В самом начале семидесятых годов матушка моя полюбила поэму Андрея Вознесенского. Ну понятно – и замужней женщине хочется влюбляться заново, но нельзя. Семья потому что. Вот и занимают место в сердце книжки, фильмы и киногерои. Для брака неопасно, а романтические позывы удовлетворены.

"Тетрадь, найденная в Дубне" казалась не слишком обычной для поэта-архитектора и, может, потому захватила в те годы многих. Выгуливая меня, матушка твердила, держа перед глазами тоненькую брошюрку: "В час отлива возле чайной я сидел в ночи печальной, толковал друзьям об озе и величьи бытия... " — пыталась выучить наизусть.

А я скучал. Скучал день, два, неделю. Мне хотелось услышать от мамы сказку, а звучало: "Я сказал: а хочешь – будешь жить в заброшенной избушке. По утрам девичьи пальцы будут класть на губы вишни, тишь такая что не слышно ни хвала и ни хула... "

Как-то, неудачно скатившись с горки, я подскочил к маме и попросился домой. В пути начал приставать:

— Мам! Расскажи сказку.

— Мне кажется я рассказала тебе все сказки на свете, — отвечала мама, сосредоточенно повторяя себе под нос "... но внезапно черный ворон примешался к разговорам... "

— Ну тогда я тебе расскажу, — и тут я выдал матушке всю поэму от первой до последней строчки. Что вы хотите? Детская память как губка...

Вот с этого момента, куда бы мы не пошли и кто бы не приходил в гости к нам, рано или поздно наступал момент, когда меня ставили на стульчик и просили почитать стишок. И я выдавал "Тетрадь, найденную в Дубне". Взрослые, ожидая услышать тридцатисекундную частушку Агнии Львовны про Таню, у которой руки из жопы растут, бывали сильно огорошены. Многие в процессе прослучшивания успевали напиться и проилюстрировать известный палиндром – "А рожа упала на миску салата". Кое-кто уходил по-английски.

Меня ругали. Мне обещали шоколадку. "Если в следующий раз прочтешь басню дедушки Крылова — будет большая шоколадка! "Только не Вознесенский! (И уж по крайней мере без замен постоянно забываемого по непонятности своей "ни хула" на вполне знакомое "ни ху.. я"). Я обещал, но, забравшись на стул, не мог сдержаться... В конце концов родители начали зараннее предупреждать друзей, что Петенька не читает стишков. У него с памятью плохо.

Месяца два я дулся, а потом как-то привык и успокоился. Начал рассказывать про "час отлива" плюшевому Медведю... Родители позабыли про модную поэму и подуспокоились.

Пришел новый 1972-й год. В мамином НИИ организовали большой светлый праздник с обильными возлияниями. Вашему покорному слуге, проводящему огромную часть своего свободного времени в скачках между кульманами, и потому знакомому доброй половине сотрудников, была предложена роль Нового Годика. С обещанием красивого костюмчика и кучи подарков. С моей стороны требовалось залезть на возвышение и выразительно прочитать что-то про зайчика и снежок.

Наступил праздник. Старшие начные сотрудники уже напились до уровня младших. Доктора наук братались с лаборантами. Ужравшиеся председатель парткома с начальником первого отдела отплясывали на пару в присядку, а инженеры молча тискали по углам чертежниц. Мама с папой танцевали в дальней стороне зала, а я с пьяным в стельку Дедушкой Морозом последний раз повторял: "зайчик... снежок... новый год... "

Пробили куранты, и меня выставили на стульчик. Все замерли с поднятыми в руках бокалами. Я глубоко вздохнул и начал:

"Ой, не шейте вы, евреи, ливреи,

Не ходить вам в камергерах, евреи!

Не горюйте вы, зазря не стенайте,

Не сидеть вам ни в Синоде, ни в Сенате... "

И был тут же заглушен в миг протрезвевшим Дедушкой Морозом. И все обошлось. Потому что история происходила под новый год, а Дедушка Мороз действительно умеет дарить подарки и творить чудеса.

Ведь никто не был виноват в том, что в это время мама учила наизусть Галича, а у меня была хорошая память и строптивый характер..

Проходя по улице, женщина обнаружила побирающегося, подозрительно похожего на её сына. Внимательно посмотрев ему в глаза, она поняла, что это он и есть, и заплакала:

— Сынок! Я же предупреждала тебя, что нельзя было начинать жить отдельно! Знала, что ты без меня до этого скатишься! Сердцем чувствовала!

Внезапно раздался крик:

— Выйдите, пожалуйста, из кадра. Хороший дубль испортили. Придётся снимать по новой.

Обернувшись, женщина увидела за спиной режиссёра, осветителя и оператора. Режиссёр отвёл её в сторону:

— Сын, говорите?

— Я не могла ошибиться, это точно он.

— Он большой молодец, всех подряд играть берётся: вчера преуспевающего бизнесмена, сегодня — бездомного, завтра ещё кого-нибудь. Да, пока только в студенческих короткометражках. Но его ждёт большое будущее. Вы тоже, кстати, можете поучаствовать, у вас хорошо получается. Пока плачущая мать у нас в сюжете не предусмотрена, но я могу поговорить со сценаристом...

У нас в колхозе в семидесятые один конь Буян полюбил доярку, какой то своей особенной любовью, толи красный платок и разноцветная юбка приглянулась ему, то ли роскошные формы тети Вали неизвестно, но факт есть факт, дышал он к ней неровно.

Он был с норовом, мог и укусить и копытом в зарядить, короче Конь-огонь!

Она иногда давала ему пить молоко

Об отношении некоторых людей к телевидению.

Прочитал в одной из гостевух, как один американский муж после прошлых выборов принципиально полностью отключил ТВ в своем доме. Вспомнилось...

Как-то раз продал дом собственной постройки в пригороде Питера. Прожили с семьей в том доме несколько лет. Помимо всего прочего там была хорошая ТВ антенна и разводка ТВ-кабеля по всем комнатам. Проводили много времени перед теликом... Построил новый дом — с учетом изменившихся потребностей. Но ТВ-антенну и разводку ТВ-кабелей делать уже не стал. Как раз ввиду изменившихся потребностей. Появились другие, более полезные, привычки. Через некоторое время решил продать и тот дом. Понравился разговор с клиентами, семейной парой, которая дом в результате купила. Они долго ходили по дому, смотрели и расспрашивали. Наконец, клиентка спросила:

— А где тут ТВ-антенна?

— Принципиально не ставил, — ответил я.

— МЫ БЕРЁМ!! — решительно сказал муж.

О технических специалистах.

У нас недостаток технических специалистов хорошей квалификации (то есть с опытом и талантом), готовых работать за гроши.

То есть готовых работать за гроши — но имеющих квалификацию нижу плинтуса, навалом. Они никому не нужны и задаром.

И специалистов хорошей квалификации тоже всё