроит. Устроит себе отпуск на природе. Оттопырится на славу. Это уж как принято (думается, многие бы не отказались неделю-другую пожить в палатке у океана).

А вот жена не даст такого счастья. Она своего мужа с потрохами съест: надоело в палатке торчать, дети ждут, быстрей заканчивай дела, домой надо. И чиновник, вздыхая, быстро решает вопросы.

Очень мудрый человек жил в древности. Он знал, что посылать одного чиновника — бесполезно. Только с женой. Хорошо знал жизнь и людей.

У нас 10 лет назад умер сын. Он родился с кучей диагнозов, был маленький, слабый, болезный. За три года его жизни мы не вылезали из больниц, очень много горя он принёс в нашу семью. И очень много любви — светлой, чистой, настоящей. Через два месяца после похорон меня уже спрашивали, когда я буду рожать новых детей. Второй раз, мол, повезёт, Бог меня испытал и теперь позволит родиться "нормальному" ребёнку. А я так и не решилась больше.

У меня был ребёнок, я была матерью, я создала жизнь и потеряла её. Больше не хочу, не готова и никогда не буду, а там уж и поздно. И вроде бы в жизни у нас с мужем всё неплохо, любим друг друга, окружены галдящими племянниками и домашними животными, путешествуем по стране, хобби какие-то имеем, есть маленький бизнес, куда вкладываем душу. А родственники всё ноют и ноют: где дети, где детишки, рожайте скорее, вам уже под сраку лет, ну когда, ну давайте... Ругаемся с ними, с мамой я как-то после ссоры несколько месяцев не разговаривала. А они всё продолжают. Достали неимоверно! Хорошо, что они не почувствовали того, что пережили мы, но неужели сложно догадаться, что это, мать их, ТЯЖЕЛО?

Слушайте рассказ о победе добра и справедливости над тупостью и злобой.

Рассказано моей знакомой. Поздний вечер, она стоит на платформе "Текстильщики" и ждет электричку. На платформу заходят четверо ментов. Трое — нормальные супермыши, толстые, с усами, у одного даже автомат. А четвертая — мелкая совсем девка, лет 20-22.

На дворе 1993 год. Бывший сотрудник райкома на пару с бывшей директрисой продовольственного магазина открыли свой собственный магазин в формате"у дома", но несколько большего размера — обслуживал прилегающие дома. Район престижный, контингент несмотря на время вполне платежеспособный. Бывший номенклатурщик отвечал за связи, крышу и поставки

— Разного рода конторки типа банков, магазинов и прочих коллекторских агентств, с которыми периодически приходится иметь дело — обожают слать смски или обзванивать с предложениями — как заставить гадёнышей удалить номер из базы?

— Мне помогло задолбать в ответ. Предлагали всё денег в кредит взять. Ну я как-то психанул и 3 часа им звонил, расспрашивая их мнения о том, что они думают по поводу смерти страбак, кто лучше Ворлон или Тени. Кто убил Дамблдорфа, нет ли у них серийника от винды, а от офиса... В конце я стал по голосам узнавать тёток, и когда они представлялись мне другим именем начал говорить нечто вроде, "о теперь вы Ирина, ну что ж продолжим беседу". В итоге они начали бросать трубку, потом спрашивать нахрена я звоню, и мол что они щас службе собственной безопасности пожалуются, потом сказали что участковому жалобу напишут. Спросили нафига я звоню и порчу им настроение, я объяснил, что нефиг рекламу слать, они попросили номер сказать мол вычеркнут. Я объяснил, что уже вычёркивали два раза, но что-то вот не срастается, и поэтому теперь они номер должны угадать. Как не странно угадали, рекламы больше нет.