В апреле 1986 года Горбачев приехал в Тольятти и впервые публично сказал: "надо покончить с привилегиями". И людей прорвало. То, что годами шипело на кухнях, полезло в "Правду" — письма с заводов, где клеймили "этих уродов с их шикарной жизнью".

Вот список того, против чего боролись. С высоты нашего двадцать шестого та "борьба с привилегиями" выглядит как эпическая битва за термос. Потому что весь номенклатурный люкс был пронзительно простым.

"Волга" с шофером. Формально служебная. А по факту — возила куда угодно. И не только чиновника — еще и его жену, детей, тестя с тещей. На ней можно было проехать мимо пыхтящего, набитого автобуса, а гайцы видели номера — и не видели нарушений.

Или госдача — уютный домик "среди своих". Аж две спальни, два туалета, садовник, повар. Сегодня такую дачу не возьмет даже замдиректора завода. Потому что у него — особняк с вертолетной площадкой, бассейн с водой из Средиземного моря и портрет в полный рост в форме генерала Российской империи, в безвкусной золотой раме. И там, и дома — финская мебель и сантехника. Квартиры — вот сволочи! — с потолками аж в три метра (сейчас стандарт в нормальных ЖК), улучшенной планировки, увеличенной площади. С такими же соседями.

Главный раздражитель — спецраспределитель. Икра красная, черная, балык, сервелат, нормальное мясо и куры, молочка, сыры советские и импортные, заграничная ветчина — все качественное, без поиска и очередей. Пока народ "доставал" тощие синие куры, стоял в очередях за "докторской" и писал номерки на руке.

А спецмедицина? Четвертое Главное управление. Дефицитные и импортные лекарства, импортные УЗИ, кардиографы, кандидаты и доктора наук на приеме, операции у "светил".

Еще? Будете смеяться. Норковая шапка. Абсолютный символ статуса, мягкий теплый нимб. Номенклатурный работник в пыжиковой или норковой шапке — это был образ власти.

Или доступ в "Березку" за чеки Внешпосылторга. В столичном варианте — спецсекция ГУМа. Там продавались японские магнитофоны, нормальные куртки и пальто, платья, джинсы, сапоги, виски и заграничные сигареты. Вход - только своим.

Плюсом — возможность покупать дефицитные книги или подписываться на редкие зарубежные журналы, поездки за границу, особенно в "капстраны". Отдых — не как все, а в закрытых санаториях в Крыму или Сочи. И негласная квота для детей в МГИМО.

Несправедливость! Многим казалось: если лишить партийного бонзу привилегий — окунуть его в обыкновенную жизнь простого советского человека — он не выдержит и начнет "что-то менять" хотя бы для собственного комфорта. Или просто "отнять и поделить" — чтобы эти гады не жировали. Знакомо, да?

Настоящая несправедливость пришла позже.

И она была не про икру. И даже не про шапку.

Некоторые её просто не пережили.

“Художник должен быть голодным”. А художник-карикатурист ещё и с фингалом под глазом.

Из-за протестов в Москве 13 сенаторов отозвали из отпусков на Майами, чтобы обсудить вмешательство США в суверенитет России.

Любовь — вечна. Партнеры только меняются.

— Почему ты мне не доверяешь? — послала она смс обоим мужчинам одновременно...