Почему я рассказываю в основном байки и анекдоты, секрета нет. Во всем виновато детство и карма, тетка и ее огромная библиотека. В теткиной трехкомнатной квартире не было видно стен, потому что все они были закрыты стеллажами с книгами. Десяток тысяч томов, начиная со сказок всех времен и народов и заканчивая трудами Ленина и Карл Маркса не давал мне спать. Я читал даже под одеялом с фонариком, потому что тетка разрешала мне это делать только до десяти вечера и только за столом с настольной лампой. Фантастика и приключения, детективы и романы, все прочитанное снилось мне в ту же ночь, но с моим участием. Сны были красочны и настолько реальны, что иногда ночью приходилось просыпаться чтобы сбежать от каких-нибудь пиратов. И этим надо было делиться с друзьями и знакомыми.

В тот вечер у меня были четыре свободных уха в виде двух друзей. Я шел с ними по железной дороге, перепрыгивая со шпалы на шпалу, красочно рассказывая одно из произведений Эдгара По о белой статуе. Ночь наша была темна, а статуя страшна. Она появлялась именно такой ночью, созданная одним из сумасшедших ученых, ловила людей и рвала их на части. Это был жуткий рассказ и я старался как мог, добавляя и добавляя фрагментов этой жути. Поверьте, мне это удавалось. Если бы в самый ответственный момент, когда в моем рассказе статуя вновь вышла на охоту, сзади не раздался приближающийся топот. Нет, это были не шаги, это был топот ног по деревянным шпалам, который приближался к нам с немыслимой скоростью. У нас еще хватило сил обернуться и в полной тьме, при свете далекого семафора мы увидели ее. Огромную, белую, со страшной оскаленной пастью, вызывающую просто животный ужас. Я не могу вспомнить как мы скатились с насыпи, как закрывали головы руками и пробовали зарыться в гравий, но все было именно так. Мы даже орать не могли от охватившего нас ужаса. Ведь в этот момент выдумка слилась с явью. И только тогда, когда эта фигура пронеслась мимо, мы поняли, что это обыкновенная белая лошадь. Она видимо сбежала от конокрадов и радуясь свободе неслась по железной дороге неплохим таким наметом. Может поэтому и пасть у нее была открыта не в страшном оскале, а в улыбке счастья свободы.

— Слышь, давай лучше анекдоты травить! — немного заикаясь произнес Олег, когда все закончилось, — походу я еще неделю буду ссаться на все белое!

— И я понял, что он прав, вряд ли Василий Иванович, пусть даже с Петькой и даже на той же белой лошади, вызвали бы у нас такие эмоции.

Вечером субботы 31 мая Москва прощалась с весной при удивительно теплой погоде. Очередь желающих прокатиться на теплоходе растянулась на несколько Мавзолеев советской эпохи. Для идущих на посадку выгородили барьером почти всю широченную набережную, оставив узкий проход для прочих пешеходов и велосипедистов. Тысячи людей стояли кучно и скучно,

ПОСТ N 1

Пару лет назад, делал документальное кино про войну и три дня снимал в Кремле роту почетного караула.

Как она живет, как тренируется и охраняет пост номер один.

Каждый час писали смену караула у Вечного Огня: сначала крупно ноги, через час — общий план, еще через час — крупно лица, еще через час — другой

История не моя.

"У меня дед был ведущим хирургом, работал по 16-18 часов, дома его редко видели.

Когда пациентов теряли, он приходил, садился в кресло напротив стены и смотрел в одну точку в полной тишине.

Тяжело ему было, бабушка рассказывала что поначалу приходил молодой парень и плакал навзрыд, потом стал просто молча сидеть.

Когда говорят, что врачи привыкают к потерям, то я понимаю, что возможно и привыкают, но не все.

Деда своего помню, придет, обнимет всех, сядет в кресло и сидит один, только нам детям можно было его тревожить, просто потому что мы маленькие были, не понимали, нас не ругали, что мы к нему подходим и он всегда с теплотой говорил "устал я, внучка, давай поиграем позже".

Сидел, а потом спустя какое-то время звал бабушку и просил принести ему кружку кофе, мы все знали, если дед пьет кофе, значит кого-то сегодня не стало. "

"Добро пожаловать в Америку! "

Веня всю жизнь мечтал быть капитаном дальнего плавания. К тридцати пяти годам его мечта сбылась. Но со временем выяснилось, что быть тридцатилетним капитаном – это круто, а вот ходить в море после пятидесяти – глупо. Поэтому, когда судоходная компания предложила, Веня согласился на работу "на берегу". Берег оказался американским. Работодатель взял на себя все расходы по переезду Вени с семьей из Питера в Техас и хлопоты со страховками и документами.

Шли года, каждое лето Веня летал домой в Питер. Авиабилеты ему тоже оплачивала судоходная компания. Но однажды халява закончилась: работодатель перестал платить за перелеты через океан.

На вопрос озадаченного Вени: "Где мой оплаченный проезд?! " ему ответили, что он же получил "гринкарту" по почте и теперь он больше не экспат, а американец, так что, "Добро пожаловать в Америку! "