сегодня будет про будни в роддоме. Вот такой неожиданный кульбит.

В 1995 году я рожала в московском роддоме нумер N. Рожала сама. Про боли рассказывать не буду, да и что тут расскажешь? Такой ахтунг межгалактического масштаба обычными словами не передать, а необычными я не умею.

В общем, рожала-рожала, рожала-рожала и нарожала мальчика. В палату меня привезли ночью, когда остальные отмучившиеся мамочки счастливо спали.

Просыпаемся утром. У всех лица в крапинку. Только многодетная мамаша Нурсултанова с гладеньким личиком. А всё почему? А всё потому, что она умела правильно тужиться. Не лицом, а тем местом, откуда ребёнок идёт.

Остальные новобранцы, в том числе и я, так и щеголяли в крапчатый окрас.

У некоторых особо отличившихся при родах мамочек глазные яблоки были в полопанных капиллярах. Лепота!!!

После завтрака всей палатой фантазировали на тему как правильно ходить в туалет, чтобы не скончаться на унитазе. Пришли к дружному выводу, что лучше вообще какое-то время воздержаться от еды.

Потом на грохочущей каталке привезли детей, и Нурсултанова учила нас кормить. Сунула своему ребёнку титьку и пошла по кроватям, инструктируя, как правильно держать ребёнка.

— Тебе не больно ходить? — ужаснулись мы.

— У меня ж лужёная манда! — фыркнула Нурсултанова.

— Пятые роды, не шутка.

— Ооооо, — затрепетали мы. Лужёными причиндалами никто, кроме Нурсултановой, похвастаться не мог.

В тот же день пришли брать кровь из пальца, и новоиспечённые мамочки показали на что они способны в состоянии аффекта. Потому что одно дело рожать, и совсем другое – сдавать кровь из пальца. Ору было!!!

Второй день ознаменовался экстримом – роженица из соседней платы выпрыгнула в окно. Со второго этажа. Ей ребёнка принесли, она его покормила, вручила нянечке, дождалась, пока та ушла и выпрыгнула.

Хорошо, что ноябрь выдался снежный, и она сиганула в сугроб, который дворник по счастливой случайности намёл именно под её окна. Ничего себе не поломала, отряхнулась и потопала обратно в приёмную, где её и скрутила охрана.

Списали на послеродовой психоз, перевели в отдельную палату. Мы ходили по стеночке поглазеть на неё.

Маленькая хрупкая девочка. 17 лет. Весит от силы 40 кило. Родила четырёхкилограммового пацана. Рост 55 см.

Я бы тоже двинулась мозгами.

На третий день привезли жену какого-то африканского посла. Вообще-то они ехали в гости, но у неё неожиданно отошли воды, и до своей больницы они не доехали.

Пока она рожала, не вовлечённый в процесс испуганный медперсонал сновал по отделению и сыпал тревожными вестями с полей:

— рожает сидя

— нет, рожает стоя

— рожает на полу

— никого к себе не подпускает, раскидала всех

— акушерку обезвредила метким ударом а) пяткой в лоб б) локтем под дых в) многократно покусала

Через три часа пришла счастливая весть – родила здорового мальчика. Под четыре кило. Волос длинный, немилосердно кучерявый. Роддом вздохнул с облегчением.

На четвёртый день все роженицы, а также отделение "на сохранение", игнорируя требования врачей, ходили любоваться женой африканского посла.

Очень высокая и очень полная темнокожая женщина лежала в отдельной палате и выглядела вполне себе умиротворённо. Из-под одеяла кокетливо высовывалась ступня сорок пятого размера. Такой ступнёй любую акушерку можно вусмерть скопытить. Любую, но не нашу. Наша не сдавалась, активно лягалась в ответ и пыталась заползти под скрюченную в углу родильной женщину. Как под вражеский танк пёрла, с инструментами наперевес.

Поэтому мы ходили сначала любоваться женой африканского посла, а потом Алевтиной Викторовной, акушеркой и человеком. Алевтина Викторовна всем по секрету рассказывала, какая у жены африканского посла пися (как у всех, только шибко тёмная простигосподи) и демонстрировала огромный синяк на боку (чуть без селезёнки не оставила йопийомать).

На четвёртый день пришла врач и с претензией сообщила, что все дети теряют в весе, а мой набрал сто грамм!!

— Виданное ли это дело? — возмущалась врач.

Я виновато мычала и разводила руками. Потом, когда врач ушла, мы пошли смотреть на детей, чтобы на глаз определить, кто сколько потерял после рождения. Но были коварно завёрнуты завотделением.

— Ну что у вас за палата такая! — ругалась она нам вслед.

— Все люди как люди, а этим неймётся!

— А что вы хотели от палаты номер шесть? — огрызнулась я.

— Нурсултанова, вы у меня допрыгаетесь! — рыкнула завотделением.

— Я Абгарян.

— Один хрен!

На пятый день мы выписались, и то, что нас ожидало за стенами роддома, все эти поносы и золотухи, несварение желудка и "ааааа, зубы идут", оказалось просто цывыточьками. Потому что однажды детки вырастают, и получается, что бессонные ночи – просто ерунда по сравнению с "мам, дай денег, мы с Олей хотим в кино сходить".

И тут я радостно умолкаю, чтобы никто не подумал, что я буду злобной свекровью. Отселю в отдельную квартиру, пусть живут, как хотят. Лишь бы я этого не видела.

<Иваныч>:... не, у нас в городе самые суровые — эт водители маршруток

<МишКо>: (: с чего эт ты взял?

<Иваныч>: да у нас есть кафе "Рай". Вот захожу я в раздолбанную такую газельку и спрашиваю "до Рая доедем?"

<Иваныч>: а водила такой, суровым таким голосом "смотря как ехать будем"

<Иваныч>: 0_о

Была у стоматолога. Пока врач лечил зуб, шутил, байки травил, смешил, в конце спросил про семью, детей, делал комплименты. Приятный дядька такой. Прихожу снова к нему на прием через год. Сижу в коридоре, он мимо меня ходит, не здоровается, в кресло к нему села, рот открыла, он глянул на мои зубы и: "О, это ты! Привеееет! Как дела? Как сын, диагноз ему сняли?.. "Я в шоке, он по зубам клиентов узнает. Причем у меня обычные зубы, без каких-то больших особенностей.

Четыре года назад поехал я в Москву, а там как раз Хеллоуин был, и я с одной хорошо знакомой супружеской парой решил в клуб поехать, там маскарадная вечеринка проводилась. У меня для этой цели есть костюм Люцифера: красный плащ, маска на пол-лица с рогами, перчатки с когтями и вилы. Они нарядились в ведьму и вампира. Спускаемся к такси, я по приколу маску надел. Освещение на лестнице плохое, я оступился на ступеньке, быстро пошел вниз, а там впереди какой-то мужик спускался, я, чтобы не упасть, сзади его за плечо схватил. Как они мне потом рассказали, это был их сосед с нижних этажей, конченый бухарик. Нажрался и спускался к ларьку за добавкой. Хватаю я его за плечо, он оборачивается... Я раньше не думал, что человеческое горло в состоянии издавать подобные звуки. Он рванул вниз, я от греха подальше маску снял, сели в такси, и в клуб.

Эта история почти забылась, а месяца через три общаюсь я с ними в скайпе, а они мне:

— Помнишь бухарика, на которого ты налетел тогда?

— Да, помню, а что?

— А он, говорят, на себя не похож стал: в рот капли не берет, зато регулярно в церковь ходит. Ничего не рассказывает, его жена и бабки у подъезда каких только версий не выдвигали.

КРОЛИЧЬЯ НОРА

Раньше я не верил в приметы и суеверия, да и сейчас верю далеко не во все, но теперь я никогда не скажу "последний", только "крайний"

Когда еду в машине, не обещаю по телефону: "ждите, буду через 20 минут", а только "должен быть через 20 минут", почувствуйте разницу.

Этим нехитрым премудростям жизнь учила меня методом