Я сегодня стал добровольным участником уличного спектакля.

Честное слово, давно я уже так не развлекался в реальной жизни, поддерживая талантливую игру главных актёров умелым подыгрыванием. Это вам не здесь и тут.

Дело было так: на крытой стоянке около супермаркета, когда я шёл сдавать пустые бутылки, меня ненавязчиво и без единого звука, одним вежливым жестом, остановил мужичок самого что ни на есть цыгано-румынского вида — чёрный, маленький и толстый — и молча протянул мне открытую папку и авторучку. Рядом отирался ещё один точно такой же...

Тут нужно сделать отступление и сказать, что у нас на улицах тебя частенько могут остановить какие-нибудь люди и, тряся жестяной кружкой с мелочью и непрерывно при этом тараторя, попробовать вытянуть из тебя пожертвование на что угодно — от помощи в организации нового монашеского ордена до реставрации знаменитого Пятигорского Провала.

Обычно я в таких случаях в разговор не вступаю — мотну, бывало, отрицательно головой, да и удалюсь восвояси.

Но тут мне понравился сам молчаливый подход к делу, и я заинтересовался: взял в руки папку и прочёл в ней напечатанное. Там, на титульном листе, большими и красивыми буквами, без единой ошибки, было напечатано приблизительно следующее: Мы, сборище глухонемых этого государства, хотим открыть в соседнем райцентре филиал нашего общества. Помогите, пожалуйста, чем можете.

А дальше был подколот "лист номер1" с реестром уже якобы собранных пожертвований. Всё, как положено: графы с фамилиями, почтовыми индексами, росписями и суммами внесённых бабок. Всё — разными почерками; но я сразу же обратил внимание на то, что, если судить по индексам, то сегодня, как нарочно, в нашу захолустную дыру съехались лохи со всей страны — такой там был территориальный разброс нарисован. И суммы, там проставленные, тоже внушали уважение — от пятёрки и до пятидесяти тугриков. Это вам не медяки в кружке. Ну и, пню понятно: ребята не могут связать на местном языке и двух слов, а вот поди ж ты — выкручиваются же всё-таки.

Короче, мне идея пришлась по душе, и я решил поддержать недремлющую мысль потомков героев О, Генри — дать им пятёрочку за оригинальность и основательность в подготовке.

Полез в кошелёк — а там меньше двадцатки купюры нет. Достаю, а глухонемой марку круто держит — даже глаза не заблестели от вожделения. Профи, одним словом. И лапку к деньгам тянет. Я ему пятерню растопыренную показал — пятёрку, мол, больше не дам. Сдачу, мол, давай. Тот — в карман, вытаскивает червонец: нету больше сдачи, давай червонец. Я ему показываю — нет, только пятёрку. Тот башкой закрутил, заоглядывался — а второй несчастный инвалид, придурок этакий, как раз слинял куда-то. Этот аж запыхтел от злости, я уж думал — всё. Щас скажет чё-нить, и рассыплется сказка, как карточный домик... Но нет, сдержался он. Профи — он и есть профи.

Ну, я рукой махнул, деньги в кошелёк спрятал, да и пошёл себе дальше — посуду сдавать.

А там, в приёмном пункте, по случаю субботнего наплыва, небольшая очередь образовалась, человек пять. Только это я в хвост пристроился — дёргает меня кто-то сзади за рукав.

Оборачиваюсь — стоит, красавец. И в руке у него — три раза по пять тугриков. Ну, я их себе забрал, а ему отдал двадцатку — заслужил, хера ль там говорить.

Ну, отдал, да и снова отвернулся — пьеса окончена, чего уж там.

А вот фигу — снова он меня за рукав дёргает!

Оборачиваюсь вторично — а он мне папочку с авторучкой протягивает!

Ей-богу, я аж умилился... Давай, говорю, сюда твой список.

И вписал честно туда свою фамилию, индекс, дату проставил и внесённую сумму.

Очередь смотрела на меня, как на ненормального.

Вернул я ему папку; он поблагодарил меня лёгким наклоном головы, а я показал ему большой палец: так держать!

Но и это ещё не всё: нашёл я в магазине свою жену в отделе тортов и рассказал ей всю эту историю. Она, конечно, поименовала меня идиотом.

А потом, когда уже мы закупились-загрузились и выезжали со стоянки, смотрю — чимчикует продолжатель дела Паниковского как раз впереди нас, вдоль ряда машин — очередную сострадательную душу ищет.

Я, плотоядно ухмыляясь, подкрался к нему сзади черепашьим шагом, да и бибикнул во весь голос немецкого автопрома — чтобы за жениного "идиота" не так обидно было..

И что вы думаете? Даже не обернулся. Только с шага немного сбился от неожиданности. Профи — он профи и есть.

Ну, я, поравнявшись с ним, ещё раз показал большой палец — и мы уехали домой...

Началось все в пятницу вечером часов в десять.

Областное гаишное руководство направило патрули по весям и селам области для наведения порядка в выходные дни.

Вот один из патрулей занял исходную позицию на одной из дорог, соединяющих небольшой городок и несколько сел.

Итак, 10 вечера середины октября.

По дороге в направлении

Хорошо, что есть такие политики, как Трамп: с ним никогда не скучно. Я как-то видел карикатуру: чувак сидит перед телевизором, там заставка новостной программы, и ведущий говорит: "Мы начинаем нашу ежевечернюю программу "Что ещё отчебучил Трамп".

Но тут он меня разочаровал. В ходе заинтриговавшей весь мир истории о том, как поссорились Трамп с Маском (всегда здорово следить за дракой, от исхода которой тебе ни тепло, ни холодно), Дональд поведал, что Маск просил назначить своего друга главой NASA. По словам президента США, он посчитал это неуместным (что совершенно логично, — конфликт интересов налицо).

Однако Трамп на этом не смог остановиться, и добавил, что был очень удивлён, когда узнал, что этот друг — "чистокровный демократ, который никогда раньше не делал отчислений в фонд Республиканской партии".

Вот так вот! Это же тот самый Трамп, который, наперекор всему либеральному безумию, провозгласил, что нельзя назначать человека на должность, исходя из цвета его кожи и ceксуальной ориентации, а надо оценивать профессионализм.

И тут выясняется, что для руководства американским космосом нужно иметь партбилет нужного цвета.

Как это до боли знакомо! Эх, Дональд, Дональд…

Рассказал один знакомый дальнобойщик (дальше от первого лица).

Стояли мы в Германии на стоянке, ждали загрузку. Народу собралось много и отовсюду: Россия, Беларусь, и (герои рассказа)ребята из Молдавии. Ну, как говорится, слово за слово, пиво -водка на стол и байки травить. Решил и я словцо вставить, рассказать анекдот. Про молдаван. На мой вопрос ребята-молдаване кивнули, мол давай, не стесняйся, мол никаких обид и т. д. Собственно анекдот:

Сидят Чапаев и Петька на берегу Урала и рыбачат. Вдруг из воды появляется перископ. Чапаев отправил Петьку проверить, что-это за подводная лодка нарушает наши территориальные воды. Петька поплыл, нырнул, вынырнул и кричит:

— Василий Иваныч! Это молдаване.

— Откуда узнал?

— Да я постучал, а они открыли.

Тут наши молдаване молча встают, забирают свою нехитрую снедь и уходят.

Ну, подумали мы, наверное обиделись. На следующее утро мы их опять встретили на прежнем месте. Я спросил:

— Вы что мужики ушли вчера так быстро? Обиделись что-ли?

Те мне ответ:

— Конечно обиделись. Если бы тебе постучали, ты бы тоже открыл.

Вся стоянка лежала.

Значит так. История эта рассказана мне моим другом, видевшего ее из окна автобуса в Питере.

Вот собственно сама история.

На одном из железнодорожных переездов скопилась кучка машин — шлагбаум опущен, семафор мигает красным, вобщем все как надо.

Проходит какое-то время и из конца очереди выезжает черный Мерс "Гелик" и становится в ее начало перед автобусом. Через несколько секунд опять же из конца очереди выезжает девятка с тонированными стеклами и становится перед Мерсом (каким чудом умещается между Мерсом и шлагбаумом — непонятно). У Мерса открываются двери, и оттуда вылезают двое здоровых бритых "чисто нормальных пацанов". Они подходят к девятке и молча разбивают у нее пинками задние фары, а потом спокойно садятся обратно в Мерс. Через несколько секунд открываются двери девятки и оттуда вылезают четверо не менее здоровыхь парней в камуфляжах, черных масках, с калашами и нашивками РУБОП (видимо ехали на задание). Парни также молча подходят к Мерсу и... лупят его дубинами, прикладами автоматов, разбивая при этом стекла, фары, кое-где помяв кузов, после чего спокойно садятся обратно в машину и уезжают. Во время всей этой процедуры братки так из своей тачки и не вылезли (уехали сразу после рубоповцев).

Но больше всего над всем этим, глумился народ в автобусе.