У моей бабушки была ужасная черта — накопительство. Причём не накопления денег, как можно было подумать, а собирание всякого хлама — всё по мелочи, что "могло пригодиться" или просто жалко выкинуть. К старости это прогрессировало настолько, что когда мы получили по наследству квартиру, там из 40 кВ м свободных было максимум 5 — просто развернуться негде из-за коробок и пакетов с хламом: пустые баночки из-под еды и косметики, журналы 10-20-летней давности, одежда и обувь времён СССР, какие-то безвозвратно сломанные вещи — всё хранилось у неё.

С ужасом находила среди всех этих вещей свой мусор (даже вспоминать противно — порванные колготки, пластиковые бутылки, разбитая чашка). Видимо, она не только своё копила, а ещё и тайком нашу мусорку проверяла.

Чтобы всё это вывезти и выкинуть, потребовалось два уикенда. После вернулась к себе и ужаснулась, что и у меня есть признаки этой беды — ещё полдня выгребала из углов свой хлам, благо у меня не так много было. Пришла к минимализму и разумному потреблению: раздала вещи, которые не ношу, отдала в детский дом свои игрушки, продала ненужную технику. Но сейчас чувствую, что не могу остановиться в обратную сторону — мне постоянно хочется что-то выбросить, расчистить пространство. До сих пор боюсь, что когда умру, после смерти всё, что от меня останется — неразгружаемая гора мусора.

Внешность, говорите? Захожу в РКЦ, заплатить за коммунальные услуги. Передо мной стоит. … Не то поздний парень, не то ранний мужик – тяжело разобрать. С виду – будто с военной хроники сошел: довольно грубая щетина, загорелое лицо, покрытое потеками пота и мелкой сизой пыли, высокие кирзовые сапоги, бриджи и китель цвета "хаки" с погонами времен Советской Армии, панамка, на плечах – что-то типа армейской РПС и вермахтовской "трапеции", к которой прикреплена типа сумка, из которой торчат топор, лопата, пила, виднеются очертания рубанка. Бриджи и сапоги – щедро присыпаны пылью, опилками и стружкой. Ну кто может так выглядеть – плотник, правда? Подходит к кассе, сует листочки, вдруг кассирша выдает:

— Ой! А у меня машина сломалась!

Мужик, как ни в чем не бывало:

— Альт-С.

Кассирша не въезжает:

— Чего?

— Альт плюс С. Контрол плюс Ф5. Ф5 – одной клавишей. Далее. Далее. Вариант по умолчанию. Энтер. Ну вот, а вы говорите "сломалась".

Кассирша, глядя на него огромными глазами, возвращает его квитанции и спрашивает:

— Откуда вы это знаете?

Мужик, устало:

— Я ее писал. Не кладите больше локти на клавиатуру.

История из моего далекого детства. Жила я на Дальнем Востоке в военном гарнизоне и знаю массу военных историй, как говорят, от первых лиц. Вот одна из них. Рассказал офицер, служивший в свое время в Афганистане. Далее от первого лица.

Я был водителем при полевой кухне и развозил по утрам на блокпосты провизию. Как то по "малой нужде" остановился

Не сжимай ягодицы, общаясь с полицейскими 2.01.2013 года Дэвид Эккерт, выезжая с магазинной парковки Валмарта в Деминге, не совершил полную остановку у знака STOP, за что был незамедлительно остановлен полицией. Когда Дэвида попросили выйти из автомобиля, одному из патрульных показалось, будто он сжимает свои ягодицы. Полицейские заподозрили, что он прячет наркотики в прямой кишке, и запросили ордер на aн@льный досмотр. Полиция доставила Дэвида в медпункт Деминга, но врач отказался проводить досмотр, ссылаясь на неэтичность такого поступка. Медицинский центр в Силвер–Сити оказался более покладистым и обследование понеслось: 1. Эккерту выполнена обзорная рентгенография органов брюшной полости. Ничего не найдено. 2. Пальцевое ректальное обследование. Ничего. 3. Повторное пальцевое ректальное обследование другим доктором. Ничего. 4. Клизма. Дефекация перед группой врачей и полицейских, поиск наркотиков в каловых массах. Ничего не найдено. 5. Повторная клизма. Дефекация, поиск. Ничего. 6. Третья клизма. Дефекация, поиск. Ничего. 7. Повторная обзорная рентгенография. Никаких наркотиков. 8. Премедикация, затем колоноскопия. Ничего. Обследуемый активно протестовал и не давал согласие ни на одно обследование. Активная фиксация. 14 часов. Срок действия ордера истек, но это никого не волновало. В 22 часа выставлен из клиники без предъявления обвинений. Теперь активно судится с полицией и медицинским центром.