В прошлом году поступили в один университет вместе с сыном отчима. Сняли 2-х комнатную квартиру пополам и обустроились. Он к слову, красавец, выше меня ростом, занимается спортом и очень умный парень, от девок отбоя нет. Я по-началу по привычке дома ходила без лифчика в футболке, а бывало и в длинной футболке, которая прикрывала только трусики. Даже и не задумывалась, что буду смущать его, вроде как "родные, типа брат с сестрой" же, чего такого.. До поры, пока не стала обращать внимание на его взгляды на мою грудь, ноги, да и вообще само наше общение стало меняться. Когда "родные" только на словах парень с девушкой, да ещё с бушующими гормонами, живут в одной квартире, волей-неволей что-то да случится.. Лежали, смотрели по телеку фильм, висли в телефонах. Далее шуточная ссора за пульт от телека заставила оказаться нас очень близко телами друг к другу. Так и остались лежать, будто ничего необычного и не происходит. Я лежу боком в своей длинной футболке, которую нужно натягивать постоянно, чтобы прикрыть трусы, а он пристроен сзади меня и держит своей рукой мою, в которой пульт, будто обнял. Да, как дети прям, 19 лет. Лежим, про фильм разговариваем, опять шуточный спор, и я его начинаю покусывать за руку, подключая язык, похотливый настрой уже в тот момент накатил. Но это цветочки. Серьёзнее одолела похоть, когда я начала чувствовать его стояк, практической голой попой. Вот этот момент и стал решающим, когда мозг отключился и ничего кроме желания и возбуждения не было. Снова кусаю за руку, и он мстит, впившись мне в шею зубами. Пузырь напряжения лопнул и мы поцеловались. Целовались в том же положении, пока он не начал гладить мои ноги и талию, а потом засунул руку мне между ног, со своей стороны.. Я не смогла долго терпеть и повернулась лицом к нему. Целовались и ласкали друг другу не думав вообще ни о чем. Мы одни и никто не узнает об этом. Очень нежно и медленно мы занимались ceксом. Бесконечно приятный процесс и самый бурный финал в моей интимной жизни. Кончили практически одновременно, да, он закончил в меня, для интересующихся. Просто вцепились в друг друга ногтями.. это невероятные ощущения... Лежали после обнявшись, поговорили и пришли к мнению, что после этого мы не сможем жить вместе как прежде, ну просто не получиться, поэтому дали дальнейшую жизнь нашей тайне. Сейчас у нас очень нежные и трепетные отношения, нам безумно хорошо вместе. К родителя ездим в гости всё так-же, как "брат с сестрой". Дома мы — любимые.
| Лучшие истории |   |
| - вверх - | << | Д А Л Е Е! | >> | 15 сразу |
Много лет назад приятель Сережа переехал из Питера в Германию, но в родной город хотя бы раз в год приезжает. А у Сережи в родном городе живет любимый друг Эдуард. Ну, такой друг, который самый-самый... И вот в очередной раз приезжает Сергей в Питер.
День проходит, два, три — а все никак они с Эдуардом не встретятся: то один не может,
Эта забавная история произошла в раннем МХТ, когда на сцену выходил один из его создателей — Константин Сергеевич Станиславский. Так называемые "накладки" в спектакле происходили и со знаменитыми мастерами.
Однажды Станиславский играл Марка Брута в шекспировской трагедии "Юлий Цезарь". Там по ходу спектакля статист должен был вынести на сцену свиток и отдать его Бруту.
Уже перед самым спектаклем обнаружили, что статист по какой-то причине не явился. Режиссер спектакля Владимир Иванович Немирович-Данченко нашёл выход. Велел срочно переодеть в костюм древнеримского гонца одного из рабочих сцены. И объяснил ему задачу:
— Выйдешь на сцену и отдашь этот свиток Бруту.
— А кто это? — растерялся рабочий.
— Константину Сергеевичу отдашь! — объяснил Немирович-Данченко.
— Понял?
— Понял, — кивнул новоиспечённый гонец.
То ли от страха, то ли от свалившейся на него важности задания, перепуганный рабочий приосанился, вышел на сцену, протянул свиток заговорщику Бруту и громко объявил:
— Вам, Константин Сергеевич, вот тут Владимир Иванович передать чегой-то велели. ..
Как выкручивался из этой ситуации Станиславский, история умалчивает.
Работала поваром в очень дорогом столичном ресторане. И это пи[c]ец. Мы и испорченные продукты использовали, и плесень с овощей срезали и подавали, и после срока годности использовали, и курицу вымачивали в марганцовке и уксусе, и немытые продукты готовили (повар говорил, что всё равно термообработка будет), и чашки немытые подавали, и объедки могли заново подать. На кухне были тараканы и муравьи, повара могли чихать и кашлять над блюдами. Зато подавали всё по красоте и стоили блюда до хрена!
Конечно, не всегда всё было так ужасно, кому-то и везло, но было много того, что я описывала. Надзорные органы получали на лапу. И нам просто повезло, что никто не отравился ни разу (ну или мы об этом не знаем). Я потом переучилась и ушла из сферы общепита. Эти два года работы там вспоминаю с содроганием. Но очень нужны были деньги, а там платили хорошо.
И я ещё вспоминаю, что как только я переехала в столицу, устроилась работать в столовку, где всё было дёшево. И там было стерильно всё! Все продукты свежие, все повара всё соблюдали! Хотя кухня старая, оборудование старое. Такой контраст. Я с тех пор не особо люблю есть в общественных местах и понимаю, что и за 5 тысяч рублей за блюдо можно говна поесть, и на 300 рублей можно поесть сытно и безопасно.
Навеяно историей про конспекты "Апрельских тезисов" и иже с ними...
Нет, когда я была студенткой (а было это очень и очень давно уже), конспекты классиков марксизма-ленинизма уже отменили. Но вот был у нас такой "архи-нужный" предмет, как история русской литературной критики. Длился, к счастью, всего один семестр — месяцев пять,