на Русском-то радио!). Я ехидно спрашиваю, давно ли вы слушаете "Русское радио"? На что дама отвечает примерно следующее:

— Да! Я вообще постоянно только вас и слушаю! Правда иногда переключаюсь, потому что у вас очень много рекламы...(делает небольшую паузу)... и ещё... вам не кажется, что у вас слишком много русской музыки?

Приятель рассказывал, когда они это услышали, им пришлось остановить машину, что бы просмеяться...:-)

История два:

В 96-ом году, я с приятелем проходил стажировку на одной из местных радиостанций. Яссное дело к нам был приставлен надсмоторщик, опытный и крайне не дружелюбный RJ — Марина(не помню точно, как звали). У неё был низкий прокуренный голос с хрипотцой, что, безусловно, в эфире звучало хорошо. Так вот, мой приятель готовился к первому выходу в эфир — объявления точного времени. Он вывел движок микрофона, набрал в лёгкие воздуха и ждал окончания музыкальной отбивки. В это время к нему нагибается Марина и, незаметив выведенного движка, громко и отчётливо(приятель в наушниках был) прямо в микрофон сказала басом: "Ты, [м]ля#ь, скажи хоть что-нибудь!", после чего мой приятель очень тоненьким и испуганным голоском: "В Тюмени 15 часов. ..".

А теперь предстаьте, что услышали радиослушатели в приёмниках.

создания, коим в приципе и является. Ей пообещали шоколадку.

Мы зашли в кабинет. Я прокалывала первая, она внимательно наблюдала за процессом, задавала вопросы и не проявляла никаких признаков волнения.

Настала ее очередь. Обработали ушки, наметили точки, поднесли пистолет,

Щелчок...

И тут-то оно и началось!!! Стадо обезумевших бизонов залипает.

Крики, вопли, слезы, сопли. 40 минут. СОРОК МИНУТ мы не могли справиться с ребенком и добраться до второго уха. Никакие слова, уговоры не действовали. При редких проблесках сознания она признавала, что нет, это не больно, что ничего х не болит, х но второе ухо дать отказывалась напрочь. Мы не могли ее скрутить даже силой! Наплевав на свои педагогические принципы, я попыталась пробиться к ее разуму, пообещав, что сразу отсюда мы поедем в магазин игрушек, и я молча куплю то, на что она укажет. Это подействовало б ровно на те пять секунд, в течение которых до нее дошло, что сначала надо дать ухо. В конце концов, у нас получилось. Я крепко-накрепко прижала подрастерявшего силы ребека к себе, косметолог одной рукой прижала ее голову, другой поднесла пистолет, щелчок, короткий вопль раненого носорога...

В глаза ребенка возвернулся разум. Исчезли мгновенно все следы истерики с лица. Дочь втала с моих колен. Абсолютно спокойно спросила: "Все, что-ли?" Подошла к двери, обернулась к косметологу и, мило улыбаясь, сказала... "Спасибо." (вежливая, блин) и вышла. Вы можете, я думаю, приблизительно представить наши лица?

Далее — со слов администратора.

"Сорок минут из кабинета доносились дикие вопли ребенка, крики матери и мастера, возня, звуки драки, звон бьющейся посуды и ломающейся мебели, щелчок, вскрик и тишина... Я хватаюсь за телефон с мыслью, что дитю пипец настал. Вижу, что выходит милая, абсолютно спокойная довочка, подходит ко мне и говорит: "Ну, и где моя шоколадка?" А из кабинета больше почему-то никто не появляется. Тут выходят двое. У мамаши вздыбленные волосы, размазанная косметика и трясущиеся руки. У мастера на халате оторваны пуговицы и такие же руки. Девочка, уже получившая свою шоколадку, обернулась и говорит: "Мам, ну где ты там? Поехали уже в магазин за игрушкой, я же молодец!" И вот тут был ХОХОТ..."

А добила она меня в магазине. Подошли к прилавку, она ткнула пальцем (безошибочным детским чутьем выбрав самое дорогое), я кивнула продавцу и ш отсчитала деньги. Продавец сказала что есть похожее, но дешевле. Я покачала головой: "Договор." Далее:

Продавец: "А что такое?"

Я: "Уши прокололи"

Продавец обращаясь к дочери: "Вот какая молодец! Неужели совсем не испугалась?"

Дочь: "Я — ни капельки. А вот у мамы почему-то руки трясутся."

Я сползла под прилавок.

по физике одному из своих студентов, в то время как этот студент утверждал, что заслуживает высшего балла.

Оба, преподаватель и студент, согласились положиться на суждение третьего лица, незаинтересованного арбитра; выбор пал на меня. Экзаменационный вопрос гласил: "Объясните, каким образом можно измерить высоту здания с помощью барометра".

Ответ студента был таким:

— Нужно подняться с барометром на крышу здания, спустить барометр вниз на длинной веревке, а затем втянуть его обратно и измерить длину веревки, которая и покажет точную высоту здания

Случай был и впрямь сложный, так как ответ был абсолютно полным и верным!

С другой стороны, экзамен был по физике, а ответ имел мало общего с применением знаний в этой области. Я предложил студенту попытаться ответить еще раз. Дав ему шесть минут на подготовку, я предупредил его, что ответ должен демонстрировать знание физических законов. По истечении пяти минут он так и не написал ничего в экзаменационном листе. Я спросил его, сдается ли он, но он заявил, что у него есть несколько решений проблемы, и он просто выбирает лучшее. Заинтересовавшись, я попросил молодого человека приступить к ответу, не дожидаясь истечения отведенного срока.

Новый ответ на вопрос гласил:

— Поднимитесь с барометром на крышу и бросьте его вниз, замеряя время падения. Затем, используя формулу L = (а*t^2)/2, вычислите высоту здания.

Тут я спросил моего коллегу, преподавателя, доволен ли он этим ответом. Тот, наконец, сдался, признав ответ удовлетворительным.

Однако студент упоминал, что знает несколько ответов, и я попросил его открыть их нам.

— Есть несколько способов измерить высоту здания с помощью барометра, — начал студент.

— Например, можно выйти на улицу в солнечный день и измерить высоту барометра и его тени, а также измерить длину тени здания. Затем, решив несложную пропорцию, определить высоту самого здания.

— Неплохо... — сказал я.

— Есть и другие способы?

— Да. Есть очень простой способ, который, уверен, вам понравится. Вы берете барометр в руки и поднимаетесь по лестнице, прикладывая барометр к стене и делая отметки. Сосчитав количество этих отметок и умножив его на размер барометра, вы получите высоту здания. Вполне очевидный метод. Если вы хотите более сложный способ, — продолжал он, - то привяжите к барометру шнурок и, раскачивая его, как маятник, определите величину гравитации у основания здания и на его крыше. Из разницы между этими величинами, в принципе, можно вычислить высоту здания. В этом же случае, привязав к барометру шнурок, вы можете подняться с вашим маятником на крышу и, раскачивая его, вычислить высоту здания по периоду прецессии. Наконец, — заключил он, — среди множества прочих способов решения данной проблемы лучшим, пожалуй, является такой: возьмите барометр с собой, найдите управляющего и скажите ему: "Господин управляющий, у меня есть замечательный барометр. Он ваш, если вы скажете мне высоту этого здания".

Тут я спросил студента, неужели он действительно не знал общепринятого решения этой задачи.

Он признался, что знал, но сказал при этом, что сыт по горло школой и колледжем, где учителя навязывают ученикам свой способ мышления.

* * *

Студент этот был Нильс Бор (1885-1962), датский физик, лауреат Нобелевской премии 1922 г.